Связанные ненавистью. Жестокая академия - Анастасия Милославская

Она занималась учёбой, когда уснула. Идеальная староста. Отличница. Так о ней отзывалась тётка.

Я прохожу внутрь и останавливаюсь возле дивана. Зверушка не просыпается.

Учитывая её осторожность, даже странно, что она заснула здесь.

Моя примерная староста не переодела форму. При каждом глубоком вдохе, рубашка Деви слегка натягивается, обрисовывая полную грудь. Она слегка великовата для хрупкой комплекции девушки.

Я подавляю острое желание провести ладонью по её шее, спуститься ниже и сжать мягкое полушарие.

Воображение дорисовывает всё, что я мог бы сделать с кровомеской, и меня в очередной раз накрывает неконтролируемым возбуждением.

Селеста сказала, что Деви девственница.

Сказанное тёткой не выходит у меня из головы.

Неужели мать притащила её в тот бордель? Хотела продать? Или зверушка удовлетворяла мужчин другими способами?

Взгляд перемещается на её сочные, розовые губы. Они слегка приоткрыты. Злость растекается внутри, когда я представляю, что она могла делать ими.

Я наклоняюсь, вглядываясь в нежные черты. Она слишком красива для кровомески. В этот момент девчонка издаёт лёгкий, сдавленный вздох-полустон, должно быть ей что-то снится.

Представляю, как бы она стонала подо мной. Какое бы у неё было сладкое выражение лица, когда она кончала бы, пока я вколачивался в неё. Она кричала бы моё имя или просила ещё и ещё?

Неосознанно поднимаю руку и провожу большим пальцем по пухлой нижней губе зверушки.

— Кай… — кровомеска выныривает из сна с моим именем на губах, её взгляд расфокусирован, но через мгновение Деви замечает меня, и выпаливает, резко отталкивая: — Что… что ты делаешь?! Отодвинься от меня!

Глава 14. Тайна

Деви

Смотрю на монстра, который буквально в паре десятков сантиметра от меня и едва не умираю от страха. Почему он так близко? Это словно продолжение моего кошмара.

Мне снилось, что Кай гонится за мной. Прямо как в тот день, когда мы впервые встретились. Только на этот раз в академии, а не в том злополучном борделе. Сон и явь смешались.

Только во сне я не смогла сбежать, и Кай настиг меня. Поймал и…

Во сне он поцеловал меня. Коснулся своими губами моих.

Я, испуганно глядя на Кая, дотрагиваюсь пальцами до губ. Он замечает моё движение и едва заметно усмехается.

— Ты… что тебе нужно? — спрашиваю я сердито.

Мы всё ещё слишком близко друг к другу.

Не могу поверить, что уснула в гостиной.

Я ждала монстра, чтобы поговорить о том, что я больше не стану принимать от него подачки в виде новой одежды, и задремала, делая домашку.

Тон Кайдена полон скрытой злости, хоть он и пытается казаться спокойным, когда произносит:

— Ты сосала у кого-то?

Я не сразу понимаю, что он имеет в виду, а когда до меня доходит, с силой отталкиваю его, вскакивая на ноги:

— Охренел?! Совсем с ума сошёл?

— Я задал вопрос. Отвечай, кровомеска.

— Больной извращенец!

— Всё равно узнаю.

— Монстр, — пыхчу я, отталкивая его с дороги и бросаясь к своей двери.

Прижимаю книгу к груди в защитном жесте.

— Сегодня вечеринка, будь готова в десять и не забудь — мне должно понравиться, как ты выглядишь.

Я игнорирую его слова, хватаюсь за ручку двери, пытаясь скорее скрыться.

— Деви.

Жёсткий тон Кая останавливает меня. Медленно поворачиваюсь, проклиная себя за то, что щёки пылают. Я вообще легко краснею, у меня слишком бледная кожа.

— Ты в трусиках?

Монстр ухмыляется. Смотрит, ожидая ответа. Он во мне сейчас дыру прожжёт.

— Нет, — выплёвываю зло.

Я долго боролась с собой, когда вернулась после похода по магазинам. Принимала решение — снимать нижнее бельё, как приказал Кай, или ослушаться. Но потом поняла, что он обязательно спросит или того хуже — проверит. И, если отвечу, что не сняла, придумает что-нибудь ужасное в качестве наказания.

Поэтому пришлось снять.

— Хорошая девочка, — хвалит Кай.

Он снова возбуждён. Я чувствую это, меня будто в кипяток с кипящей лавой окунули. Ключица начинает пульсировать от боли.

Я дёргаю дверь в свою комнату, залетаю внутрь и захлопываю её за собой. Сердце бешено стучит, дыхание сбилось.

Скорее расстёгиваю несколько пуговиц. Чёрная вязь метки ползёт по коже, то исчезая, то снова появляясь.

— Нет, нет, — я бросаюсь к зеркалу, в панике пытаюсь пальцами стереть метку, но ожидаемо ничего не выходит.

А что если она не исчезнет? Что если так и останется?

Следующие часы я делаю успокаивающие дыхательные практики, в надежде, что они помогут расслабиться, и метка исчезнет. Потом занимаюсь домашкой, и даже немного сплю. Но проклятая метка не желает исчезать.

До десяти вечера остаётся полчаса, а на моей ключице чернеют тонкие линии, которые скоро грозят превратиться в дракона.

Выбора нет, я надеваю сиреневое платье. Проходя мимо зеркала, каждый раз вздрагиваю. Как мне прикрыть метку?

Беру щётку. Медленно расчёсываю волосы, заставляя себя дышать ровнее. Длинные пряди ложатся на плечи, блестят в мягком свете лампы.

Собираю их в свободный хвост, чтобы не мешали, и обуваю новые туфли на плоской подошве.

Смотрю на себя в зеркало и понимаю, что я непривычно красива. Я никогда не считала себя уродиной, скорее мне часто делали комплименты, отмечая мою внешность. Но сейчас всё по-другому.

Эта девушка в зеркале выглядит взрослее и ярче.

Но под этой новой оболочкой всё пульсирует страхом.

Кай меня убьёт, если увидит метку. Он ненавидит полукровок.

Или мисс Эйвери сделает что-то нехорошее. Она сказала, что метка стала бы проблемой. Селеста может не только навредить мне, но и бросить Аэллу без помощи. А ведь на следующей неделе мы должны пойти к лекарю.

Я должно скрыть истинность во что бы то ни стало. А потом… нужно будет поискать способы избавиться от этой гадости раз и навсегда. Всё зашло слишком далеко.

Я хватаю кофту и натягиваю её поверх платья, застёгивая до горла. Пускай жарко — зато ничего не видно. Скажу, что заболела.

Прячу дрожащие руки в рукавах и глубоко вдыхаю.

Нужно идти.

Дверь тихо закрывается за спиной, и я выхожу в гостиную, ощущая, как каждый шаг отдаётся в висках — будто иду на казнь.

Монстр сидит в кресле, откинувшись на спинку, одна нога небрежно закинута на другую.

Полутьма окутывает гостиную, только мягкий янтарный свет от магического светильника выхватывает из тени контуры его фигуры.

Чёрная рубашка облегает широкие плечи, подчеркивая силу тела, которое кажется выточенным из камня. Манжеты Кая закатаны до локтей.

Чёрный ему идёт. Слишком идёт.

В