Долг выполнен. Я ухожу - Анастасия Вежина

трубку, а я сижу на скамейке, смотрю на тающий снег. Марина расцвела. Обрела себя, поняла, чего хочет, нашла мужчину, который даёт ей то, чего я дать не смог. А я? Что у меня?

Женщина, которая изменяет мне с дальнобойщиком. Трое детей, которые не мои, но которых я пытаюсь любить как своих. Дом, который купил не я. Жизнь, которая больше похожа на исполнение чужих желаний.

— Лёш, кто звонил? — спрашивает Ольга, подходя к скамейке.

— Марина.

— И что хотела?

— Рассказать, что счастлива.

— А, понятно. — Лицо Ольги каменеет. — И зачем ей это? Не может оставить тебя в покое?

— Она просто… поделилась.

— Поделилась. — Ольга садится рядом, но уже не берёт меня за руку. — И что, радуешься за неё?

— А должен не радоваться?

— Не знаю. Но странно как-то. Бывшая жена звонит рассказывать о своём счастье.

— Ольг, она не со зла звонила.

— А с чего тогда? С доброты душевной?

— Может, и с доброты.

— Лёша, она хочет тебе показать, как ей без тебя хорошо. Понимаешь? Хочет, чтобы ты знал — она не страдает, не скучает.

— А если не страдает? Это же хорошо.

— Для кого хорошо? Для неё — да. А для тебя? Тебе приятно знать, что она забыла тебя как страшный сон?

Встаю со скамейки. Разговор принимает неприятный оборот. Ольга ревнует к прошлому, хотя у неё самой есть настоящее в виде Виктора.

— Ольг, давай не будем ссориться из-за Марины.

— А из-за чего будем? Из-за того, что ты весь вечер будешь думать о её счастье?

— Я не буду думать о её счастье.

— Будешь. Я вижу по лицу. Ты уже думаешь.

— Ольга, хватит. Дети смотрят.

Действительно, дети перестали играть, стоят в стороне, смотрят на нас с тревогой. Алёшка сжимает в руке мокрые палочки от корабликов, Петя прячется за Машу.

— Всё нормально, — говорю детям. — Просто разговариваем.

— А почему мама сердитая? — спрашивает Алёшка.

— Мама не сердитая. Мама… устала.

Ольга встаёт, отряхивает куртку.

— Пойдёмте домой. Холодно стало.

Холоднее не стало, но прогулка закончилась. Солнце ушло за тучи, дети молча собирают мокрые палочки и идут к выходу из парка.

Дорога домой проходит в молчании. Дети идут впереди, мы с Ольгой — сзади. Между нами метр расстояния, но кажется — километры. Утренняя близость улетучилась, как будто её и не было.

Дома дети смотрят мультики, мы готовим ужин. Каждый сам по себе. Ольга нарезает овощи, я жарю мясо. Работаем молча, как чужие люди.

— Лёш, — наконец говорит она, — а что она рассказывала? Про своё счастье?

— Встречается с профессором. Ходят в театры, на выставки.

— Понятно. Интеллигентный роман.

— А что в этом плохого?

— Ничего. Просто… она показывает тебе, какой ты не интеллигентный. Не театрал. Не эстет.

— Она ничего не показывает. Просто живёт.

— Живёт и звонит бывшему мужу. Очень естественно.

— Ольга, ты ревнуешь к женщине, с которой я развёлся два года назад?

— А ты завидуешь женщине, которую бросил ради меня?

Молчу. Попал в точку. Завидую. Марина смогла. Взяла и начала новую жизнь. А я всё пытаюсь реанимировать старую.

— Завидую, — признаюсь. — Она нашла то, что искала.

— А ты не нашёл?

Смотрю на неё. Красивая женщина, мать троих детей. Почти два года назад казалась мне идеалом, спасением, новой жизнью. А сейчас? Сейчас чувствую усталость. От подозрений, от попыток угадать её настроение, от необходимости постоянно доказывать свою любовь.

— Не знаю, — отвечаю честно. — Не знаю, что я нашёл.

Ольга отводит взгляд, продолжает нарезать морковку. Нож стучит по доске ритмично, как метроном.

— Может, ты тоже хочешь начать заново? — спрашивает тихо.

— С кем заново?

— С кем захочешь. С ней, например.

— Ольг, ты что несёшь?

— А что я несу? Она счастлива с новым мужчиной, ты завидуешь её счастью. Может, пора честно признать — мы ошиблись?

— В чём ошиблись?

— В том, что решили — нам друг с другом будет лучше.

Кладу лопатку, подхожу к ней.

— Ольга, утром ты говорила совсем другое. Говорила, что нам хорошо вместе.

— Утром я не знала, что твоя бывшая жена счастлива без тебя.

— И что это меняет?

— То, что ты понял — можно быть счастливым не с нами. А если можно не с нами, значит, можно вообще без нас.

— Это глупо.

— Это честно.

Дети ужинают, болтают о чём-то своём. Мы с Ольгой сидим напротив друг друга, едим молча. Атмосфера такая напряжённая, что её можно резать ножом.

После ужина укладываем детей спать. Читаем им сказки, целуем на ночь, как всегда. Но даже они чувствуют — что-то не так. Алёшка долго не может заснуть, Петя спрашивает, почему мама и папа не смеются.

— Завтра будем смеяться, — обещаю. — Завтра всё будет хорошо.

Хочется верить в свои слова.

Когда дети засыпают, мы с Ольгой сидим на кухне, пьём чай. Молчим. О чём говорить? О том, что звонок Марины разрушил хрупкое равновесие, которое мы пытались построить? О том, что я завидую счастью бывшей жены? О том, что Ольга ревнует к прошлому?

Телефон Ольги вибрирует на столе. Она быстро хватает его, смотрит на экран. Лицо меняется — краснеет, потом бледнеет.

— От кого сообщение? — спрашиваю.

— От подруги.

— От какой подруги?

— От Светланы. Помнишь, я у неё Новый год встречала.

Понимаю — врёт. Но проверить не могу.

— И что пишет подруга?

— Приглашает в гости. На выходных.

— Понятно.

Ольга убирает телефон в карман, но я успеваю заметить — сообщение не от женщины. Слишком короткое, слишком интимное. Такие сообщения пишут мужчины.

— Ольг, покажи сообщение.

— Зачем?

— Хочу посмотреть.

— Не покажу. Это личная переписка.

— С подругой?

— С подругой.

— Тогда что личного в приглашении в гости?

— Лёша, не начинай. Пожалуйста.

— Что не начинать? Проверку телефона? А ты обещала — больше никакой лжи.

— Я не вру!

— Тогда покажи.

— Не покажу, потому что не обязана отчитываться за каждое сообщение!

Встаю из-за стола. В голове всё смешалось. Счастье Марины, зависть, подозрения, усталость от постоянной борьбы.

— Хорошо. Не показывай. Но тогда не говори мне о честности.

— Лёша, при чём здесь честность? Это моя личная переписка!

— С Виктором?

Молчание. Долгое, тяжёлое молчание.

— Ольга, это сообщение от Виктора?

— Да, — тихо говорит она. — От него.

— И что он пишет?

— Просто… скучает.

— И всё?

— И всё.

— Покажи.

— Не покажу.

— Ольга, ты два часа назад держала меня за руку и говорила, что нам хорошо вместе. А сейчас прячешь сообщения от любовника.

— Он не любовник!

— А кто?

— Просто… знакомый.

— Который зовёт тебя встречаться Новый год?

— Лёша, не устраивай сцену. Дети услышат.

— Пусть услышат! Пусть знают, что их мама