После развода. Служанка для генерала драконов - Софи Майерс

Когда сухие поленья, наконец, весело затрещали, а резные узоры на каминной полке ожили в танце оранжевых отсветов, я тоже устраиваюсь в кресло напротив. Теперь можно начинать.

— Послушай, — тихо сказала я, протягивая пальцы к теплу, — я могу тебя оттащить, хоть за волосы к Рейгану, и пересказать ему твой разговор. Этого будет достаточно, чтобы завтра тебя отвезли в ближайшую тюрьму. И абсолютно неважно кто твой собеседник. Но есть другой вариант.

— Катись к демонам! — рявкнула Миранда.

— Я уже там побывала, когда с меня содрали одежду при прислуге и объявили, что я теперь рабыня. Я там побывала, когда в ночь осталась на улице: без денег, без работы. С долгом в сто тысяч золотом. И если бы не Дий, который отвёл меня к своему господину, я бы уже сидела на цепи у ног Дэмиана.

При упоминании имени бывшего мужа Миранда резко поджала губы. Её выдержка летела к чертям.

— Так, что, прости, но ты меня пустыми угрозами не напугаешь. И если тебе интересно, то твой второй вариант для тебя самый безопасный.

Миранда вскакивает из кресла и сжимает ладони в кулаки.

— Безопасный⁈ Он ненавидит меня! Узнав Рейган сразу же отправит меня в тюрьму. Он даже не будет слушать меня. Ты не понимаешь, — Миранда резко подходит ко мне, — я предала его! А потом оболгала!

Встаю, поравнявшись ростом.

— Между вами много обид, но Рейган благородный человек и никогда так не поступит с женщиной. Только здесь мы под защитой. Только в этом доме мы можем спать спокойно. Дэмиану сюда хода нет.

Миранда слушает, и я вижу, как тает лёд в её глазах. Неужели она прониклась моими словами?

Женщина медленно качает головой, а потом произносит, то, отчего стынет кровь в венах.

— Ты ошибаешься…

Глава 46

Миранда говорит

Что значит, я ошибаюсь?

Слова Миранды повисают в воздухе тяжёлым, ядовитым облаком.

В голове у меня начинает бить набат — глухой, панический, заглушающий все разумные мысли.

Неужели лорд Деверо ошибался? И Дэмиан, мой бывший муж, эта тень из прошлого, подобно ядовитому спруту, опутал-таки всю столицу своими щупальцами влияния? Сердце сжимается от ледяного ужаса.

— Решайся, Миранда, — слышу я свой собственный голос, будто со стороны. Он звучит странно спокойно, пока внутри всё разрывается на части. — Ты всё равно расскажешь о своей связи с Дэмианом. Но от тебя зависит, насколько ты будешь в выигрыше.

Миранда лишь хмыкает, с пренебрежением выпячивая полную нижнюю губу. Этот простой жест будто пощёчина.

Во мне кричит и бьётся паника, мелкой дрожью пробегая по кончикам пальцев.

Но я заставляю себя дышать.

Я верю лорду Деверо.

И… Рейгану. Да, Рейгану.

Он не даст меня в обиду. Я должна верить в это.

Именно эта мысль, твёрдая и ясная, как отточенное лезвие, одним взмахом разрезает клубящийся в голове хаос.

Паника — это роскошь, на которую у меня больше нет времени.

Я делаю глубокий, почти болезненный вдох. Воздух в комнате спёртый, наполненный запахом пыли, оплывшего воска и острой, почти осязаемой тревоги.

Он обжигает лёгкие, но зато прочищает сознание.

Я медленно, с показным спокойствием, опускаюсь обратно в кресло.

Подкладываю в камин новые поленья. Сухое дерево с треском захватывает пламя, и в комнате постепенно разливается плотное, живое тепло.

Я молюсь, чтобы также оттаяли ледяные стены между мной и этой женщиной.

Отвожу взгляд всего на мгновение — чтобы смотреть на её маску лицемерия стало невыносимо. Но именно в эту секунду всё меняется.

По спине пробегает ледяной, животный импульс: Встать! Защититься! Я поднимаю глаза и натыкаюсь на взгляд Миранды. Это уже не насмешливый прищур. Это холодный, пронизывающий, бездонный лёд. Сколько же ей потребовалось? Секунда? Мгновение? Чтобы снова натянуть на себя эту безупречную маску безразличия, за которой теперь явственно читается что-то опасное.

— Ты права, Эвелин, — её голос звучит неестественно ровно. — Я разговаривала с Дэмианом. Твоим бывшим мужем. Но Рейган для меня уже не помеха.

Она резко наклоняется, зависая так близко от моего лица, что я чувствую её запах. Её слова льются быстро, почти скороговоркой, словно она заучила эту речь.

— И то, что ты узнала это сейчас, в принципе, уже не играет никакой роли. Я добилась своего. И скоро моя месть свершится.

Мой мозг, напряжённый до предела, выхватывает из этого потока два обрывка, два ледяных осколка: «Рейган для меня уже не помеха» и «Не играет роли». Они складываются в ужасную картину, от которой кровь стынет в жилах.

Я резко вскакиваю. Тяжёлое, свинцовое предчувствие давит на грудь, не давая дышать.

— Кому ты мстишь? И за что? — мой голос звучит низко и хрипло. Я делаю шаг вперёд, нарушая её личное пространство, заставляя её откинуться назад.

— Тебе! — её шёпот полон ненависти. — Чтобы вернуть тебя себе, Дэмиан подставил меня. Воспользовался моей слабостью. Он не мог добраться до тебя, пока ты под защитой этого дома.

Я смотрю на неё поражённо. И мне, вопреки всему ужасу, вдруг дико хочется расхохотаться. Горьким, истерическим смехом. Получается, чтобы выцарапать меня из этой крепости, Дэмиан… подбросил ей в постель своего врага? Цинизм этой игры ошеломляет.

— И конечно же, он как подставил тебя, так и пообещал помочь? — я цежу слова сквозь стиснутые зубы. — А ты радостно кинулась выполнять его приказ? Как довольная, обманутая собачонка! Ты просто дура, Миранда!

Её лицо искажает гримаса ярости, но она быстро берёт себя в руки.

— Я ненавижу его всей душой, но даже у моих родителей нет столько влияния, чтобы противостоять ему. Ты сама дала ему это влияние, когда переписала наследство. Так что кто из нас ещё дура? И в отличие от тебя я выйду отсюда и буду свободна. И у меня будет столько золота, что я смогу сгинуть из этой прокля́той столицы навсегда. А ты… — она звонко, безумно смеётся, и этот звук режет слух. — Ты слишком о себе высокого мнения, раз думаешь, что тебя посадят на цепь. Твоё место будет в сыром, тёмном подвале. Где ты будешь тихо гнить до конца своих дней.

Это непростая угроза. В её глазах — холодная уверенность, детальный план. Мысли несутся с молниеносной скоростью. Все эти дни, что она была здесь… Она язвила, кололась, но никогда не переходила черту. Никогда не пыталась причинить реальный вред… Значит, её цель была другой. Всегда была другой.

«Рейган для меня уже не помеха».

Ледяная волна ужаса накрывает меня с головой.

— Что ты с ним сделала? — звук, вырывающийся