Экономка в дар дракону - Екатерина Стрелецкая

мелочной мести. Сомневаюсь, что солдаты сами по себе решили нарваться на крупные неприятности, ведь будь это в чистом виде самоуправство, элементарная жалоба доставила им немало неприятностей. Следовательно, не боялись такое творить.

У меня в голове мелькали воспоминания о летних каникулах, проведённых в деревне, а также один очень оригинальный заказ, когда клиент захотел создать антураж затерянного посреди поля домика. Пришлось тогда изрядно попотеть, разбираясь в сортах различных зерновых, времени их созревания, а потом ещё и целую инструкцию для садовника составить. А ведь ещё Тагард говорил о наступающем сезоне дождей… Надо будет как-нибудь уточнить у него об особенностях этого периода. Из всех зерновых если и пробовать что-то посеять, так разве что ячмень. Другие просто не успеют созреть. А вот на зиму стоит подумать насчёт ржи. В принципе, зерно можно будет и купить, если генерал сможет достать достаточно денег, а поля временно засеять полезными культурами, которые успеют поспеть до заморозков: тогда будет чем зимой питаться. Хоть той же морковкой, репой, капустой и свёклой. Надеюсь только, что не мне придётся курировать этот вопрос, иначе точно свихнусь от количества нагрузки. Тут бы с ремонтом замка и слугами разобраться…

Наконец, я услышала фразу, после которой поняла, что настал мой черёд выйти вперёд.

— Цефея — экономка Тагардского замка. Именно она выберет прислугу из числа тех, кто согласится отправиться на службу.

— Кто из вас готов работать в замке, прошу выйти вперёд, — я обвела взглядом выстроившихся жителей деревни, пытаясь прикинуть, сколько же всего людей здесь обитает. Помнится, Тагард говорил, что в каждом поселении около шестидесяти домов, но сомневаюсь, что хотя бы половина из них обжита, если судить по характерным элементам в одежде, присущим той или иной семье.

После небольшой заминки вперёд вышло около десятка девушек и женщин.

Я подошла к самой крайней из них:

— К чему больше душа лежит: уборка, готовка, стирка, шитьё?

— Готовка, госпожа.

— А помимо этого?

— Уборка.

— Замужем или жених есть?

— Вдова.

— Дети?

Молодая женщина покачала головой.

— Свой дом или у родни живёшь?

— С родственниками.

Я кивнула и подошла к следующей, задав примерно те же вопросы, что и первой.

Тагард стоял чуть поодаль и вроде бы беседовал со старостой, а на самом деле пристально следил за мной. Когда последняя из желающих попасть в ряды прислуги закончила отвечать, я подошла к нему:

— Лорд Тагард, остальные поселения тоже сегодня посетим или в другой день?

— Сегодня, поэтому к ночи должны вернуться в замок.

— Ясно. В таком случае у нас есть шанс ещё нанять несколько человек.

— Да. Кого-нибудь отсюда забираем?

— Несомненно. Но мне нужно ещё немного времени, чтобы определиться.

— Разве мало было расспросов? Кстати, почему ты задавала именно такие?

— Во-первых, желание быть поближе к кухне вполне оправдано: обычный выбор человека, привыкшего довольствоваться крохами. Например, у первой женщины глаза голодные. Но в замке точно всех кормить будут одинаково, а Илзе такое количество помощниц не требуется. Во-вторых, эта деревня находится к замку ближе, чем остальные, следовательно, женщина, имеющая мужа и детей, будет стремиться увидеться с ними, а, значит, может сбегать время от времени, что плохо скажется на работе. К тому же разбивать семьи — это совершенно никуда не годится. Да, есть вероятность, что незамужняя или вдова начнёт крутить юбкой перед мужчинами-слугами, но это будет уже моя забота и головная боль. В первую очередь — работа, шашни — это уже в свободное время и не переходя границ допустимого.

Тагард усмехнулся:

— Интересный подход. А зачем тебе понадобилось ещё время?

— Хочу взглянуть, как они живут. Потому что пока расспрашивала, уловила шепотки, что одна, дескать, едва ли не грязью до самой крыши заросла, другая не так уж и хорошо готовит, третья — иголку в руках сроду не держала и так далее. Верить сплетням и фразам, сочащимся ядом — самое последнее дело. Нанять кого-то, а потом понять, что ни на какую работу служанка негодна — только время зря потерять и собственные силы.

— Хорошо. Ты отвечаешь за прислугу — тебе и принимать решение. У тебя есть около часа, так как я хочу осмотреть поля и обговорить со старостой, что с ними можно сделать. Норман и Гиллис пока решают вопрос насчёт работников, годных для ремонта в замке.

Угу. Особенно Норман. Видела я, как он переглянулся с одной из селянок, а затем быстро исчез из поля зрения. В принципе, ничего такого, если бы не одно большое внушительное «но». О, вот помяни его, как он тут как тут. Извинившись перед Тагардом, я быстро догнала Нормана и отвела подальше.

— Норман, я считала вас достаточно благоразумным человеком. Не хотите мне ничего рассказать, пока лорд кое-что не сопоставил и не обратил свой гнев на вас?

Глава 31

Греховодники

Мужчина молчал, а у меня времени играть в гляделки не было.

— Лорд Тагард рассказал мне, что обитателям замка было запрещено появляться на территориях, принадлежащих королю, однако у вас тут есть знакомые, как я погляжу, и ориентируетесь вы достаточно свободно в округе. Можете отрицать, но делу это никак не поможет, лишь усугубит ситуацию.

Норман понизил голос и спокойно пояснил:

— Время от времени почти все тайком делали вылазки из замка, чтобы купить у местных еды или одежду.

— Допустим. Это объясняет, почему вы знаете расположение домов и закоулков. А дальше? Однажды попить попросили, так как есть захотелось, что даже переночевать было негде? Молчите… И «откушивали» вы, я так думаю, не единожды. Итак, кто она? Жена?

— Нет. Просто любимая женщина.

Я по привычке зарылась пальцами в волосы, дёрнув себя со всей силы, чтобы убедиться, не сон ли это.

— Норман! Вы же знаете, как лорд Тагард относится к свободным связям! Ей через сколько рожать? Месяца через два?

Норман поджал губы, а затем, отведя взгляд в сторону, ответил:

— Через три.

— Ну, конечно, это же резко меняет дело! — не удержалась я от сарказма, продолжая поглядывать по сторонам, чтобы исключить вероятность подслушивания. — Она замужем?

— Нет. И никогда не была.

Вот тут я окончательно впала в ступор. Норман ведь действительно отличается рациональностью, не говоря уже о сообразительности. Допустить рождение внебрачного ребёнка — это обречь его как минимум на косые взгляды в течение всей жизни. Деревня же.