Цветок мятежного князя - Мэри Кенли

Вечных Облаков, где его ждали с нетерпением. Отшельник говорил только с князем Вейяном и под покровом ночи поднимался обратно на гору. Цзенлан слышал, что в этом году старцу исполнилось сто восемь лет… Очень солидный возраст. Удивительно, но он вовсе не казался немощным.

Вот и сейчас отшельник чистил мандарин, сидя на тонкой циновке. Он лукаво посматривал в сторону Хао Вейяна и, когда князь подошёл ближе — Мо Юй пригласил его сесть рядом. Цзенлан остался стоять у боковой стены храма, прислушиваясь к их неспешной беседе.

— Ты всё ещё жив, старик.

— А ты всё так же груб, мальчишка.

Мо Юй пожевал губами, с некоторым раздражением передавая князю другой мандарин:

— Ешь. Вечно они приносят мне слишком много!

Вейян едва заметно улыбнулся, неспешно очищая оранжевую шкурку. Кисло-сладкий запах цитруса быстро распространился по залу, перебивая приевшийся аромат сандала.

— Как поживаешь вдали от людей? Кости ещё не болят? — проронил князь, пряча мимолётную улыбку.

— Я крепче всех ныне живущих! Ещё и тебя переживу, помяни моё слово. — фыркнул отшельник, закидывая дольку в рот. Несколько минут он сосредоточенно жевал её, а затем проглотил. — Ну что, пришло время узнать твою судьбу?

— Быть может, хоть раз обойдёмся без гаданий? — Хао Вейян лениво прищурился. — Ты постоянно говоришь, что судьба моя туманна и неясна… Есть ли в этом смысл?

— Ты сомневаешься в моих способностях? — возмутился Мо Юй. — Да будет тебе известно, мальчик, что я умею гадать по всему! По звёздам, по именам, по руке и по лицу… Но на сей раз благоприятно познать истину по Книге Перемен.

Цзенлан едва заметно нахмурился, обратив взгляд на отца. Книга Перемен считалась самым уважаемым способом гаданий… Шесть бросков трёх монет определяли необходимую гексаграмму (коих было шестьдесят четыре), а затем мастер истолковывал ответ по книге И-Цзин.

— Ты уверен, старик? — едва заметно улыбнулся князь.

— Более чем! Бросай монеты.

Цзенлан мысленно считал в уме, наблюдая за падением золотых граней. Мо Юй, впрочем, следил за ними ещё пристальней и вскоре посерьёзнел, бормоча себе под нос. Но, казалось — что-то его не устраивало.

— Протяни ладонь. — неожиданно фыркнул старец, цепко разглядывая линии судьбы Хао Вейяна. — Вот значит, как… Необычно.

— Старик, чего ты там не видел? — устало улыбнулся князь, но его прервали.

— Да будет тебе известно: всё меняется! Даже твои руки не те, что были прежде… Каждое ранение и каждая мозоль меняет общий узор. А уж с таким предсказанием и вовсе… — отшельник замолчал, загадочно поправляя рукава.

— Ну же, поведай мне истину. — более вежливо попросил Вейян.

Мо Юй заговорил не сразу. Он рассеянно взял в руки второй мандарин и чуть слышно вздохнул:

— Туман рассеялся в твоей судьбе, но это не всегда добрый знак. И-Цзин предсказывает князю участь дракона, первого среди равных, чьё пламя озарит даже небо.

Цзенлан едва не ахнул, опустив взгляд в пол. Это предсказание было не просто сильным — от него мурашки обожгли хребет, перебираясь по позвоночнику порывами ледяного ветра.

— Но там, где величие, есть и обратная сторона. — проговорил отшельник, глядя в глаза Вейяну. — Дракону пронзят крылья, как только он воспарит достаточно высоко. Ему суждено упасть на острые камни и истечь кровью. Его смерть станет началом новой эры, но всё же…

— Как это возможно? — впервые за долгое время Цзенлан вмешался в их разговор, шагнув вперёд. — Мастер Мо Юй, мой отец не…

— Цзенлан.

Хриплый голос князя давил на плечи, заставляя вновь замолчать. Отшельник покачал головой и неспешно продолжил:

— Дракон силён, но заблудился во мраке. Блуждает там долгие годы без единого проблеска света. Однако… Есть шанс, что всё сложится иначе. Если рядом возникнет феникс, что опалит тьму огнём — дракон воспарит выше прежнего, и сам войдёт в новую эру.

Шелест ветра за приоткрытым окном прервал их беседу. Отшельник нахмурился, а после хмыкнул, продолжая бесстрастно чистить мандарин:

— Такова судьба, князь. И ради всех богов: лучше тебе прислушаться.

Цзенлан едва слышно выдохнул. Но вот что странно: на миг ему показалось, будто за окном мелькнула чья-то тень.

* * *

Юнли Шен.

Храм Вечных Облаков… Довольно значимое место в оригинальной истории. По крайней мере, я могу вспомнить несколько эпизодов, связанных с ним. Именно здесь Сюнин молилась за благополучие Цзенлана, и (чуть позже) просила предсказать судьбу их ребёнка.

Но несмотря на важность храма, я не знала, что он расположен в Уцзене… Да и выяснила это почти случайно: уличные торговцы проболтались. Мол «юные леди так любят посещать храм в праздничные дни». И тут меня осенило! Точно, это священное место… С ним связана одна неприятная история. Кое-кто воспользовался храмом, чтобы навредить главной героине. Именно поэтому сейчас я так спешу.

— Госпожа! Почему вы вдруг решили посетить святыню? — Шия перегородила мне дорогу, когда впереди уже показались ступени облачного храма.

Я слегка притормозила и кашлянула, поймав настороженный взгляд телохранителя:

— Просто… Раньше мы с семьёй вместе молились богам о процветании в Новом году. И сейчас я об этой традиции вспомнила.

— Вот как? — Шия вскинула брови и чуть слышно вздохнула. — Многие жители Луна не любят храмы Шуаньи. Будто сама наша земля непригодна для искренней молитвы.

— Глупости. — я поджала губы, указывая на врата святыни. — Пойдём же! А то не успеем до приезда князя…

К началу фестиваля все девушки Цветника должны собраться у главного моста, таков был уговор. Но Сюнин… Если сюжет будет развиваться также, как в оригинале, она попадёт в беду. Кто виноват в этом? Ну, разумеется, Мина.

В оригинальной дораме эта невзрачная служанка связалась с опасными людьми и предложила им ценный «товар»: белокожую леди редкой красоты. Такую можно продать в элитный бордель за очень большие деньги. Для своего жуткого плана Мина не постеснялась использовать Чжо Яо… Но сейчас всё иначе.

«У леди Яо другая служанка, так что Мина не станет прибегать к её помощи. И всё же… Сюнин по-прежнему в опасности. Ведь в оригинальной истории именно Шия позвала на помощь тех, кто спасли героиню. А сейчас она со мной, что усугубляет ситуацию…»

По счастью, храм принимал всех гостей без исключения. Здесь было несколько молитвенных залов, а потенциальных богачей (которые способны сделать щедрые пожертвования) и вовсе провожали в отдельные комнаты. Там монахи готовили чай и вегетарианские закуски, позволяя расслабиться в аскетичной атмосфере храма.

«Со стороны кажется, будто такие места оторваны от мира… Но, на самом деле, эти монахи очень хорошо умеют зарабатывать деньги» — едва заметно улыбнулась я.

Нас встретил молодой послушник. По правилам храма мужчины и женщины молились