Ледышка для двоих - Аля Алая

Инстинктивно обхватываю ее талию ладонями, ощущаю контакт кожи к коже и прекращаю дышать. Кислород в треклятой студии словно испарился. Все звуки затихли. Мы одни. Ловлю в плен ее серый, колючий взгляд. Пытаюсь сломить внутреннее сопротивление, одними глазами выдавая все то, что в моей душе сейчас. Тоску, боль, любовь и жажду быть рядом.

Тонкие пальцы касаются моих предплечий. Робко скользят по груди, словно вспоминая. Обжигают меня. Хочу еще и еще. Больше. Дотянуться губами, коснутся интимно. Утонуть в ней.

Я словно большой ручной кот, в которого влили бутылку любимой валерьянки. Не соображаю и с трудом удерживаюсь на ногах.

— Один кофе, Аврора, один разговор, — шепчу ей практически в губы.

— Нет, — качает головой.

Вижу, как пытается не фокусироваться на мне, внутренне отстраниться. Но я позволить этого не могу, мне нужна Аврора живая. Ее реакции, от которых когда-то сошел с ума. Живой, словно колокольчик смех, немного неловкие движения, отчаянная смелость и в то же время дикая слабость. В ней так намешаны эмоции, что разгадать невозможно.

— Я умирал без тебя, — касаюсь губами ее виска вскользь.

— Замолчи, — отвечает глухо. Тонкие пальцы вжимаются в мою кожу, царапая ее острыми ноготками.

— Глубже, мне нравится, — выдыхаю в шею. Тонкая кожа тут же откликается мурашками. Дыхание срывается на едва уловимый стон.

Давай, моя Снежная королева, я тебя отогрею.

— Очень красиво, — задумчиво выдает фотограф, рассматривая экранчик своей камеры, — но наша цель, вроде, не эротика, а спорт.

Пошел ты! Что он вообще тут делает. Я о фотографе совсем забыл. Вообще обо всем. Все мое внимание сфокусировано лишь на Авроре.

Веду ладонями по ровной спине, чувствуя, как напрягаются мышцы. Пропускаю через пальцы длинные волосы.

— Кофе, — тяну их немного вниз, заставят Аврору взглянуть мне в глаза.

— Нет, — в ее голосе больше нет той уверенности, что была пару минут назад. Растворилась.

— Один разговор.

— Нет, — вздрагивает и оборачивается на дверь, в которой появляется Савелий. Он стягивает с себя шапку, отряхнув с нее снег, и проходит внутрь.

Глава 20

Бросаю куртку на стул, не в силах оторваться от Авроры. Две девушки с сумками вываливаются из гримерки и идут на выход. Не знаю, кто они и зачем здесь были, но рад, что народа в студии становится меньше. Аврора провожает взглядом девушек, исчезающих за дверью, сглатывает. Переводит взгляд на меня, потом на фотографа. Она подрагивает, хлопая своими пышными ресницами. Глаза, как две монетки. В них смятение.

Тонкая фигурка потонула в Даниных загребущих лапах. Он тискает ее отнюдь не целомудренно. Мда… спортивной съемки не будет, а вот что-нибудь для взрослых вполне может получиться.

— Продолжайте, — стаскиваю бомбер через голову и остаюсь в майке. Падаю на свободное место за столом у окна. На нем в беспорядке разбросана одежда, в коробке под столом спортивный инструментарий.

Думаю, что делать мне... Как к Авроре подступиться? Как заставить довериться и вернуть ее чувства?

Макс умотал до конца недели в Питер, переложил работу с нами на своего зама. Никакой информации по Стасу не дал.

— Может быть, снизим немного накал? — откашливается фотограф, видя откровенное облапывание своей модели. С моей стороны ищет явной поддержки.

— Нет, все отлично, — мое заявление вызывает у него недоумение. Тощий хмырь подвисает, силясь обработать несостыковки с развешенными на магнитной доске спортивными визуалами и явной эротикой перед собой.

— Такое в торговом центре не повесишь, — бурчит себе под нос, — не очень понятно, что это вообще реклама магазина спорттоваров.

— Вот, — вынимаю из коробки бейсбольную биту и футбольный мяч, — сейчас будет.

Аврора в мою сторону полыхает негодованием. Но рыпнуться у нее не получается, Даня держит крепко. Словно приклеился.

В студии отчетливо фонит возбуждением. И предвкушением.

Сбрасываю с ног обувь, чтобы не затоптать фон. Зажимаю под мышкой мяч и подхожу к парочке.

— Держи, — даю Дане в руки футбольную биту, которую тот закидывает на плечо, — привет, — останавливаюсь у Авроры за спиной. Втягиваю аромат ее волос, убираю их в сторону, — ты фантастически выглядишь.

— Прекрати, — шипит в мою сторону Ледышка, — или я сейчас уйду.

— Не ругайся, малыш, — вскользь касаюсь губами ее обнаженного плеча. Приседаю и подкладываю под ножку мяч. Пальцами оглаживаю миниатюрную ступню с нежным розовым маникюром. Во рту тут же собирается слюна, хочется поцеловать каждый пальчик, пере йти на щиколотку, затем прикусить икру, под коленкой погладить, зацеловать бедро и выше. Мой чистый соблазн, моя девочка, — идеальная, — задираю голову вверх, встречаясь с мечущим молнии серым взглядом. Пьяно застреваю на упругой попке прямо перед моим лицом.

Ткань обтянула ее плотно, но шорты настолько короткие, что ягодицы обнажены наполовину. В штанах стояк, с которым подняться на ноги стыдно.

— Шикарно, так и стойте, — осекает мою попытку разогнуться фотограф, — не знаю, где вы это будете вешать, но выглядит охуенно. Аврора, запусти руку в волосы брюнета, а рыжему положи ладонь на грудь. Да прогнись ты, милая. Что стоишь, как палка? И лицо, — он шипит, — Аврора, детка, загадочности добавь.

Ее пальчики в моей моих волосах окончательно лишают рассудка. Подставляюсь под ласку, поворачивая головой. Нежно веду ладонью по ноге.

— Я, — Аврора с трудом сглатывает. Вся раскраснелась и дрожит, — ухожу, все. Вы… вы… пустите.

— Тише, — медленно встаю на ноги за ее спиной. Ладони на талии, — это просто фото.

Кому я, блядь, пытаюсь врать? Себе, Авроре? Долбанному фотографу, который на площадке, явно, лишний.

— Вынужден сказать, ваша одежда не в тематике съемки, — доносится со вздохом сбоку, — майка белая, она тянет на себя все внимание.

— Не проблема, — майка тут же улетает через стойку со вспышкой.

— Белье?

— Спортивные боксеры, черные.

— Так в чем тогда дело? — тонким бабским голоском с претензией.

— Ни в чем, — с готовностью стаскиваю с себя джинсы и отшвыриваю их ногой.

— На, — в меня летит длинный спортивный канат, — прикройся.

Шутник бля…

Аврора ерзает между нами, полная возмущения. Но это не волнует даже фотографа. Что уж говорить о нас?

Даня смотрит на Ледышку пожирающе. Его ладонь прилипла к ее бедру намертво.

Перекидываю канат через голову, двигаюсь к Авроре ближе. Вжимаюсь.

Все, контакт кожа к коже состоялся. Сердце сжалось, замерло, а затем начало качать кровь с удвоенной силой. Горячую и дурную. Затуманивающую все рациональное внутри меня.

Аврора никогда не была для меня лишь про тело, она совершенно особенная девушка со своими неповторимыми реакциями, мыслями, голосом. Но прямо сейчас, когда она в моих руках я физически схожу с ума.

Год без нее.

Пара непонятных романов с ничего не