Защитник для чужой невесты - Алина Углицкая

– Нет! Ты хочешь бросить меня здесь и сбежать!

Эти слова она выплюнула мне в лицо с неожиданной злобой, перекосившей её черты. А потом вдруг начала кричать, срываясь на визг и трясясь всем телом так, что чепец упал с ее головы, и седые длинные пряди растрепались, делая Химену похожей на ведьму:

– Ты хочешь заполучить его! Но он не твой! Слышишь?

– Успокойся, – я добавила в голос властных ноток.

Обычно это действовало на моих пациентов и их родню, выводило из состояния паники и прочищало мозги. Но сейчас не сработало.

Химена подняла голову. Меня обжег ее ненавидящий взгляд. Глаза женщины пылали злобой, которой я не могла найти объяснения. А с губ вперемешку со слюной летели хлесткие, как удары, слова:

– Гидеон Минрах никогда не будет твоим! Моя дочь – единственная, кто родила ему сына. Моя Марцелла! А не расфуфыренные изнеженные аристократки, у которых только и было достоинств, что целительский дар. Да будь у них даже вся магия мира, это не помогло бы им выносить наследника от нашего герцога. И тебе не поможет! Все они просто сдохли, отравленные его семенем. А моя дочь понесла с первого раза и родила! Простая служанка, выносила и родила здорового мальчика. Когда наш господин устанет оплачивать и хоронить таких, как ты, он вспомнит о моем внуке. Моя дочь будет сидеть на герцогском троне! Мой внук станет новым хозяином Минраха! А ты просто сгниешь в земле, как и все до тебя!

Она захихикала. В её глазах зарождалось безумие, вызванное болью и предчувствием смерти.

В такие моменты люди не лгут. Она говорила правду. Ее дочь родила бастарда моему жениху. Но она не маг, а простая служанка, значит, ребенок не унаследовал главное – магию отца.

Так уж устроен наш мир, темный дар передается, только если оба родителя маги. Бедная Химена не понимает, что ее внук никогда не получит герцогский трон. Большее, на что он может рассчитывать, это стать оруженосцем у истинного наследника. Того, кто будет рожден от законной жены-магички.

Однако шесть жен-целительниц с этим не справились. Что наводит на мысли…

Я смотрела на брызжущую ядом Химену, и в моей голове росли подозрения. Бедные герцогини, похоже, им помогли умереть…

Но лучше подумать об этом потом. Сейчас надо действовать.

Пока Химена кричала, вода поднялась мне выше пояса. Рубашка, как я ни спасала ее, намокла. Узел развязался, и отяжелевший подол спеленал ноги.

У служанки на поверхности оставались лишь плечи и голова. А ещё ладонь, пальцы которой впились в моё предплечье. Я хотела их разогнуть, но ничего не вышло. Они, будто корни, вросли в мою кожу.

– Химена, ты должна отпустить мою руку, пока ещё не поздно! Отпусти, и я позову Авенара!

– Нет, – она вновь захихикала. – Ты сдохнешь здесь, вместе со мной! Я не позволю тебе забрать то, что принадлежит моей дочери!

С этими словами служанка дёрнула меня на себя. Потеряв равновесие, я упала вперед и полностью погрузилась под воду. Она была такой ледяной, что в голове зашумело.

Я задергалась, чтобы вынырнуть и вдохнуть, но обнаружила, что не могу. Химена обхватила меня за шею и с силой прижала к груди. Той самой груди, которой выкормила свою дочь. Ту дочь, о счастье которой настолько пеклась, что готова была совершить преступление.

Кто знает, может, и прежних жен герцога тоже она погубила?

Я забарахталась сильнее. Попыталась оттолкнуть обезумевшую женщину, продолжающую хихикать, или ухватиться за что-то, чтобы вырваться из ее цепких рук. Но близость смерти сделала ее очень сильной. Похоже, она решила забрать меня с собой.

А вот мои силы быстро угасали. Воздух в лёгких заканчивался.

Я поняла, что это конец.

Мы обе умрем в этой тесной каюте. Химена – с маской безумия на лице. А я – в ее крепких объятиях.

Мысли начали путаться. В глазах потемнело. Перед закрытыми веками заплясали алые точки, а легкие взорвались адской болью.

Сквозь толщу воды и гаснущий разум я услышала грохот. Но он лишь скользнул по краю сознания, как и голос.

– Хлоя!

Кто-то звал меня.

Но зачем? Кому я нужна?

Я медленно падала в бездну.

Внезапно падение прервалось. Кто-то рывком выдернул меня из воды.

– Очнись! Посмотри на меня! Ты слышишь?

Меня затрясли.

В нос ударил знакомый аромат полыни. А потом меня обхватили сильные горячие руки, прижимая к такому же горячему телу.

Я ощутила, как крошечные молнии пронзают грудную клетку. Авенар снова делился со мной жизненной силой. Глупый, глупый дракон…

– Давай, девочка! Нужно убираться отсюда!

Почти то же самое я сказала Химене. Кстати, а как она?

Этот вопрос заставил мои веки немного подняться. Перед затуманенным взором все расплывалось. Но я разглядела перекошенное волнением лицо Авенара. В его алых глазах был неприкрытый страх.

Кажется, это первый раз, когда он не скрывает эмоции.

Неужели дракон боится?

Чего? Умереть?

– Ну же!

Он развернул меня спиной к себе и с силой вдавил кулаки мне в грудную клетку. К горлу моментально подкатила тошнота. Она была горькой от морской воды и противной на вкус.

А потом меня вырвало.

***

Я задыхалась и кашляла, пока мое тело извергало воду из легких.

– Жива! – выдохнул Авенар с непередаваемым облегчением.

Он подхватил меня на руки и понес.

Только тогда я сообразила, что все это время стояла по плечи в воде.

– Хи… Химена… – прохрипела с усилием.

– Забудь о ней! Капитан приказал спустить шлюпки, но их разбили киты.

– Киты? – я подумала, что ослышалась.

В голове сильно шумело.

– Да, кашалоты! – процедил дракон с тихой яростью. – Мы наткнулись на стадо кашалотов, и наш дурак-капитан решил поохотиться! Мало ему денег, которые он получил. Что ж, теперь будет тратить их на том свете!

Он вынес меня на палубу.

Двери не было, ее снесло вместе с частью каюты, пока я тонула. Впереди бушевало море, корабль содрогался. Это были не рифы, не скалы. И даже не айсберг. Это были взбешенные кашалоты. Они разгонялись и на полной