Я мама вашего внука, или Как спасти репутацию - Дия Семина

Видать, не уточнила чья. В Петербурге много подлецов, готовых за хорошие деньги укокошить кого прикажут. Она давно это запланировала, но действовать пришлось быстро, пока судья не оформил ваш развод. Убийц скоро найдут, баронесса пропала. Но кажется, она уехала, Зинаида если и хотела к ней наведаться, то опоздала.

— Бог с ней, с баронессой, она неопасная. Но Зинаиду нашли? Она ночью приходила сюда. О мой бог…

Я вдруг увидела картину полностью. Словно мне кто-то нашептал.

— Таня, что? Ты что-то поняла? — теперь Наташа не может спокойно пить чай, и каждая пауза заставляет её нервничать, как, впрочем, и меня.

— Она опорочила Марка не для того, чтобы отвлечь следствие от баронессы, она хотела убрать от меня защиту. Без тебя, Марк, я становлюсь лёгкой мишенью. Она продолжает меня винить во всех грехах и несчастьях, так же как раньше обвиняла твою маму. Зинаида просто сумасшедшая.

— Её ищут, как минимум для допроса по делу, как максимум для психиатрического освидетельствования, а мы наймём ещё охрану. Очень надеюсь, что из нашего дома не сбегут жильцы, очень уж мы много суеты создаём, — прошептал Марк устало.

— Да, охрану вам нужно усилить. Ох, когда же всё это закончится, — подтвердил Дмитрий, тут же достал записную книжку, что-то написал и подал Марку. — Это человек с охранным бюро, попросите его подобрать вам специалиста.

В этот момент в гостиную вбежал Вася и вдруг обнял Марка.

— Я так за вас боялся.

— Всё хорошо, сынок. Всё хорошо! — стоило Марку погладить мальчика по спине и успокоить, назвав сыном, мы с Наташей не смогли сдержать слёз.

Когда все успокоились, гости поспешно откланялись, всё же день рабочий и дел у господ Черкасовых невпроворот. А мы разошлись по своим квартирам, любовь любовью, но нам нужно выспаться. Вася решил остаться с отцом.

— Я здесь почитаю и стих выучу у себя в комнате, можно?

— Хорошо, мой мальчик, оставайся.

Обняла своих сладких мужчин, поцеловала и пошла к Дане, который тоже соскучился по мне и уже начинает требовать маму.

Только на следующий день я осознала, что теперь вдова. Это не развод, а совершенно иное положение в обществе, более презентабельное. Пока выясняются все нюансы дела, я жду бумаги и должна принять решение, носить траур и объявлять себя вдовой или всё же развод.

В любом случае о свадьбе с Марком пока нельзя даже задумываться, после таких событий общество нас осудит, а мне лишняя шумиха в газетах не нужна. Ради детей мы снова взяли небольшую паузу в романтике, только когда совсем одни, и дети спят, устраиваемся на широком диване с книгой, обнимаемся, читаем, разговариваем, знакомимся друг с другом по-настоящему. Открываемся, и теперь уже физическое влечение подкрепляется духовной общностью. Единственное, что я не могу ему сказать открыто – тайну своего появления в этом мире.

Всё ещё боюсь.

Через неделю я получила из суда долгожданное свидетельство о разводе.

Меня и Даню «отрезали» от семейства Дорониных и прежде всего из-за долгов бывшего мужа. Траур я носить не обязана.

Вот и всё, свободная, вольная птичка синичка…

Сегодня Марк уехал по делам своего ресторана, я решила с няней, охранником и детьми прогуляться по проспекту до небольшого сквера. Не хочется упускать редкий, хоть и короткий солнечный день. Очень уж соскучились мы по яркому свету.

Лазурное небо, свежий, сияющий снег и лёгкий бодрящий морозец подняли наше настроение на сто баллов из ста. Мы гуляли минут сорок, заходили в магазинчики согреться и снова на улицу.

— Чудесный день, мы также с тобой когда-то ходили в Москве на горки, это было года три назад. Ещё до болезни мамы.

— Да, я помню, но смутно, в этом году тоже поедем на горки, или в большой торговый комплекс тёти Наташи. Они его очень красиво украсят на Рождество. Вот там будет столько развлечений.

— С нетерпением жду этого момента, — Вася улыбнулся и так радостно, что я вдруг тоже осознала, насколько жду поездку в местный «ТЦ».

Мы идём по широкому проспекту домой, охранник впереди, а няня катит удобные саночки с Даней, и Вася рядом со мной.

Только хотела брату показать на витрину, как к нам с проезжей части проспекта метнулась чёрная фигура с пронзительным воплем:

— Ненавижу тебя, Тонька, ненавижу! Ведьма, ведьма ты! Снова возродилась…

Она рехнулась, считает меня матерю Марка?

Успеваю заметить в её руках довольно большую банку с жидкостью, и между нами вдруг возник Вася, и Зинаида столкнулась с ним. Он, как проворный пёсик кинулся ей под ноги. Я лишь успеваю завопить и дёрнуть брата на себя за шкирку. Но бывшая свекровь от неожиданности оступилась и упала навзничь, опрокинув склянку на себя.

Её дикий вопль испугал всех, кто сейчас оказался рядом.

Кислота! Она шла облить меня «царской водкой».

Считанные секунды и люди засуетились, из аптеки выбежал лекарь, но поздно, Зинаида уже корчится в агонии. Даже ведро ледяной воды не смогло смыть с неё кислоту, Зинаида умерла ужасной смертью.

Охранник скорее отвёл нас в парадное, постоянно извиняясь, что не досмотрел, и снова поспешил на место преступления ждать полицию. Если такой мужик испугался, то что говорить о нас…

Няне приказала уйти с Даней в квартиру, а сами стоим в парадной, понимаю, что ребёнка нужно срочно оградить от этой ужасной истории:

— Вася, как ты её толкнул, а если бы она облила тебя? Боже мой, ты мой маленький спаситель, солнышко моё! Спасибо тебе, родной! — обнимаю его, целую в макушку, и теперь страх за себя и ребёнка догнал меня паникой, секунды промедления, и от кислоты даже телохранитель бы не спас. — Не говори никому, что это ты, ладно. Скажем, что она оступилась и упала, Бог отвёл.

Братец бледный, испуганный, кивнул, и я поскорее отправила его в детскую, а сама села ждать очередного полицейского с допросом, теперь уже последним, надеюсь.

Надо же, как карма сработала, Тимофей завершил свои дни в воде. С «Конкорда» сбежал, но всё равно в реку скинули, а Зинаиде вернулась боль Марка, пусть не кипяток, но таких страданий врагу не пожелаешь.

Но все эти мысли я оставлю при себе, особенно про карму.

Глава 30. Ночь в темноте

— Танечка, послушай совет старой мудрой женщины! — прекрасная, как ангел Наташенька лукаво улыбнулась, стоя в шикарном салоне свадебных нарядов, и