Придушил бы! - Agna Werner

Глава 17

Да ну нахуй! Неужели это конец?!

У нас же все было хорошо. Или мне казалось… В последнее время Лика часто бывала грустной, но делиться переживаниями отказывалась. Растерянно плюхаюсь на кухонный стул. Это что же получается: я больше не смогу ее обнимать, просто прикасаться, брать за руку, больше не будет ничего… Видеть изредка по работе, общаться официально и злиться, не в силах забыть ее стоны подо мной…

Нет! Я не согласен! Что я сижу, надо ехать к ней! Поговорить, переубедить. Я же не сказал самого главного, что люблю ее. Вот дурак, струсил, а сейчас может быть поздно.

Наспех переодеваюсь и тороплюсь к машине. Как назло приходится счищать снег с крыши и окон. И так каждая секунда промедления подобна пытке, а я никогда не отличался особым терпением. Вечерний город застревает в пробках и я вместе с ним, поэтому к нужному дому добираюсь уже взвинченный. Настойчивый стук не дает никакого результата. Прижимаюсь ухом к двери и пытаюсь хоть что-то расслышать, безрезультатно. Возможно, Лика куда-то сбежала, предполагая такой исход…

Гребанный Архипов! Вот кто может знать ее местонахождение. Только надо действовать осторожно, сначала прощупаю почву.

— Семен Васильевич, здравствуйте, — выбегаю из подъезда и чертыхаюсь про себя. Какой-то козел подпер меня и ушел. Да что за день-то такой!

— Здравствуй, Давид. Что-то случилось? — его спокойный голос отдает насмешкой.

— Не совсем. Можно к вам подъехать, хотел бы кое-что уточнить? — пинаю колесо чужой тачки, отчего сирена начинает противно визжать на всю округу.

— Хорошо, я дома. Адрес помнишь?

— Да, скоро буду, — отсоединяюсь и кидаю телефон на пассажирское сиденье, после чего захлопываю дверцу. Сердце бешено колотится, но я умудрился не наговорить лишнего своему сопернику. На данный момент мне нужна от него информация, как бы нелепо не выглядела ситуация. Да где этот гондон!

Наконец, появляется хозяин и с извинениями выпускает меня.

Нет уж милочка, так легко не отделаешься от меня! Я слишком влип в тебя.

Прежде чем позвонить в домофон на калитке, несколько минут успокаиваю нервы. И поначалу при нашей встрече даже кажется, что получилось:

— Семен Васильевич, извините за поздний визит, но мне нужна ваша помощь.

— Что случилось, с производством проблемы? — он пропускает меня внутрь. Несмотря на возраст, мужчина выглядит достаточно неплохо, тело опять-таки поддерживает в форме. Только быстро поседевшие волосы выдают напряженный характер работы. Еще бы, в бизнесе всегда стоит быть начеку. — Присаживайся.

Внутри бушует адреналин, поэтому остаюсь на ногах. Когда гостиная не сверкает убранством для встречи дорогих гостей, то здесь вполне даже уютно.

— Нет, там все в порядке. Не могу связаться с Ликой, а мне жизненно необходимо с ней обсудить один очень важный вопрос. Вы знаете, где она?

— Давид, она не хочет тебя видеть.

— Почему?! — ни черта не получилось, эмоции начинают выходить наружу. Еще его приторно ласковый тон выбешивает.

— Прости, я ничем не смогу помочь, — качает головой. Его сочувствие выглядит вполне правдоподобно, но я не верю. И Лику не отдам. Да почему она выбрала этого старика? — Тебе лучше вернуться домой и успокоиться. Если устал с дороги, то мой водитель отвезет.

— Я не уйду, пока не узнаю то, зачем пришел!

— Давид, остановись. Не забывайся, — мужчина перестает излучать доброжелательность. — Мне вызвать охрану, чтобы проводили тебя?

— Семен Васильевич, я спал с вашей любовницей несколько месяцев! С вами она только из-за денег и положения, — не придумываю ничего умнее, чем вывалить на него всю правду. — Вам самому-то нормально с молодой, или хотели потешить свое самолюбие? Вы же не глупый человек, должны были понимать. А сейчас, зная, что после вас она ехала неудовлетворенная ко мне в постель? Конечно, кто добровольно откажется от такого роскошного тела рядом: идеальная стоячая грудь, упругие ягодицы, которые хочется мять… Я тоже не смог.

Он не сразу отвечает, переваривая услышанное, а я продолжаю, не в силах остановить поезд, несущийся на полной скорости в глухой тупик:

— Ну и как оно, пихать свой дряблый член в тугую киску, которая истекает влагой? Хотя с вами вряд ли она сильно возбуждается, скорее терпит...

Тут он не выдерживает и все же произносит с нечитаемым выражением лица:

— Евгения Викторовна не старовата для тебя?

— Что? — от удивления распахиваю глаза шире. — Я про Лику.

— Эх, Давид, я надеялся, что вы друг другу понравитесь, ты парень с головой. Не знаю, почему Анжеличка не сказала, что моя племянница.

Твою мать, я облажался. Заявить такое своему партнеру по бизнесу и сесть в лужу, чем я думал? Понятно, что от бессилия и злости ляпнул, но это провал.

— У вас разные фамилии! — хватаюсь за последний аргумент. Получается, она водила меня за нос все это время! Идиот, мы же ни разу ничего не обсуждали открыто, это были только мои домыслы! Лика никогда не подтверждала их.

— Мы с Сергеем, ее отцом, сводные братья.

Что мы наделали? Все испортили своими же руками, а надо было лишь откровенно все обсудить…

— Семен Васильевич, я очень вас прошу, — голос срывается от отчаяния. — Помогите.

— Как ты относишься к Лике?

— Я люблю ее, — нет никакого смысла скрывать свои чувства. — С ума схожу только от одной мысли, что ее больше не будет рядом. Я не смогу без Лики. Да уже и не представляю как это, без нее…

— Ты же понимаешь, что если обидишь племянницу, то у тебя будут крупные проблемы?

— Ещё бы, — уверен, что за сегодняшнюю нахальную выходку Семен Васильевич еще взыщет с меня.

— Она наверху, вторая дверь слева, — мужчина добавляет вслед: — Не разрушь то, что еще можно восстановить.

Я очень постараюсь…

Лика

После слез под душем, сижу на кровати в пижаме, обнимаясь с мягкой игрушкой, и пытаюсь заставить мозг не думать. Но он специально тычет в мои же промахи:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Дядя, ну подыграй мне!

— Ой, Анжеличка, допрыгаешься, потом слезы лить будешь…

Полумрак еще сильнее нагнетает, но я не хочу шевелиться, чтобы это исправить. Падать, так на самое дно.

— Что я наделала, Семен Васильевич!

— Лика, я просил вне работы не называть меня по имени-отчеству.

— Опять забылась. Не нужна я ему…

Я же знала, что он никогда меня не полюбит. Была уверена, этого хватит, чтобы самой не влюбиться. Первое время так раздражал, напыщенный индюк! Но как меня крыло от него, крышу сносило рядом. Последний месяц каждую встречу обещала