Неверный. Моя тайна - Соня Вишнякова

— Да, я вообще ничего…

— И не надо присылать мне цветы.

— Я ничего не присылал…

— Я знаю, что это от тебя. Там на накладной была написана фамилия покупателя. В общем, давай договоримся, ты не будешь смотреть на меня, как на потенциальный объект, а я останусь тут работать. Всё-таки я хороший консультант и знаю своё дело. Мы давно работаем вместе и нам не нужны проблемы. Так ведь?

Я сложил руки, закусил губу.

Действительно. Не понимаю себя. Смотрю сейчас на неё, не могу сказать, что хочу встать подойти к ней и поцеловать. Нет такого желания. Тогда зачем всё это? Не понимаю.

Веру я хотел. Наташку хотел. А Дашку? Нет.

Получается своё желания я сам придумал и пытался притянуть за уши.

Черт, действительно казус какой-то. Нахрена я втягиваю себя в неудобные условия. Ни мне, никому.

— Ладно, я не буду на тебя смотреть и присылать цветы, — осталось только развести руками.

— Можешь присылать, только на день рожденья, — снисходительно улыбнулась Даша.

— Ладно, — я согласно кивнул.

— Значит договорились?

— Договорились.

Ловко она меня.

Даша повернулась уходить.

— Кстати, а что там Вера? — спрашиваю, чтобы уже точно разбавить чем-то свою неловкость.

— Расписались. Она сейчас лежит в больнице на сохранении.

— Ясно, — я снова кивнул, — Ну хорошо. Ты иди, я ещё поработаю.

Она развернулась и пошла к выходу. Я проследил за ней взглядом и снова почувствовал, что она напоминает мне Веру. Только она — не Вера.

И чего действительно я зациклился? Что-то придумал несуществующее. Вбил себе в голову то, чего нет. Зачем?

Может быть, потому что мне нереально одиноко?

Подготовил, что требуется к завтрашнему дню. В последний раз окинул взглядом салон. Красиво. Люблю автобизнес. Тут я чувствую себя значительным. Закрыл дверь, пошел к машине. Сел, завёл, откинулся на сидении в ожидании, пока прогреется мотор.

Домой ехать неохота. В салоне сидеть до ночи тоже не вариант. Вырулил на дорогу. Поеду в одно из любимых заведений. Я стараюсь менять места посещения, чтобы не примелькаться и чтобы не было у кого-то ощущения, что я каждый день прихожу напиваться в один и тот же бар.

Подъехал на улицу Юстратова, там сравнительно людное место, где можно потеряться и не привлекать к себе особого внимания. Людей всегда много, никому нет до меня дела. Если только девушкам лёгкого поведения.

Вошел в бар, показал бармену обычное. Он кивнул, плеснул янтарного. Я взял бокал, сделал глоток и обернулся. У стены стол, за которым довольно большая компания, человек семь и… среди них… Наташка.

Да она пьяна. Впился взглядом. С возмущением наблюдаю, как какой-то брутальный качок лапает Наташку, прямо перед всеми. Она об него трётся и практически облизывает его шею. Тьфу ты, гадость.

Почему-то сразу вспомнилось как она целовала мою шею.

Я сделал ещё глоток. Вижу, там за столом ребята серьёзные сидят, но почему-то всё равно захотелось подойти. Я отошел от стойки и направился к столу. Там у них наставлена куча еды и выпивки, явно кто-то платит. Над столом накурено, дышать нечем.

— Всем добрый вечер. Можно тебя на минуту, — говорю, глядя на Наташку, а она на меня даже не смотрит, обжимается с качком.

Он толкнул её в плечо, указал на меня, только тогда она повернула голову.

— Егор?

— Можно с тобой поговорить?

— Кто это? — указал на меня качок, закидывая в рот фисташку и запив её добрым глотком пива.

— Да так, по работе, — Натали начала грациозно выбираться из объятий амбала.

Вышла из-за стола и неровной походкой, на каблуках виляя круглым задом, обтянутым черными брюками, потопала на улицу. Я за ней.

Бармен махнул мне рукой, чтобы я прежде расплатился, а потому уже уходил. Я достал из кармана карту протянул ему. Не стал ждать пока он приложит её к терминалу и пошел за Натали на улицу.

— Ну, чего надо? — остановилась она у окна заведения.

— Ты что пьяна?

— И что?! — с вызовом спрашивает.

— А то, что — я против, — говорю, совершенно не понимая зачем.

— Да ладно, — она улыбнулась, прижала к груди ладони, — и что дальше?

— Пошли, я отвезу тебя домой. Не нужно тебе оставаться тут.

— Интересно почему? Там мои друзья, мой новый парень. Ты видел, какой он большой и сильный. Он тебе морду набьёт на раз, — она щёлкнула перед моим носом пальцами.

— Слушай, давай, ты не будешь этим заниматься…

— Да кто ты такой, чтобы меня учить. Отвали вообще, — сказала пренебрежительно, оттолкнулась от стены и направилась в заведение.

— Ты беременна моим ребёнком, значит, я имею право говорить тебе…

Она резко обернулась, на лице её отразилась гримаса, неприятное злое выражение. Она смерила меня взглядом… а потом, вдруг открыла рот и начала громко смеяться.

Стою, смотрю на её истеричный смех и реально не понимаю, что происходит.

— Вот идиот! Ты идиот, Егор! Ты что реально поверил?

Чувствую, во мне сейчас происходит что-то ужасное.

Что она говорит? Зачем она такое говорит?

— Я пошутила, Егор, просто пошутила. На понт тебя взяла, — и дальше смеётся, — а ты молодец, не поддался. Настоящий мужик, выгнал на улицу, ночью, типа беременную женщину! Боже, какой же ты кретин, Егор. Был кретином, так тупым кретином и умрёшь. Я теперь понимаю, почему Верка от тебя сбежала. Ты — эгоист. Все только тебе, только для тебя, а на других начхать. Лишь бы тебе было хорошо и ладно. Нет, мне ты не нужен больше. Я себя не на помойке нашла, чтобы твою квартиру убирать. А для чего тебе ещё баба нужна? Детей ты сделать не можешь, только убирать, готовить. Ублажать тебя. Чесать твоё самолюбие. А я дура, чуть не повелась.

Она смотрит на меня, уже даже не с ненавистью, а с жалостью. А у меня ощущение, что глаза мои от напряженного возмущения наливаются кровью.

— Ладно, я понял. Не хочешь, не надо.

— Конечно, не хочу. Прошло время, когда хотела. Сейчас уже не хочу. Ты мне и даром не нужен.

Она вошла в заведение, направилась к своим друзьям, уселась на своё место и прижалась к тому качку. Я подошел к бармену, забрал карту. Ещё раз глянул на Наташку. Она кинула на меня один взгляд, последний, и сразу отвернулась.

Я вышел из бара сел в машину. Завёл мотор. Вывернул руль и нажал на педаль газа.

Значит, она солгала.

Не беременна.

Можно выдохнуть.

Почему-то от этого стало ещё хуже.

Глава 33

— Никитина, иди