Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения - Ари Дале

как с отребьем в месте, где о них должны заботиться, — говорю вроде бы спокойно, но в голосе проскальзывают гневные нотки. — Также предлагаю пригласить психолога, который пообщается со всеми, кто работает с детьми, — мышцы начинают ныть из-за веса спящей девочки, но я только сильнее прижимаю крохотное тельце к себе.

— Если меня не подводит память, вы отказались занять это, — Светлана указывает головой в сторону стола, — кресло. Поэтому принимать решения, связанные с персоналом детского дома, не имеете никакого права, — еще больше ощетинивается женщина.

Смятение захватывает разум. Не думала, что кто-то попробует использовать мой отказ стать директором детского дома, против меня же. Это слишком… жестоко.

— Если меня не подводит память, — Миша кладет ладонь мне на поясницу, — вы тоже не имеете права принимать все решения самостоятельно. Да, ваш муж продал мне землю, на которой мы сейчас находимся. И да, ваш благотворительный фонд принимает непосредственное участие в работе детского дома. Но хочу напомнить, что основной процент финансирования идет из средств моей компании, — рычащие нотки наполняют голос мужа. — Поэтому моя жена имеет полное право участвовать в любых процессах, связанных с функционированием детского дома.

Светлана сужает глаза, шумно втягивает воздух, явно, хочет что-то сказать, но Миша ее прерывает:

— И еще, — на мгновение прерывается, — этот проект создавался для того, чтобы дать брошенным детям шанс на счастливую жизнь, — напрягается до предела, хотя его голос все так же остается бесстрастным. — Почему же вы препятствуете этому?

Женщина пару секунд испытующесмотрит на Мишу, после чего сдувается.

— Все настолько плохо? — она переводит на меня взгляд.

— Не уверена, — пожимаю плечами. — Но то, что я видела, выглядело очень плачевно. В любом случае, прежде чем принимать какое-то решение, нужно со всем разобраться.

Светлана тяжело вздыхает.

— Хорошо, делайте то, что считаете нужным. Моя помощница подготовит личные дела, — грустно улыбается. — Людмила, может, вы все-таки подумаете о том, чтобы занять место директора? — снова кивает в сторону стола. — Мы пока не нашли достойного кандидата. Возможно, оно ждет именно вас?

От неожиданности открываю рот и тут же закрываю его. Перевожу взгляд на стол, за котором стоит залитое солнечным светом кожаное кресло. Желудок тут же сжимается от тревоги. Тяжело сглатываю. Не уверена, что смогу… не уверена, что справлюсь…

— В общем, подумайте, — сквозь вату в ушах до меня доносится голос Светланы. Снова сосредотачиваюсь на ней. Как раз вовремя, чтобы заметить взгляд женщины, направленный на мирно спящую малышку. — А что с девочкой? — указывает подбородком на Дину.

Но прежде чем я успеваю что-то сказать, Миша опережает меня.

— Мы ее забираем, — произносит твердо. — Подготовьте необходимые документы.

Глава 50

— Привет, — улыбаюсь Дине, которая сидит в белой пижамке с сердечками в детской кроватке с бортиками и крутит в руках белоснежного мишку.

Я до сих пор в шоке от того, что когда мы вчера поздно вечером вернулись в квартиру мужа, комната для малышки уже была готова. В ней установили кроватку, шкафчик с новой детской одеждой, тумбу с игрушками, большой плюшевый диван. На пол постелили коричневый пушистый ковер, в котором тонут ноги. Конечно, видно, что все сделано на скорую руку, но даже это потрясло меня. Плюс, для малышки Миша выбрал комнату напротив моей, что очень удобно, если вдруг девочка проснется ночью.

Дина, как только видит меня, тоже широко улыбается. Перехватывает мишку за ухо и тянет ко мне свои руки.

Сразу же подхватываю малышку и прижимаю ее к себе вместе с новым другом. Моя шелковая пижама кофейного цвета немного скользит, но это не мешает мне крепко держать драгоценную ношу.

— И давно ты проснулась? — заглядываю в голубые глазки Дины.

Малышка, естественно, ничего не отвечает, только дотрагивается маленькой ладошкой до моей щеки и пронзительно смотрит на меня, при этом улыбаясь.

Тепло разливается в груди, мчится по венам, согревает тело.

Впервые за долгое время, я проспала всю ночь. Уверена, что дело в девочке, которая ворвалась в мою жизнь и сразу же назвала меня “мамой”. Мне кажется, именно в тот момент я решила, что мы должны быть вместе. Хорошо, что Миша встал на мою сторону. Потому что, когда Светлана услышала, что мы собираемся забрать малышку, начала нас отговаривать. Сказала, что с ней могут быть проблемы, и если мы хотим усыновить ребенка, то нам лучше выбрать другого.

Твердость Миши сыграла на руку. Не знаю, что мужу пришлось сделать, чтобы нам отдали малышку в тот же день. И если честно, не хочу знать.

Важно, только то, что Дина сегодня ночевала не в детском доме, а в уютной кроватке… в безопасности.

— Если проснулась, нужно давать об этом знать, — журю девочку, дотрагиваясь до ее носика. — Пошли кушать, — удобнее перехватываю Дину и вместе с ней иду на первый этаж.

Кухня, соединенная с гостиной, оказывается пуста. Зато возле стола нахожу деревянный детский стульчик.

Сердце на секунду сжимается — Миша обо всем подумал.

Усаживаю Дину, ставлю перед ней на встроенный столик мишку, а сама иду исследовать ящики на предмет еды, которой можно было бы накормить ребенка. Стоит открыть первый попавшийся шкафчик, замечаю с десяток запечатанных картонных пачек с разными кашами. Хмурюсь, не понимая, откуда они взялись? Миша же их не ест. Не найдя ответа на вопрос, достаю овсянку. Ставлю на гранитную столешницу. Иду к холодильнику. Открываю и едва не роняю челюсть на пол. Он забит едой.

Даже, когда мы с Мишей жили вместе, у нас не было столько продуктов в холодильнике. Не думаю, что муж начал готовить. Значит, купил все это для нас с малышкой.

Не знаю, как ко всему этому относиться. Откуда-то берется мысль, что Миша все делает специально, чтобы оставить меня рядом с ним. Но я стараюсь об этом не думать. Лучше решать проблемы по мере их поступления. Сейчас главное — позаботиться о малышке.

Я даже не сомневаюсь, что путь к усыновлению будет долгим. Но я справлюсь. Со всем справлюсь… должна справиться.

Достаю из холодильника молоко. Наливаю его в сотейник и ставлю на плиту. На мгновение прикрываю глаза. Впиваюсь пальцами в столешницу, стискиваю челюсти.

Может, я слишком быстро приняла решение забрать девочку?

А что если я все-таки не потяну материство? Я же не так давно потеряла ребенка. Вдруг, мне еще рано думать о другом малыше?

Вот только стоит мне поддаться сомнениям, как перед глазами вспыхивает сон, заставивший ночью литься слезы по моим щекам.

Зеленая поляна, залитая солнцем, дарует спокойствие. Теплый ветерок треплет волосы, развевает