Между жизнью и смертью - Жаклин Кот

мне никогда не дарили ничего столь изысканного. После того, как я провалила нашу миссию в бане, Харпер забрала его, как и остальные наши вещи, и принесла всё обратно в особняк. Я очень благодарна ей за это — нам только не хватало, чтобы они обыскали наши шубы и нашли два стеклянных пузырька.

Закрыв крышку, ставлю коробочку обратно на туалетный столик и начинаю расчесывать волосы. Несмотря на двухдневный сон, всё не так уж и плохо. Смотрю на заваленную вещами поверхность столика, ни на чем конкретно не фокусируясь, пока расчесываюсь. Мысли плывут по течению, то наполняясь решимостью, то угасая от сомнений.

У меня нет другого выбора.

Я должна вернуться в купальню. Это единственная зацепка, которая у меня есть, и будь я проклята, если упущу ее. Но что мне делать, когда вернусь? Молить о прощении? Чей гнев будет сильнее ‒ мадам или советника короля? Но мне всё равно. Я столкнусь с ними обоими, если будет необходимо, чтобы вернуть Калеба.

Настойчивый, пульсирующий шепот вырывает меня из мыслей.

Я знаю, что это он.

Щетка стучит о деревянную поверхность, когда я кладу ее на дубовую столешницу.

Поднимаю взгляд, встречаясь с его глазами в отражении зеркала. Божественная богиня, эти глаза…

Этим вечером я выбрала черный шелк, тот самый кусочек ткани, к которому меня тянуло в первую ночь, когда мы с Харпер работали в купальне. Теперь, когда я его надела, кажется, что он сшит специально для меня. Вырез соблазнительно глубоко опускается между моих грудей. Тонкие бретельки тянутся, словно руки, изящно обвивая шею. Ткань заканчивается на изгибе бедер, чуть опускаясь спереди, ровно настолько, чтобы прикрыть самое интимное и аппетитную попку сзади. Открытая спина, демонстрирует мои тонкие, женственные мышцы.

Черные ресницы Вона медленно опускаются, вызывая дрожь, пробирающуюся вдоль моего позвоночника. Я чувствую мягкое, интимное прикосновение его пальцев, скользящих по коже. Ощущение его прикосновения… оно пробуждает во мне что-то, голод, потребность, и я хочу большего.

Но когда поднимаю глаза, он всё еще стоит у двери.

Ненавижу то, насколько реальными кажутся эти ощущения ‒ я хочу, чтобы они были настоящими. Хочу чувствовать, как он касается меня.

Раньше бы я прикрылась, но сегодня позволю ему смотреть.

Сегодня я не стану от него убегать.

Собираю волосы и откидываю назад белоснежные пряди, рассыпающиеся по спине мягкими, чувственными волнами. Перебирая свою косметичку ‒ ту, что Харпер уговорила меня купить во время наших приключений в центре города ‒ приступаю к макияжу.

Наношу на губы темную, чувственную, красную краску для губ ‒ всё время ощущая, как он, каждая его частичка, наблюдает за мной. Затем нахожу кисточку с тонким кончиком. Обмакиваю кончик в чернильный стеклянный флакон и начинаю медленно подводить верхние ресницы кайалом, выводя стрелки по краям.

Когда заканчиваю, я слышу его безмолвную команду…

Иди ко мне, Маленькая Богиня.

Медленно разворачиваюсь, бархатная ткань табурета зацепляется за шелк, потянув его вверх и обнажая верхнюю часть бедра. Это прикосновение вызывает новую дрожь. Мои нервы как угли, готовые вспыхнуть в любой момент. Встаю и, цокая каблуками, направляюсь к нему. Поднимаю глаза и попадаю на крючок того, кто, как было предсказано, высосет мою душу.

В этот момент, глядя на то, как он смотрит на меня… готова позволить ему всё.

Костяшки его пальцев легко скользят по моему плечу, оставляя за собой искру, грозящую разгореться пламенем.

— Думаю, ты наконец нашла свой цвет, — бормочет он с темной, порочной ноткой в голосе. — Но эта бретелька… — его палец скользит под тонкую лямку, мягко потянув ее вверх, проверяя на прочность. Одним щелчком пальца он мог бы легко ее порвать. — Такая тонкая. И прямо сейчас… — он наклоняется и шепчет мне на ухо. — Это единственное, что отделяет тебя от меня.

Намерение, скрытое в его словах, вызывает то же чувство, как если бы его пальцы с кольцами были между моих бедер, лаская чувствительный бугорок нервов. Божественная богиня.

— Тогда порви ее.

Я не предлагаю ‒ я требую.

Он отстраняется, и на острых кончиках его клыков сверкает хищный блеск.

— Не думаю, что владелица была бы очень рада, если бы я это сделал, — его глаза многозначительно смотрят на меня, подразумевая, что владелица ‒ это я.

— Это не мое, — честно отвечаю я.

— Да ну? — дразнящая улыбка касается уголков его обворожительных губ.

— Поцелуй меня, — произношу я, мои пальцы скользят к лацкану его черного жакета. Он выглядит ужасно дорогим и совсем не похожим на одежду, которую здесь носят. Как и его неземные глаза ‒ ни то, ни другое не из этого мира.

Он склоняет голову набок в своей хищной манере ‒ словно волк, смотрящий на кролика.

— Что ты предложишь мне взамен?

— Всё… Всё, что захочешь, — шепчу, затаив дыхание, плененная его взглядом ‒ им самим. Опьяняющим, поглощающим.

Наше противостояние наконец достигло предела.

Теперь я в его власти.

Его пальцы ласкают мою щеку.

— Ты уверена, что именно этим хочешь расплатиться?

Отчаянно киваю. Сейчас я готова сказать ему всё, что угодно, пообещать что угодно, лишь бы он просто поцеловал меня, прикоснулся ко мне.

— Считай это сделкой, Маленькая Богиня.

Что-то зловещее и торжествующее сверкает в его глазах, словно он только что увидел, как я поставила подпись под последней строкой контракта. В эту секунду я задаюсь вопросом, на что же в Царстве Духов, я только что согласилась.

Делаю шаг назад, охваченная внезапным сомнением.

Он хищно склоняет голову.

— О нет, малышка, теперь от меня не убежать.

Он двигается так быстро, что у меня нет времени среагировать.

Вон грубо хватает меня за задницу, используя ее как рычаг, чтобы притянуть к себе. Сжимает ее достаточно сильно, чтобы удовольствие переплеталось с болью, достаточно, чтобы я встала на цыпочки. Его рука зарывается в мои волосы на затылке, запрокидывая голову. Он пристально смотрит на меня, прежде чем его губы накрывают мои, зажигая во мне пламя.

Вон не церемонится, он требует. И, богиня божественная, каждая моя клеточка хочет этого.

Он завладел моим ртом.

Обвиваю руками его шею, и мои губы двигаются навстречу, желая заявить о своих правах на него в ответ.

Чувствую, как его язык касается моих губ, они покорно раскрываются перед ним, словно зная, чего он хочет. Он рычит, реагируя на отклик моего тела, и этот звук проносится через меня, до самого центра, до кончиков пальцев на ногах. Его язык проникает внутрь. Одним властным движением он проводит им по моему небу, скользя обратно, пока кончик его языка не достигает моих