Сказание о Сы Мин. Книга 2 - Цзюлу Фэйсян

золотистой пудры, и голова раскалилась болью. Зажмурившись, она потерла виски. Внезапно перед ней возникло улыбающееся девичье лицо. Звездная владычица узнала ее – Эр Шэн.

А вслед за ним нахлынул поток воспоминаний. Тихие дни, что они проводили в руинах Десяти Тысяч Небес, радостный смех и гневная брань в мире смертных, а также невыносимая душевная боль, но в конце концов единственным, что отдавалось эхом в ушах, были последние слова Чан Юаня: «Я останусь с тобой».

Этот мужчина всегда был немногословен и косноязычен, но одних этих слов хватило, чтобы растрогать ее до слез. Она склонилась к телу дракона, нежно прижавшись щекой к его голове, позволяя всплывшим в памяти воспоминаниям захватить мысли.

Вечернее солнце тянулось яркими лучами сквозь пушистые облака к бескрайним просторам гор и рек внизу, окрашивая теплым оранжевым цветом Сы Мин и Чан Юаня. После долгого полета в полной тишине он наконец спросил:

– Почему ты осталась без воспоминаний?

В облике дракона его тон стал грубее. Голос, и без того лишенный красок чувств, звучал еще безразличнее, но она знала, что Чан Юань задал вопрос с особой осторожностью, боясь затронуть неприятный момент.

– Скорее всего, этот негодяй, Небесный император, забрал их у меня, – удрученно ответила Сы Мин.

Дракон без лишних раздумий предложил:

– Полетели их возвращать. – Он произнес это так серьезно, словно нападение на Небесное царство и объявление войны небожителям было для него пустяковым делом.

У Сы Мин защипало в носу, и она сердито ударила дракона по лбу.

– У тебя все так просто?!

Чан Юань молча сносил побои и ругань.

– Дурак, – пробормотала Сы Мин, сдерживая волны эмоций, терзавших ее сердце. – Скажи что-нибудь, ну!

– Угу.

– Тупица.

– Ага.

– Давай назовем наше первое яйцо Бэньдань [56].

– Эр Шэн, это обидное имя, – тихо вздохнул дракон.

Сы Мин ничего не отвечала. Чан Юань вдруг понял, как ее назвал, и тоже замолчал. Сделав несколько глубоких вдохов, Звездная владычица наконец произнесла:

– Большой черный дракон, тебе неловко? Эр Шэн или Сы Мин, Сы Мин или Эр Шэн…

Тот продолжал хранить молчание, и она не смела что-нибудь сказать.

– Какая разница? – Сы Мин так и лежала, склонившись к его голове, ее слезы стекали на драконью чешую. – Это все я. Я люблю лишь тебя, а ты – меня.

Закатные лучи отражались на черной чешуе, и та завораживающе сверкала в полете. Чан Юань нарушил затянувшееся молчание:

– Знаю.

Звездная владычица, вся перепачканная в слезах и соплях, вскочила и озлобленно шлепнула дракона по рогу.

– Тогда зачем притворяешься скрытным и замкнутым? К чему вся эта загадочность? Где твое очарование? Почему ты больше не миленький?!

– Потому что… я не знаю, как тебя называть. Не знаю, какое имя ты предпочитаешь.

– Дурак, – повторила Сы Мин, размазывая свои сопли по рогу.

– Да, – честно ответил Чан Юань.

Он не был искусен в красивых и сладких речах, потому понятия не имел, как к ней обратиться. Она была для него важнее всех на свете, и потому дракон был внимателен к любой мелочи.

Загадочное восстановление печати руин Десяти Тысяч Небес обеспокоило Сы Мин. Несколько дней они с Чан Юанем вольготно летали по царству Людей и в результате совместных обсуждений решили отправиться к Запретным землям Затерянной горы. Руины Десяти Тысяч Небес и пустынный город Бесконечности были связаны: если что-то и случилось, это непременно отразилось на обоих местах.

К тому времени, когда они добрались до заднего склона, природная духовная сила горы значительно ослабла – скорее всего, из-за разрушения пустынного города, что повлияло на изначальную энергию ци Небес и Земли. На Затерянной горе было безлюдно: все ученики выступили на поимку преступников, сбежавших из города Бесконечности и отправившихся вершить зло. Справиться с ними было особенно трудно, и Почтенному бессмертному Чан У пришлось взять дело в свои руки.

Сы Мин почувствовала укол вины, но, глядя на мужчину рядом, решила, что какое бы зло ни сотворила, если благодаря этому Чан Юань окажется спасен, однажды она непременно искупит грехи. Обхватив руку Чан Юаня, она потерлась носом о его плечо.

– Если ты когда-нибудь посмеешь предать меня, я… – Ей хотелось сказать что-нибудь угрожающее, но в итоге она смогла лишь тихонько вымолвить: – Я больше никогда с тобой не заговорю.

Дракон замер, и на его лице мелькнула тень улыбки.

– Это поистине самое суровое наказание.

Беспрепятственно пройдя весь путь до Запретных земель, Сы Мин была озадачена открывшимся ей зрелищем. Врата пустынного города Бесконечности величественно возвышались на высохшем дне озера. Гигантские ворота были разрушены, и яростный ураган тащил с собой пыль и песок, хлынувшие во внешний мир. А под ними на коленях стоял мужчина в лазурных одеждах. Он напоминал одинокого героя: его идеально прямая спина, казалось, поддерживала небо и землю. Кровь, обагрившая земли вокруг, выглядела особенно ужасающе на фоне песчаных холмов, и Сы Мин казалось, что в бедном мужчине уже ничего не осталось.

Осторожно к нему приблизившись, Звездная владычица вздрогнула и отступила назад. Чан Юань, мгновенно ее догнав, схватил небожительницу за талию. Он взглянул на Чан Аня, который стоял на коленях и давно испустил дух, хотя глаза его остались открыты, и погладил любимую по волосам.

– Не бойся.

Сы Мин будто обухом по голове прилетело. Повернув голову и взглянув на застлавший небо песок, до нее наконец-то дошло. Ню Юань была правительницей города, и именно ее ненависть освещала пустынный город Бесконечности дневным светом, теперь же без тех обид и негодования его окутала тьма. Лицо Звездной владычицы побледнело, и она пробормотала:

– Неудивительно, что она так легко тогда согласилась. Оказывается, она искала смерти. – Девушка снова поглядела в распахнутые глаза Чан Аня. – Ты пожертвовал своей жизнью, чтобы восстановить печать и спасти ее… Если бы Ню Юань увидела это, сколько бы обиды ни хранила все эти годы, она бы, несомненно, была в глубине души счастлива. Будь я на ее месте, обязательно бы простила тебя. Если вы снова встретитесь в следующей жизни, ты должен беречь ее и хорошо к ней относиться.

Сы Мин подошла ближе и мягко прикрыла веки мужчины ладонью. Убрав руку, она оглядела тело, все в крови, но упрямо отказывающееся падать. Небожительница смутно припомнила, как впервые увидела Чан Аня глазами Эр Шэн. Падший небожитель в синем одеянии выделялся своим равнодушным выражением лица, его осанка была идеально прямой, как бамбук. Прошло совсем немного времени, и все же оно изменило судьбы многих.

Девушка обернулась к Чан Юаню, который не сводил с нее взгляда, – неясно было, что плескалось