Неслучайное совпадение - Рокси Рэй

— Я буду очень благодарна.

— Уверена, будешь. Но сначала проверка на верность. У меня есть несколько текущих задач, которым пошло бы на пользу прозрение оракула.

Блядь, понеслось.

— Ради всего святого! — срывается Пол. — У нас нет на это времени. Если ты не хочешь нам помогать, уверен, мои деньги найдут кого-нибудь, кто захочет.

Я морщусь, но внутри ликую. Именно так и сказал бы богатый избалованный засранец, пытающийся организовать заказ на своих соперников. Кто бы мог подумать, что Пол тоже умеет импровизировать! Он полон всяких сюрпризов.

Определённо не даёт заскучать.

— Прошу прощения, если вы не против дать мне минуту, чтобы посоветоваться с моим клиентом, уверяю вас, он не хотел вас оскорбить.

К счастью, веселье женщины сияет ещё ярче, хотя я не упускаю и поднявшуюся злобу. Ничего откровенного, то есть прямое нападение нам (пока) не грозит, но она здесь.

— Разумеется. Отведи его в сторону и объясни, что я не член его персонала и не один из его маленьких приятелей, которыми он может помыкать только потому, что родился с серебряной ложкой во рту.

— Верно! Конечно! Всего пару минут!

Я начинаю тащить Пола к входной двери, чтобы мы могли быстро сбежать, но по обе стороны от неё встают двое крупных мужчин, скрестив мясистые руки на груди.

Ладно. Лёгкого выхода не будет. Не то чтобы это стало сюрпризом, но попытаться я должна была.

— Тогда мы просто пойдём сюда, — говорю я с улыбкой и ныряю в дверной проём на противоположной стороне.

Я продолжаю идти, оглядываясь туда-сюда в поисках возможного выхода, но это место спроектировано так, что выход здесь только один. Ужасное нарушение пожарной безопасности. Хотя почему-то мне кажется, что им плевать на пожарные нормы. Так что, не имея возможности быстро выбраться, я выбираю боковую комнату, похожую на читальную зону.

— Нам нужно выбраться отсюда, — шепчу ровно так горячо, как и хочу. — Эта женщина не убивала твоего брата.

— Откуда ты вообще можешь это знать? У неё нет экстрасенсорного следа. Именно поэтому ты не смогла почувствовать её рядом с нами и не поняла, что она Шёпот.

С того момента, как она раскрылась как дриада, я знаю, что это всё усложнит. Господи, мне нужно быстро придумать убедительную историю, почему это не имеет значения.

Вот в чём проблема лжи. Хотя я хороша в этом, одна неправда рождает другую, пока в итоге мне не приходится держать в голове целую повесть альтернативных фактов.

— Есть, — бормочу я. — Он очень слабый, и мне понадобилась секунда, чтобы его считать, но он есть.

— Да ладно тебе, все легенды говорят, что их разум и души отличаются от наших, поэтому на них не распространяется куча наших законов. Все знают, что нельзя читать мысли дриад, селки, леших и даже драконов, когда они ещё существовали.

Доводы у него хорошие, конечно, но не железные. На самом деле я уверена, что обычно отбила бы их даже глазом не моргнув. Но я сбита с толку. Между попытками удержать в голове ложь, которую я наговорила множеству обитателей базара, Шёпот и самому Полу, я чувствую, что уже трещу по швам.

— Слушай, я просто знаю, ладно?

— Я тебе доверяю, Черри, правда. Но ты не думала, что нервничаешь, потому что это первый человек, с которым ты при мне общалась и которого не можешь считать мгновенно? Давай вернёмся туда. Я сыграю отчитанного денежного мешка, а ты очаруешь её так же, как очаровываешь всех остальных.

Он… Я…

Нам остаться? Или поджать хвост и свалить?

Она ближе всех подвела нас к цели, и до этого момента я сама доказывала, что мы должны попытаться. Но что-то в этом переходе от мысли, что у неё нет эмоционального энергетического следа, к пониманию, что он всё-таки есть, заставляет волосы у меня на затылке вставать дыбом. Мы тратим время на того, кто не ассасин и не даст нам информации. Чем дольше мы остаёмся у неё в когтях, тем больше рискуем.

— Слушай, — говорит Пол мягко, кладя руки мне на плечи. — Я тебе доверяю, Черри. Ты уже столько сделала для моей семьи и спасла жизнь моему младшему брату. Если ты слишком нервничаешь из-за отсутствия у неё экстрасенсорного следа, позволь мне взять это на себя. Я привык быть слепым к таким вещам, так что меня это не так выбивает.

Он ласково улыбается мне, и мне хочется нарисовать Полу картину, чтобы показать, как это зловещее зло медленно просачивается внутрь, как маленькие полоски веселья начинают превращаться во что-то более острое и каменистое. Иногда видеть эмоции так, будто у меня синестезия, — огромное преимущество.

А иногда это полная задница.

— Я говорю тебе, она не связана со смертью твоего брата. Я бы это поняла.

— При всём уважении, как? Дриады невосприимчивы к⁠…

Я понятия не имею, что на меня находит. Может, это усталость. Может, вина. Может, просто отчаянное желание выбраться отсюда, потому что я всем нутром чувствую, что эта женщина не связана с убийством семьи Пола.

Какой бы ни была причина, мой рот уже двигается, и слова вываливаются наружу прежде, чем я успеваю их остановить:

— Неважно, что она дриада, потому что я грёбаный эмпат, а не экстрасенс! У того, кто убил твоего брата, не было эмоционального следа, и я тебя уверяю, у этой женщины он есть!

О.

О боже.

Я правда сейчас это сказала?

Какая же я тупая! Ты всё выдала.

Ну, кажется, игра окончена.

Он меня ненавидит? Он должен меня ненавидеть.

Может, теперь мы хотя бы сможем вывести его в безопасное место?

Всё испортила!

Ты всё испортила!

Господи, какая же ты неудачница.

Вот что я получаю за ложь.

Что он думает?

Что он думает?

Что он думает?

Что он думает?

Что он думает?

Он меня ненавидит??? Что он думает?

Что он думает?

Всё испортила! Что он думает?

Лгунья! Что он думает?! Лгунья! Лгунья! Лгунья!

Что он думает?

Что он думает?

Что он думает?

Что он думает?

Что он думает?

Что он думает?

ЧТО ОН ДУМАЕТ?

Что он думает?

Я всё испортила!

Я в ужасе смотрю, как глаза Пола расширяются от шока. Его эмоции льются из него наружу, почти заполняя всю комнату. Теперь никакой кирпичной стены больше нет.

Сначала приходит неверие. Потом растерянность. Потом злость. Потом сомнение, прежде чем