Волчья страсть. Красная Шапочка по неволе - Ева Тайга

— Да свершится милость его над нами!

Сектанты обошли кучу и подняли то, что оказалось железной сетью. Под ней лежал тот, кого я меньше всего хотела бы там увидеть.

Эрик…

Один из мужчин придавил его шею к полу и надел на него железный ошейник.

Сзади меня раздались пронзительные крики.

Я повернулась. Две девушки уже лежали на полу без сознания.

Оборотня повели к клетке. С каждым шагом его взгляд становился всё яснее и злее. Он почуял кровь.

Вместо привычного мне бирюзово-золотого, в его глазах мерцал багровый цвет.

Это был не тот, кого я знала. Он будто стал больше и гораздо свирепее.

Волк зарычал, и ударил когтями по глянцево-чёрному полу.

Магистр подал знак и зверя втащили в клетку, закрепляя цепь ошейника на специальный регулирующий механизм. Раздался приказ:

— Последняя в круге. Он должен вкусить её первой. Пусть вырвет ей сердце.

Культисты обступили клетку. Один из них просунул между прутьев железную палку с острым наконечником и ткнул ею меня в бок. Остриё вошло в мою кожу и на чёрный гладкий пол полилась ещё одна струя крови.

Девушки бросились в рассыпную.

Я вскрикнула, обеими руками вцепляясь в палку. Рванула на себя, пытаясь вырвать орудие.

Не получилось. Я подскользнулась на влажном покрытии и полетела вниз, но к зверю почти не приблизилась.

— Ослабьте цепь! Пусть он сам подойдёт.

Раздался звон металла и рык, пронзивший меня насквозь.

Волк замер, принюхиваясь. Он был близко. Чертовски близко.

Зверь не напал.

— Ещё, ещё! Ослабьте совсем, спустите его! Дайте ему свободу! — Магистр закричал, сжимая кулаки. Хор стих. Все замолчали, напряжённо следя за происходящим в клетке.

Волк повёл ушами, встряхнулся. Теперь его движения ничего не сковывало. Он подошёл ко мне. Потянул носом.

Пользуясь его замешкой, я зашептала, подползая на коленях ближе. Заглянула в глаза, горящие дикостью.

Челюсти клацнули в сантиметре от моего уха.

— Эрик… Пожалуйста, не трогай нас. Ты же можешь. Мы вернёмся домой…

Среди людей в мантиях пробежал неуверенный шёпот.

— Что она делает…? Почему зверь не напал? Его покормили…?

Магистр подскочил к клетке и ударил по ней кулаком.

— А ну ткните его чем-нибудь! Заставьте напасть в конце концов, что вы встали все⁈

В бок оборотня ударило железное остриё. Он взвыл.

Резко повернул голову и его взгляд упал на Кристину…

Девушка сидела на полу и шептала что-то, не открывая глаз, словно молилась.

Он рванулся к ней. Не к моему горлу. Его прыжок был молниеносный и уверенным. Клыки обнажились, когти вытянулись, чтоб схватить…

Я вскрикнула и бросилась наперерез волку к подруге. Упала на неё, закрыла собой. Раскинула руки так, словно могла защитить всех девушек одним своим телом.

— Нет! Да опомнись ты в конце концов! Не трогай их!

Зверь замер. Он был совсем рядом. Его зловонное дыхание обожгло мою кожу.

Я протянула руку и коснулась неестественно выставленной вперёд клыкастой челюсти.

— Что же они с тобой сделали…?

Оборотень отшатнулся от моей руки и зарычал в бессильной злобе, но не напал. Всё его тело затряслось от напряжения, но не двинулось в нашу сторону.

А потом он отступил.

Сел на задние лапы, опустил голову и…

Начал биться ею об пол. Ритмично и сильно, будто пытался выбить из себя эту ярость, раскроить себе череп, лишь бы остановиться.

Он выл жалобно и протяжно, как бы прося прощения за то, чем стал.

Все, кто был в зале, застыли, не понимая, что происходит.

И только Магистр с благоговейным смехом медленно опустился на колени. По его впалым щекам потекли мутные слёзы.

— Она…! Она-а-а… Она — его истинная… Свершилось чудо. Свершилась благодать…! Вы понимаете⁈ Она даст нам волчат!

Зал взорвался совершенно неуместным ликованием.

Волк продолжал прикладываться об пол, но уже не так сильно. Его нос был разбит, кровь из разбитого лба заливала ему глаза.

Я уткнулась лицом в мокрые от крови волосы Кристины.

Послышался звон цепей и Эрика вытянули наружу, не давая ему довести начатое до конца.

Клетку обступили люди. Они все смотрели на меня.

Лица их были до противного благостными, словно они смотрели на новорождённого малыша.

Я отвернулась и зажмурилась, прижимаясь к Кристине покрепче. Сзади подошла Ева и заключила в объятия нас обеих, а за ней все остальные девушки, не сговариваясь, начали садиться рядом и обнимать меня.

Один за всех и все за одного, так кажется? Жаль только, мы голые и раненые…

В клетку кто-то вошёл и я услышала вскрик:

— Отпустили её, живо. Встали, ну! Разошлись, я сказал!

Но я только сильнее прижалась к подругам, чувствуя вытекающую из бока кровь.

Это было точно как в ту самую ночь, когда наша машина перевернулась.

Но зато теперь мы вместе…

Глава 23

Глава 23

Кэтрин.

Я не прихожу в себя уже неестественно долгое время. Что это? Сон? Смерть…?

Я не хочу подчиняться черноте. Не хочу видеть снова этот бездонный пол. Мне нужно к свету. Я хочу согреться.

Перед глазами мелькают картинки прошлого. Снова особняк, снова камин, снова Эрик.

Я прожила в этом лесу отдельную маленькую жизнь, но на деле провела там ничтожно малое время.

Кто-то управляет моим разумом, показывая мне кино из кусочков воспоминаний.

Бег по лесу на каблуках, красный плащ, животный ужас и удивление от первой встречи, кроваво-алый язык на моей коже, капля вина, стекающая по подбородку…

Красный. Везде этот чёртов красный!

Роскошный цвет. Но всё же, мне больше нравится бирюзовый. Спокойный, как лесное озеро. Яркий, как жизнь…

* * *

— Пустые опасения. Все правила писаны мною. Речь идёт о простой условности. — Магистр сделал резкий глоток из своего бокала и слегка закашлялся.

— Вы не можете отрицать того, что ритуал не был завершён. — сидящий напротив него седой мужчина с тонкими бледными губами сосредоточенно вынимал кости из рыбины в своей тарелке.

Из всех членов братства аппетит после увиденного был только у двух приближённых и самого Магистра, который от восторга забывал жевать и давился едой.

— Но если одна из жертв — истинная зверя, значит потомство гарантированно будет здоровым. Конечно, скоро он совсем перестанет перекидываться, но время-то ещё есть! Девушке надо просто возлечь с ним и…

— Каким образом⁈ Она — единственная, кого волк будет слушаться даже в приступе кровавой ярости. С чего вы взяли, что она позволит ему. — перебил его всё тот