Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт

– Он говорил, что раньше вы вместе ходили в зал и все такое.

– Да, было дело.

– А сейчас почему…

– Потому что, – тон Криса четко дал понять, что тему он продолжать не собирается, – сейчас наши отношения немного испортились.

Помолчав, я отлипла от музыканта и заглянула ему в глаза.

– Надеюсь, не из-за меня? Не из-за той ситуации утром?

Парень, не глядя в мою сторону, покачал головой.

– Нет. Забыли.

– Хорошо, – кивнула я и, дождавшись, когда Крис закончит укладывать кусочки сыра на хлеб, легонько укусила его за спину.

– Ай! – выгнулся он. – Зачем?!

– Кто там выражает симпатию покусыванием? – Я, зевая, направилась в сторону сушилки с посудой. – Коты, кажется? Ты сам рассказывал.

Проводив меня взглядом, Крис усмехнулся.

– Коты. Но не козы, скачущие по…

Конец фразы заглушил звон двух глубоких тарелок, с силой поставленных на столешницу.

– Давай возьмем другие, – тут же переключился парень и распахнул дверцу шкафчика, откуда до этого достал кофе. – Вот эти.

Я глянула на две мисочки в виде тыкв, купленные мной в мои первые выходные.

«А ведь тогда я даже и подумать не могла, с кем буду из них есть», – промелькнула мысль.

После душа и завтрака я чувствовала себя бодро и в целом неплохо, а вот Криса, похоже, наоборот, охватила сонливость.

Сбросив брюки, парень улегся обратно на диван и закутался в одеяло. Я же занялась посудой.

– Такая маленькая квартирка, – произнес брюнет, оглядывая студию.

– Ага, помню твое колкое замечание по поводу моего жилища. – Я старалась говорить громче, чтобы голос не заглушал шум воды и посуды. – Как ты там сказал? «Если будешь хорошо работать, может, заработаешь на что получше?»

– Ой, – отмахнулся Крис. – Когда я говорю что-то подобное, можешь скидывать процентов пятьдесят от сказанного. В тот раз просто хотелось тебя побесить. Когда-то я и сам жил в подобных комнатушках… даже нет, поменьше. Тогда я бросил универ и пытался строить музыкальную карьеру. Так что не мне об этом говорить.

– Ты бросил универ?

– Ага. Курсе на втором или на третьем, уже не помню. Понял, что времени не хватает, и надо выбирать, на что его тратить. Вот и выбрал то, что следовало: музыку.

– Не страшно было? – спросила я, заливая водой сковороду.

Помолчав, парень ответил:

– Не-а. Я знал, что мне нужно заниматься именно музыкой. Правда, сейчас пока взял небольшой перерыв. Надо разобраться с парой задачек. И с заведениями. У меня, конечно, уже давненько есть управляющие, но все равно периодически нет-нет да приключится какая-нибудь фигня.

– Кстати. – Сняв с дверцы микроволновки кухонное полотенце, я вытерла руки и развернулась к Крису. – Давно хотела спросить. Что это за название такое? «Заучка»?

Лицо парня приняло странное выражение, а после он поморщился.

– Ну… – протянул музыкант и посмотрел в сторону окна, пока я усаживалась на диван. – На самом деле история не очень красивая.

Он повернулся и столкнулся с моим любопытным взглядом.

– Ладно. Поговорим о бывших, да? – вздохнул Крис, и я оживилась еще сильнее. – Когда я открывал свои первые заведения, рана от расставания на сердце все еще саднила, если говорить образно. Хотелось как-то насолить бывшей. Дело в том, что она бросила меня в довольно тяжелый… хм, неподходящий момент. Меня тогда кинули ребята с группы, с учебой была беда, едва хватало денег на еду и жилье… В тот момент меня это просто разбило, а спустя время я жутко разозлился и разобиделся. Понимаю, что в ее глазах, я, наверное, был не самым надежным партнером. Но сколько мы встречались?.. Года два, три?..

Парень вздохнул.

– Это была та самая болезненная первая любовь. Но мало того, что девушка меня бросила, так я потом узнал, что еще до этого за моей спиной она начала встречаться с каким-то тихоней-ботаником. Наверное, такой ей и был нужен: она была довольно амбициозной девушкой с синдромом отличницы. Сейчас я все это прекрасно понимаю, но тогда выпал в осадок. Думал, как это может быть лучше меня? Даже готов был поколотить беднягу – мне просто хотелось вывалить на кого-то весь тот гнев, что я испытывал из-за происходящего в жизни. Но когда увидел того парня, не смог. Ну не мог я поднять руку на этого доходягу, понимаешь? Это был бы совершенно неравный и бесчестный бой. Но злоба никуда не делась. И когда пришло время давать названия заведениям, которые были в проектной разработке, я выбрал: «Заучка» и «Библиотека». Звучало тупо, но мне было наплевать. Бывшая всегда укоряла меня за образ жизни: ночные выступления в барах, мол, я вечно где-то носился. Поэтому такие названия показались мне очень даже забавными. Спустя время я хотел изменить их на что-то более солидное и тематическое, но они уже прижились. Представь, студентке звонит мать, чтобы узнать, как у нее дела, а та отвечает: «Да так, иду в „Библиотеку“»! И не соврет ведь!.. По крайней мере, подобные истории слышал от посетителей. Так что после этого я ничего менять не стал. Решил: пусть будет.

Закончив, Крис повернул лежащую на скрещенных руках голову и спросил:

– Ну и как тебе история?

Я задумчиво глянула на него и ответила:

– Интересная. Есть над чем подумать.

Парень некоторое время так же задумчиво разглядывал меня, а потом хмыкнул:

– Хочешь, и в честь тебя что-нибудь назову?

– Ну уж нет, спасибо, – открестилась я, подползая, чтобы лечь рядом. – Обойдусь.

Отодвинув край одеяла, на мгновение я зависла. Татуировка длиной сантиметров пятнадцать-двадцать шла от левой стороны торса Криса, слегка заползая на бок.

Заметив мое удивление, парень спросил:

– Ты только сейчас заметила?

Я же пыталась понять, почему не увидела ее раньше. Ночью было темно, да и я была не в самом бдительном состоянии. Сегодня утром парень либо прятался от меня под одеялом, либо стоял спиной, готовя завтрак. Закончив, он сразу уселся на барный стул и занавесился своими длинными волосами, как индийская принцесса.

– Да, только сейчас.

Татуировка изображала суровое женское лицо в анфас. Взгляд ее был пронзительным и серьезным. Лик обрамлялся словно подхваченными ветром волосами, а на голове изображалось что-то похожее на колючую корону с иглами.

– Это… твоя бывшая? – тупо спросила я.

Крис фыркнул:

– Ага, щас. Нет. Это должна была быть богиня Тиамат. Когда набил ее, мне было лет девятнадцать. Я тогда решил: раз хочу быть крутым рокером, мне обязательно нужны татуировки. Записался в салон, недолго думая, выбрал эскиз, и вуаля, тату имеется. Но потом понял, что вот это все – внешние атрибуты