Пойманная с поличным - Джена Шоуолтер

сейчас — сейчас, когда нарушила правило, и исключение стало более вероятным, чем когда-либо. Из меня вырвался горький смешок. Какое небольшое время нужно, чтобы осознать правду. Этот лагерь стоил того, чтобы бороться изо всех сил, чтобы остаться.

Здесь у меня была цель. У меня были цели. Стать агентом А.У.Ч. - это навсегда; защищать невинных — почетно. Для меня не было лучшего выбора профессии. Я не могла это потерять.

На данный момент лагерь — это все, что у меня было.

Я молча следовала за Райаном по коридорам. И вскоре оказалась сидящей недалеко от Эллисон, лицом к Боссу, который восседал за большим столом. На нём были те же чёрные очки. Вся стена за ним была разделена на множество голографических экранов, на которых отображались различные сцены. Вечеринка. Пустующие классы. Коридоры. Дети, которые ходили по своим комнатам и выходили из них.

Босс откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Кто-нибудь хочет рассказать мне, что это было? — спросил он своим глубоким голосом.

Я пожала плечами, стараясь выглядеть безразличной, хотя меня сковывал страх. Это была именно та ситуация, в которой я меньше всего хотела оказаться. Большое спасибо, Эллисон.

Костяшки моих пальцев пульсировали, когда адреналин испарился.

— Она стерва, — сказала Эллисон, указывая на меня.

Я не ответила, хотя мне очень хотелось. Плохо. Держи себя в руках, действуй как агент.

— Ты была против нее с тех пор, как Райан рассказал мне, как она дралась, и Миа порекомендовала ее, — сказал Босс. — Почему?

— Она наркоманка, — процедила Эллисон сквозь зубы.

— Бывшая, — сказала я.

— Бывших наркоманов не бывает, — настаивала Эллисон. — Особенно эта. Ты не видел её в школе, папа. Она постоянно принимала «Бездыханный». Она была грубой. Воровала вещи из моего шкафчика. Относилась ко всем, кроме своих друзей, как к грязи. Она была громкой и противной в классе, постоянно мешала учителю. Некоторые из нас действительно хотели учиться, — огрызнулась она на меня.

Мои кулаки сжались.

— Она наконец-то завязала. Не употребляет уже несколько месяцев. Даже прошла проверку Энджел. И ещё она извиняется за то, что крала у тебя из шкафчика. — я знала, что много чего украла, но не помнила, что именно и у кого.

— Сможешь ли ты сопротивляться, когда мы будем на задании, а вокруг тебя будут наркотики? — спросила Эллисон. — Ты будешь под кайфом, а остальные из-за этого станут уязвимыми.

Я решительно вздернула подбородок.

— Ты даже не дала мне шанса. Ты уже вынесла мне приговор и признала меня виновной.

— Она права, — сказал Босс, пристально глядя на свою дочь.

Губы Эллисон сжались в тонкую линию, но она ничего не сказала.

— Это первое предупреждение, девочки. Ещё два, и вы вылетаете. И да, Эллисон, я говорю и о тебе тоже. За сегодняшний инцидент я запрещаю вам обеим посещать мероприятия в течение двух недель. Если вы снова подеретесь, последствия будут хуже. Мне нужно, чтобы ученики работали вместе, были командой. Если между агентами будут ссоры, Чужие воспользуются этим и победят. Вот почему теперь вы будете проводить по несколько часов каждый вечер вместе, узнавая друг друга.

— Что? — Эллисон ахнула.

Босс выгнул бровь, и она выглянула из-под верхнего края его очков. Я с удивлением заметила, что его брови были чернильно-чёрными.

— Я вынес свой окончательный вердикт. Можете идти.

Пауза.

Мы сидели, удивленные, не веря своим ушам. Уверена, каждая по разным причинам.

— Уходите! — рявкнул он.

Ни одна из нас не произнесла ни слова, когда мы встали. Мы взглянули друг на друга, нахмурились, затем отвернулись. Две недели с Эллисон. Мне это не нравилось, но я выдержу. Меня не исключили из программы. Не так сурово, как он обещал.

Уходя, я улыбалась.

Глава 12

Удивительно, но следующие две недели пролетели молниеносно, и единственным темным пятном было мое вынужденное пребывание с Эллисон. Я каждый день сдавала анализы на Онадин, и я их сдавала. Мне понравились мои новые друзья. Мне понравились мои занятия, и я многому научилась.

Впрочем, это было не совсем так. Я должна была многому научиться. Мне было трудно запоминать мельчайшие детали. Было так много видов Чужих и так много информации, что иногда я ловила себя на том, что витаю в облаках во время занятий.

Иногда я молилась, чтобы прозвенел пресловутый звонок.

К тому времени я узнала, что некоторые Чужие дышат не носом, а ушами. У некоторых не было позвоночника, костей или даже сердцебиения. Некоторые выделяли яд, и их нельзя было трогать. Могла ли я назвать, какие именно Чужие обладали этими чертами? Нет. Даже под угрозой смерти.

В самом деле, как девушка могла все это запомнить?

Кое-что я знала наверняка. Я скучала по общению с Райаном. Я видела его на занятиях по боевой подготовке, но он больше никогда не вызывал меня для демонстрации. Никогда не смотрел в глаза. После всего того удивительного, что он мне сказал… он хотел меня, он постоянно думал обо мне… я сходила с ума.

Логически я понимала, почему он так со мной поступает. Логически знала, что так лучше. Но мне это не нравилось, и я хотела, чтобы он прекратил.

«Не думай о нем». Мне нужно учиться! Скоро у нас будет тестирование. Хорошо. Итак. Аркадианцы были телепатами, сверхбыстрыми и почти гуманоидами.

Меки, как я выяснила, могли управлять погодой и любили жару. Лучший способ ослабить их — заморозить. Арктик, пистолет, стреляющий пулями из жидкого азота, находился в разработке. Я не могла дождаться, чтобы его попробовать!

Эл-Роллисы, которые были крупными и сильными, но не могли самостоятельно мыслить, часто использовались в качестве телохранителей. Они беспрекословно выполняли приказы, и когда им давали задание, ничто не могло их остановить. Даже если бы эти приказы заключались в уничтожении мира.

Некоторые Тераны — раса Киттен — на самом деле могли проходить сквозь стены. Киттен отрицала, что обладает такой способностью, и отказывалась подтверждать, что другие, подобные ей, действительно могли это делать. Она отказывалась подтверждать что-либо. Я была рада, что она молчала. И это была правда. Узнать, что я (и другие) можем обезвредить мою соседку по комнате и подругу, ущипнув ее за затылок, было не очень приятно.

Мне не было жаль Киттен. Мы также учились выводить людей из строя, если они мешали нашей работе.

На уроке по оружию я наконец-то научилась стрелять из заряженного бластера. Луч вылетел из ствола плавно, легко. На самом деле, я бы и не узнала, что выстрелила, если бы не желтый луч, осветивший