Безумные дни в Эстерате - Эрли Моури

Эриса, поглаживая его редкую седину и сквозь слезы разглядывая морщинки на его лице. — Без тебя мне точно нельзя появляться в святилище Леномы. Я же ничего не смыслю в этих вопросах.

— Скорее всего мы присоединимся к каравану послезавтра рано утром. Ты, я и два моих телохранителя. Своего слугу не бери: для старика дорога будет тяжеловата, — предупредил ростовщик.

— Где можно купить такую трубку для курения? — госпожа Диорич остановила его, когда Лураций собирался отнести шкатулку.

— В Эстерате найти сложно. Я покупаю почти многие, которые здесь встречаются. И у меня собралась небольшая коллекция этих штуковин. Хочешь посмотреть?

— Ну да. Хочу. Веди, — она подала ему руку.

Они вместе прошли в еще незнакомую Эрисе комнату, расположенную напротив спальни.

Комната была небольшой, плотно заставленной с двух сторон шкафами. Некоторые полки пустели, на других аккуратными рядами стояли книги. Слева от книжного шкафа арленсийские часы, похожие на маленькую башенку в рост самой стануэссы. На циферблате стрелки застыли в позиции семнадцать часов восемьдесят семь минут. Часы не издавали ни звука — наверное были поломаны. Дальше Эриса увидела образцы минералов, металлическую и керамическую посуду, которая, скорее всего тоже являлась частью коллекции.

— Вот, полюбуйся, — ростовщик открыл дверку небольшого шкафа. — Все это курительные трубки.

Их набралось около трех десятков. Разного размера и формы. Некоторые просто трубочки с красивой резьбой, дорогой инкрустацией. Другие забавные в форме зверей, рыб, дудочек. И одна…

— Какая миниатюрная прелесть! — Эриса осторожно взяла трубку, сделанную в форме мужского члена, небольшого в два пальца длинной. — Продай, а?

— Ты же не продала мне нубейское кольцо, — рассмеялся ростовщик.

— Ну, пожалуйста! — арленсийка умела просить и чмокнула господина Гюи в щеку, так чтобы задеть губы.

— Послушайте, госпожа Диорич, эта вещь не продается! — Лураций слегка обхватил ее талию. — Но..

— Что «но»? Хочешь поторговаться со своей девочкой? — шутя укорила она его.

— Но тебе я могу подарить, — весело сообщил ростовщик.

— Да! Это и немного листьев моа! — стануэсса была полна восторга.

— Только зачем тебе такой маленький? Иди сюда, — он открыл дверку соседнего шкафа.

У Эрисы даже рот округлился. На полке лежало в ряд семь мужских членов средненьких, крупных и очень внушительных. Почти каждый был сделан с потрясающим совершенством.

— Ну ты шетов искуситель! — рассмеялась арленсийка. — Это же не курительные трубки, да? Зачем тебе такие хрены? Радовал своих куртизанок?

— Не скрою, имел грех, — согласился ростовщик.

— Сказать тебе по секрету? — стануэсса взяла один крупненький, умело вырезанный из нефрита и довольно тяжелый.

— Весь в нетерпении, — ростовщик положил ладонь ей на талию

— Я до замужества пробовала такой. Да. С подругой, — Эриса чуть покраснела и рассмеялась.

— И как тебе было? — рука Лурация сползла на ее ягодицу.

— Очень… хорошо, — прошептала она ему на ухо. — Может… — она подняла глаза к Лурацию, водя пальчиком по вздутым каменным венам штуковины.

— Что «может»? Хочешь поиграть этим? Здесь? — он с улыбкой наблюдал за ее нерешительностью.

Она кивнула.

— Госпожа Диорич, ты же сказала, что сегодня никаких сладостей, — напомнил ростовщик.

— Я уже передумала. Сам виноват — начал меня искушать. Я хочу…

— Хочешь в спальне? — продолжая ее игру в заговорщицкий шёпот, спросил Гюи, касаясь мочки ее уха.

— Да, — так же тихо ответила она.

Когда Лураций вошел в спальню, Эриса лежала на его огромной кровати раздетой, прикрывшись тонким пледом.

— Немножко боюсь, — тихо произнесла она.

— Доверься мне, принцесса, — он лег рядом, поцеловал ее в плечо и положил руку ей на лобок, так что средний палец раздвинул верхний краешек влажных губок.

Арленсийка томно вздохнула и раздвинула бедра, позволяя его руке более смелые игры. Лураций целовал ее грудь и нежно гладил пальцами щелочку, пока влаги не стало вовсе много, а вздохи стануэссы не начали прерываться тихими стонами. Тогда он осторожно направил нефритовый орган в ее пещерку.

Эриса вскрикнула и выгнулась от наслаждения. Погружая волшебный предмет все глубже, Лураций водил им по чувственным стенкам глубин арленсийки. Потом склонился над ней сам, не прекращая движения нефритового фаллоса, начал целовать ее сладенькое место. Эриса громко застонала, выгибаясь навстречу, нежно и прижимая его голову к себе. Когда господин Гюи коснулся языком ее клитора, она вскрикнула, затряслась от оргазма.

— Войди в меня, войди сам! — Эриса сжала ладошкой член Лурация, притягивая его с нетерпением. Едва он возлег на нее, она согнула ножки впуская его поглубже. — Хороший мой! — дрожащим голосом шептала стануэсса, страстно сжимая ягодицы любовника.

Лураций не помнил, когда он был так счастлив как сегодня. Наверное, никогда. Он лежал на спине, а она на его груди разметав длинные светлые волосы, и водя нежно пальчиком по его животу. Сердце уже не стучало так часто и наступало приятное, очень глубокое расслабление.

— Так горячо кончил два раза, — прошептала Эриса. — Мой мальчик в ударе.

— Со мной давно такого не было. Ты творишь чудеса, — с благодарностью прошептал он.

Стануэсса чувствовала, как много его семени в вагине, и от этого было очень приятно. Даже не хотелось его выпускать. В какой-то миг она подумала, что может забеременеть, ведь дни вполне те… Такая мысль арленсийку вовсе не пугала. Лишь вспомнились недавние слова Гюи: «Боги знают, как оно должно быть. А мы должны просто жить и не мучить себя тем, что нам не по силам исправить».

— Лураций, — она лизнула его чуть ниже груди: — А если у нас будет ребенок?

— Ты этого боишься? Есть одно особое средство. Травные порошки. Можно принимать до того, как или не слишком после. Принести?

— Нет. Если ребенок от тебя, я не против, — сказала она, становясь серьезной. — Только бы не от Кюрая, — от своих последних слов Эриса поморщилась. — Потом дай мне эти порошки, — Эриса пользовалась похожими средствами еще начиная с событий в Вестейме.

— Тебе понравилось с этой штукой? — он провел по ее спине нефритовым фаллосом.

— Очень. Но еще больше понравился твой язык там, — она хохотнула. И твой воин, — она осторожно провела пальчиком по его члену. — Я его начинаю в него влюбляться.

В