Переплет розы - Айви Фокс

Не бог, правящий подземным миром, даже если его подданные провозглашают его таковым.

– Просто мужчина, ― повторяю я про себя, пока мое сердце медленно успокаивается до нормального ритма.

Убедившись, что я собралась, я послушно вешаю свадебное платье на вешалку у двери и включаю душ. Прежде чем войти, я снимаю остальную одежду и хмурюсь, когда вижу мокрый след в центре трусиков. Как бы я ни ненавидела своего мужа, совершенно очевидно, что он влияет на меня и другими способами.

Более плотскими, греховными способами.

Свидетельство моей реакции на его руки на моем теле, когда он помогал мне снять платье, сейчас смотрит на меня, насмехаясь надо мной за то, что я такая слабая.

Как бы я хотела позвонить Франческо и спросить его совета. Он бы знал, как справиться с этой ситуацией, когда ты желаешь кого-то и при этом сохраняешь преимущество. Я боюсь, что с Тирнаном он всегда будет держать в руках все карты в этом нашем извращенном союзе. Большинство мужчин в браке так и поступают, так почему мой должен быть другим?

Я захожу в душ и позволяю теплой воде коснуться моей кожи, желая, чтобы она смыла все мои сомнения и страхи так же легко, как она очищает меня от пота и грязи этого дня.

Мои мысли все еще заняты моим esposo - муж, когда я наливаю ароматное гостиничное мыло на руки и начинаю намыливаться им. Я намыливаю небольшой участок кожи на шее, плечах и спине, стараясь охватить каждый сантиметр, который Тирнан осквернил своими ласками. К моему полному раздражению, низ моего живота нагревается от воспоминаний, а внутренняя поверхность бедер становится горячей.

Когда я уезжала из Мексики, чтобы выйти замуж в семью Келли, я ожидала многого, но не этого. Мне ни разу не приходило в голову, что я могу каким-то образом испытать физическое возбуждение от мужчины, которого едва знаю.

Может быть это и хорошо, что я испытываю физическое влечение к своему мужу.

Может быть, так будет легче отгородиться от него, когда он наконец решит забрать то, что теперь принадлежит ему по закону.

Я миллион раз слышала, как Франческо говорил, что для того, чтобы секс был хорошим, не обязательно испытывать чувства. Даже не обязательно любить человека, с которым трахаешься, чтобы хорошо провести время. На самом деле, это дополнительный бонус, если вы чувствуете только ослепляющую ненависть друг к другу. Это делает трах намного лучше.

Это его слова, не мои.

К сожалению для меня, опыт Франческо в этой области - это все, на что я могу опереться. Ни Алехандро, ни Хавьер не осмелились бы так открыто говорить со мной на тему секса, поэтому единственным ориентиром для меня остаются сексуальные подвиги моего младшего брата. Затронув такую тему с посторонним человеком или, не дай Бог, с родителями, я могла бы получить только насмешки и наказание Мигеля.

Моя рука снова прижимается к груди, но на этот раз не для того, чтобы замедлить сердцебиение, а чтобы заполнить пустоту, образовавшуюся из-за отсутствия моего самого дорогого брата. Как бы я хотела, чтобы он был сейчас со мной. Даже если бы Франческо не мог помочь мне в этой новой жизни, он мог бы скрасить мои дни своей улыбкой и вызвать одну из моих собственных.

Сомневаюсь, что в ближайшее время я буду улыбаться.

Хуже всего то, что я боюсь, что без меня дома, в Мексике, Франческо может попытаться заполнить пустоту, которую я оставила после себя, опустившись на дно бутылки или любого другого из своих многочисленных пороков.

Как только эта тревожная мысль проносится в моей голове, на смену ей быстро приходит другая.

Эта еще более тревожная.

– Пей. ― приказал Тирнан, и когда я отказалась сдвинуться с места, он взял мой рот в заложники и влил в него остро-кислую жидкость.

Я до сих пор помню, как алкоголь обжигал мое горло, но именно губы и язык Тирнана оставили на мне свой палящий след, нагревая каждое нервное окончание и заставляя мой пульс учащаться. Все, что было связано с этим небольшим обменом, обладало пьянящим электрическим свойством, воспламеняя меня изнутри и оставляя меня на месте, чтобы сгореть.

Как и его первый поцелуй в церкви, его второй оставил меня такой же желанной. Я не сомневаюсь, что в распоряжении Тирнана имеется целый арсенал оружия, чтобы уничтожить своих врагов. Однако я сомневаюсь, что он не знает, что его поцелуй - тоже одно из них.

Опасный и откровенно смертельный для здравомыслия любой женщины.

Но, видимо, моя психическая стабильность не волнует моего мужа. Только моя добродетель.

Он сказал, что это безопасно.

Но я не уверена, что это так.

Нет, если он настаивает на том, чтобы целовать меня вот так, когда ему вздумается.

Я отгоняю все мысли о муже и заканчиваю мыть посуду. Сейчас он, скорее всего, в гостиной, либо допивает бутылку виски до полного опустошения, либо блаженно спит в шезлонге, придумывая различные и креативные способы доставить мне беспокойство. Хотя Алехандро советовал мне забеременеть как можно быстрее, знание того, что я могу отложить сон с мужем еще на одну ночь, - это ответ на молитву, о которой я даже не подозревала.

До встречи с Тирнаном я бы объяснила свое нежелание спать с ним только тем, что мы враги на всю жизнь. Наши семьи на протяжении десятилетий пытались убить друг друга - не самая лучшая основа для того, чтобы вызвать доверие в спальне или даже за ее пределами.

Однако я прекрасно понимаю, что сейчас мои колебания вызваны исключительно самим мужчиной и теми незнакомыми эмоциями, которые он