Бизнес, любовь и много чего ещё - Одри Роуз

– Он сам все это сделал, – очень тихо говорит мне Кларк.

Кем бы мистер Брукхилл ни был, он бы определенно мне понравился. Человек, который вложил столько труда, чтобы создать такую красоту, не мог быть куском дерьма.

Мы поднимаемся на каменное крыльцо, и Кларк нажимает на звонок. Я еще не знаю, кого мы увидим за этой дверью, но все мое тело сгруппировалось, будто мы стучимся к бандитам, сумасшедшим, варварам.

Нам открывает прелестнейшая девушка с каштановыми распущенными волосами. На ней черное платье с расклешенными рукавами. Только увидев Кларка, она тянется к его шее, чтобы обнять. Ее широкие рукава сбегают к локтям. Девушка крепко прижимается к груди моего босса и всеми силами старается не заплакать.

– Наконец-то ты приехал, – с надрывом в тонком голосе произносит она.

– Я был бы счастлив навестить вас по любому другому поводу, но только не этому.

Они разрывают объятие и еще несколько секунд смотрят друг на друга. Очень красивая девушка. Такая утонченная и элегантная. Стройная и скромная.

– Оливия, это Си… Сесилия Макфи. Она работает в Бостонской фирме твоего отца с момента ее основания.

Я делаю широкий шаг и тяну руку в короткой сеточной перчатке для знакомства с этим благородным цветком. Дочь мистер Брукхилла, значит. У них с Кларком, смею предположить, очень теплые и трогательные взаимоотношения.

Оливия любезно приглашает нас внутрь, и только мы перешагиваем порог их просторного дома, как я вхожу в образ. Образ самой холодной женщины, которая ни на дюйм не отойдет от Кларка и которая никому не даст выкручивать ему мозг в эти тяжелые для него дни.

Я Сесилия Макфи, мне сорок два года. И если вы хотите что-то от Кларка, говорить вы станете со мной. Взгляд на мир у меня меняется, походка и голос – тоже. Я не просто играю роль, я ей живу. Проблема только в том, что я понятия не имею, как выглядят ближайшие родственники Кларка.

Оливия провела нас в зал, где для прощания поставили открытый гроб. Я осталась на входе. И чтобы не мешать Кларку проститься с дядей, и чтобы стоять на страже – не хочу, чтобы кто-то помешал ему в такой момент. Оливия тоже вышла из зала.

Надеюсь, никто не зайдет сюда как можно дольше. Минут через десять я решаю посмотреть, как там Кларк. Одна его рука касается гроба, а другая прикрывает глаза. Он согнут и беззвучен. Но внутри него разверзается буря.

Я слышу шаги, и еще до того, как обернуться на идущего, громко с ним здороваюсь, чтобы Кларк наверняка услышал и успел собраться. Шаги приближаются, и я не могу поверить своим глазам. В голову сразу приходят слова Кларка: «Мы словно близнецы, пусть и с разницей в три года». Передо мной копия моего босса.

– Добрый день. – Я протягиваю руку для пожатия.

– Здравствуйте. – Ноэл тут же берет ее и склоняется, чтобы поцеловать.

Прямо поверх перчатки он касается губами тыльной стороны моей руки. Меня пробирает до дрожи от неуместности этого действа. Ноэл не отрывает от меня глаз и жутко улыбается.

Если бы я не знала, то в самом деле приняла бы Ноэла за Кларка. Только вот одет старший брат совсем иначе – в джинсы и джемпер. И мимика иная. А вот голос и взгляд – те же. Такое сходство не на шутку пугает.

– Я Сесилия Макфи, мы работали с мисте…

Он перебивает меня и говорит со вскинутыми бровями:

– О, наслышан, наслышан. Вы ведь начальница моего младшего брата, не так ли?

– Совсем наоборот. Это он – мой начальник.

– Да бросьте. Он? Начальник? – ширится улыбка Ноэла.

– Разумеется. Неужели вы были наслышаны обо мне, но ничего не знаете о собственном брате? Какая-то неувязочка в ваших словах. – Я не поддамся на эти глупые игры с уничижением Кларка, который, вообще-то, все слышит!

– Кларк! – Ноэл прекращает рассматривать меня и с улыбкой шагает теперь к брату, жмет ему руку и принимается «разделывать» его. – Пойдем к бару.

– Извини, но нет.

– Сейчас же будет самая унылая часть, со всеми этими речами и слезами. Неужели тебе так уж надо все это слушать? Ничего нового же на прощаниях не говорят. Отсидимся у бара, никто и не заметит.

– Простите, господа, что вторгаюсь в вашу беседу… – Да, тут можно противостоять только беспардонностью, хорошо, что у меня ее хоть отбавляй. – Ноэл, видите ли, Кларк уж очень нужен мне на церемонии. Я ужасно чувствую себя с дороги, а поэтому страшно теряюсь среди незнакомых людей и пространств. Кларк необходим мне сейчас, как воздух. – Я подхожу к нему и опираюсь о плечо, имитируя слабость и головокружение.

– Что же вы сразу не сказали? – воодушевляется Ноэл. – Идемте же в гостиную, я лично вас проведу в комнату, где вы сможете отдохнуть.

Ноэл хватает меня за руку, и я с отчаянием в голосе успеваю сказать:

– Кларк, прошу вас, идемте с нами.

Мы переходим в другой огромный зал. Не знаю, как правильно называются такие комнаты, но тут и выход на веранду, и диванчики с креслами и столиками, и кухня, и тот самый уже упомянутый бар. Оливия вместе с кейтерье переносит закуски из зоны кухни в зону отдыха у диванов. А через несколько секунд за барной стойкой я вижу ее. Женщину, которая, казалось, сошла со страниц сказок, в которых была королевой. Холодной, злой, властной и жестокой. У нее волосы самого светлого оттенка блонда. Кожа белая, глаза голубые. Такие же голубые, как у Кларка и Ноэла. Нет сомнений, что передо мной их мама. Она в светло-сером платье, оно бросается в глаза и кажется неуместным. На шее переливаются жемчужины. Бусины далеки от идеальной формы, все это потому, что они настоящие.

Холодная королева вращает коктейльный бокал, наполненный чем-то полупрозрачным.

Стоило ей увидеть нас, как она грациозно слезает с высокого барного стула и шагает к Кларку. Целует его в щеки, но не касается их губами. Только делает вид.

Я стою к ним очень близко, а потому по запаху сразу понимаю, что в бокале у холодной королевы мартини, и он далеко не первый.

Мама Кларка не удостоила меня даже одного взгляда. Я ей неинтересна и для нее невидима. Оно и к лучшему.

– Сынок, неужели нужно было дождаться, пока кто-нибудь умрет, чтобы приехать и повидаться?

Боже… у них что, разряд по тому, как уничтожить чужое самообладание за один вопрос?

– Прости, мама, я был очень занят.

Кларк, ты