Тень императрицы - Анна Шнайдер

— Я не смогу покинуть здание! — с лёгкой паникой заявила Виктория, вспоминая день, когда едва не погибла Агата. — Я…

— Да ладно вам, ваше величество, — хмыкнул их гость, сверкая предвкушением в тёмно-карих глазах. — Не отказывайте мне в удовольствии! Я впервые встречаю альганнца, который считает, что умеет сражаться на ярте. И пригласите остальных посмотреть! Мы с вашим охранником сейчас разыграем традиционное представление. Сможете, Гай?

— Запросто, — кивнул этот невыносимый и непослушный человек. — Если её величество разрешит, разумеется. Вы позволите?

Впоследствии Виктория так и не поняла, почему согласилась. То ли потому что взгляды обоих мужчин были слишком просительными, то ли… ей просто было любопытно.

Она не понимала, откуда у Гая могли появиться умения фехтовать, тем более на ярте. Он же артефактор! Да и ярта — оружие сизгурдцев, в Альганне его даже не купишь.

В общем, она всё-таки кивнула, и сразу после этого Гай подхватил её под локоть и повёл наружу.

***

Конечно, это было ребячеством чистейшей воды. Но Гаю хотелось сразиться с гостем из княжества, и по многим причинам.

Первой причиной являлось то, что за время сидения в изоляторе он изрядно закостенел. Заключённых выводили на прогулку, но Гаю этого было недостаточно — он привык разминаться гораздо серьёзнее.

Второй причиной была его любовь к ярте. Немного кривая и острая как бритва сабля — национальное оружие сизгурдцев — всегда его привлекала. Он впервые увидел ярту в квартире соседа, хмурого и неприветливого мужчины по имени Ойто — переселенца из княжества. В то время Гай не понимал, что встретить подобного человека — уникальный случай, потому что сизгурдцы и чужаков не любили, и выезжали за пределы княжества крайне редко. А тут настоящий переселенец! Если бы Гай знал всё это, он бы, наверное, вёл себя иначе. Но он не знал, и когда ушедшая на работу мама случайно закрыла квартиру на второй замок, ключа от которого у Гая не было, он без зазрения совести позвонил в соседнюю дверь. И заявил суровому бородатому мужчине, который с удивлением взирал на мелкого школьника, что подождёт прихода мамы у него дома, потому что на улице холодно, да и есть хочется.

— Ну ты и нахал, — усмехнулся тогда Ойто. — Ладно, заходи, малец.

В тот день Гай и увидел ярту. Начал расспрашивать о ней соседа, и Ойто, заметив интерес мальчика, предложил научить его сражаться. Разумеется, Гай согласился. Мама была в лёгком шоке, тем более что неприветливого соседа она побаивалась, но со временем смирилась. И многие-многие годы — до самого его ареста — Гай и Ойто развлекали жителей близлежащих домов своими тренировками. Даже когда Гай, женившись на Амире, переехал, купив пусть маленький, но собственный дом, он продолжал навещать смурного сизгурдца, который никогда не рассказывал ему, почему уехал из княжества.

Третьей причиной, по которой Гай предложил гостю сражение на ярте, пожалуй, можно было назвать приказ императора. Выросший в окружении женщин, Гай прекрасно знал, как на них действуют красивые мужские полуобнажённые тела. Собственно, так же, как и на мужчин — женские, ничего необычного или стыдного он в этом не видел. И несмотря на то, что Гай просидел в изоляторе почти год, ему было что показать Виктории. Тем более что бились на яртах традиционно с голыми торсами — поскольку дружеские поединки всегда длились до первой крови.

Он отлично понимал, что проиграет. Было бы наивно рассчитывать победить мужчину, для которого ярта была настоящим оружием, а не баловством, приятным способом размяться, как для Гая. Но разве это причина отказываться от поединка?

Разумеется, нет.

Сложнее всего оказалось вывести на улицу императрицу. Почему Виктория выглядит настолько бледной и напряжённой, Гай понял не сразу — всё-таки он в то время уже находился в изоляторе, — и, лишь осознав, что её величество не может даже ногу поднять, чтобы сойти вниз по лестнице, — будто не человек, а деревянная кукла, — вспомнил о портальной ловушке возле Императорского музея. Вот он дурак!

— Ваше величество, дышите, — сказал Гай с тревогой, заметив, что зрачки Виктории почти заполнили радужку, — мы же не в прошлое с вами попали. Посмотрите, везде снег… Зима, совсем другой день сегодня. И Агата во дворце. В безопасности. Ничего не случится, мы развлекаться идём, а не переживать.

Виктория глубоко вздохнула, зажмурилась, а затем, кивнув, открыла глаза и сделала шаг вперёд. Медленно, осторожно и, к радости Гая, цепляясь за его руку, как за перила.

Музей стоял на небольшом пригорке, и к его входу вела лестница, заканчивающаяся деревянным помостом перед калиткой и забором светло-бежевого оттенка. Слева и справа от этого помоста находился сад или сквер — Гай не понимал, как правильно, но скорее сад, поскольку дорожек он не заметил. Деревья, под ними утрамбованный снег, несколько скамеек… Не самое идеальное место для поединка, но вариантов нет.

Подведя Викторию к ближайшей скамье, Гай дотронулся до деревянной поверхности и, убедившись, что подогрева никакого нет, быстро согрел дерево заклинанием.

— Вам будет тепло минут десять, — произнёс Гай, усаживая императрицу. — А потом попросите Дастина или Майка, они согреют скамью. Хотя вряд ли я столько продержусь.

— Что? — Виктория из-за удивления, кажется, совсем отошла от своих неприятных воспоминаний и посмотрела на Гая, слегка вытаращив глаза. — Вы… не рассчитываете на победу?

— Мне кажется, я не похож на безумца, ваше величество, — засмеялся Гай, широко улыбнувшись, и покосился на охранников, которые встали с двух сторон от скамьи. Дастин и Майк глядели на него с любопытством, а ещё с чем-то похожим на азарт. — Я, разумеется, умею держать в руках ярту, но я ведь не профессиональный боец, коим наверняка является наш гость.

Виктория промолчала, продолжая поражённо изучать лицо Гая, а он чуть развернулся, чтобы посмотреть на происходящее позади.

Из музея постепенно выходили посетители, под руководством директора рассредоточиваясь возле помоста, и выглядели все очень оживлённо, явно предвкушая интересное зрелище. Особенно сизгурдцы, среди которых ожидаемо не было ни одной женщины. Они с интересом косились на охранников императрицы, видимо гадая, кто из них такой смелый.

— Не загораживать обзор её величеству! — крикнул Гай громогласно и, заметив, как от неожиданности вздрогнула Виктория, извиняюще улыбнулся. — Прошу прощения, но иначе вам будет не видно.

— Да я могу и не сидеть здесь, а подойти