Ошибка профессора - Сандра Бушар

– Ты преувеличиваешь… – он закатил глаза. – Никто бы не посмел. Просто назови имена.

– А знаете, что не меняется со временем? Что тогда, что сейчас моя самая главная проблема – вы! – я наступала на него с полотенцем, а он отходил все дальше и дальше. – Годы унижений и оскорблений! Вы постоянно меня доводили до ручки! Добивались отчисления!

– Ничего этого не было, – на полном серьезе заявил тот. Я даже зависла от такой наглости. А потом истерично рассмеялась. Он серьезно?! – Я просто уделял тебе больше внимания, чем остальным. Чтобы бы ты лучше усваивала материал! Ведь так и вышло. Ты великолепно сдала высшую математику, заслужила много похвалы.

– Бред! – прокричала я, устав жить во лжи. Устав, что для всех я просто предмет интерьера. Мне нужно было лишь одно: – Говорите правду!

Шлефов оказался зажат в углу. Руки мои все еще сжимали полотенце. Вадим Геннадьевич поглядывал на него насторожено.

– ПРАВДУ! – воскликнула я, пытаясь сделать строгий вид.

Немного помолчав, он тяжело вздохнул и покачал головой:

– Правду, говоришь? – я кивнула, затаила дыхание. Пыталась не спугнуть. – Ты просто мне сразу понравилась. И чтобы это не было очевидным, я относился к тебе строже, чем к остальным.

Пауза. Занавес! Я все осознать никак не могла, что три года терпела бесконечные придирки лишь потому, что преподаватель влюбился в студентку и так «маскировал» свою симпатию. Псих!

– А отчисления зачем добивались? – все никак не могла понять я.

– Какого отчисления, Диана? Только лишь перевода на другую специальность. Хотел заслать тебя подальше, – новая шокирующая информация заставила пошатнуться, схватиться за голову. – Я давил на тебя, чтобы ты сама сбежала… На Игнатьева… И все уже почти получилось, но то фото сбило планы.

– Откуда у вас был мой номер? Вы оправляли фото мне или той, другой Диане? С какой целью?! – заваливала его вопросами я.

Но тут произошло то, чего я боялась. Шлефов закрылся от меня. По глазам я поняла: все, больше ответов не получу. Он и так сказал больше, чем хотел.

– Игнорируете меня? Так валите к своей Диане! – зачем-то произнесла я. Не сдержалась. – Я видела вас какое-то время назад в кофейне у дома. Красивые у нее цветочки были… И вообще, вы отличная пара!

– Точно такая же, как и ты с Димой Флажковым, – он послал мне хищную ухмылку и многозначительный взгляд с приподнятой бровью. – Следила за мной? А меня за это осуждала… Ай-яй-яй!

– Ни за кем я тогда не следила. Просто пришла помириться, а вы уже… – на глазах снова выступили предательские слезы. Чем больше я пыталась их сдерживать, тем сильнее дрожала нижняя губа. – Я думала, между нами что-то… Что-то большее, чем просто секс! А вы…

Шлефов переменился в лице. Потерянный, разбитый и встревоженный, он протянул ко мне руки:

– Диана…

Я отмахнулась. Три недели ему не было до меня дела. А что теперь поменялось?

– У меня ничего не было с Дианой, – вдруг произнес он, и я вздрогнула. – Той, другой… Ну, ты поняла, конечно же. Позволь объяснить, что нас связывает.

Я кратко кивнула, замолчала. Очень хотелось послушать очередную «гениальную» историю с оправданиями. Но стоило профессору открыть рот, как в кармане брюк зазвонил телефон.

– Возьмите, – Шлефов не спешил этого делать. Поэтому я сама зарылась в брюки и вытянула сотовый. От имени «Диана» меня передернуло. Она как будто чувствовала! – Возьмите же!

Нехотя, напряженно и медленно Вадим Геннадьевич нажал кнопку приема и хрипло прошептал:

– Алло…

– Вадимка, привет! Ну, что там у тебя? Как дела? Говорить можешь? Солнце, горизонт чист?

Не знаю, что со мной творилось в тот момент. Словно вселился внутрь другой человек. Смелый и безбашенный. Выхватив телефон у мужчины, я торопливо отчеканила:

– Чист, дорогая! Но если еще раз сюда позвонишь, выпадешь в осадок без штормового предупреждения!

И сбросила. А потом побежала к себе в спальню. Именно – к себе. Шлефов жил в гостевой.

– Диана! – он бросился за мной следом. Но не успел до того, как я заперла дверь на замок изнутри. Сильные удары едва не сбили косяки. – Открой немедленно! Нам надо серьезно поговорить!

Но говорить мне уже не хотелось. Раньше надо было. А я ведь ждала… Ждала чуда так долго! Но его не случилось.

ГЛАВА 14

Погрустив немного, я заставила себя успокоиться. Взяла ситуацию в руки и достала из гардеробной милый красный чемоданчик. Собрала туда только то, что приобрела сама, за свои личные карманные деньги. Оделась потеплее и вышла из комнаты в теплом флисовом костюме.

– Куда это ты?! – Оказалось, Шлефов все время сидел под дверью. Караулил. При виде меня вскочил на ноги и перегородил путь. – На ночную прогулку не похоже…

Гордо вздернув подбородок, я улыбнулась:

– Ухожу от вас. Наконец-то!

По лицу мужчины прошла тень. Он, будто пьяный, пошатнулся. Нахмурился. Сложил губы в тонкую линию. Тяжело задышал.

– Контракт, Диана! Ты обязана быть рядом, пока я не решу все проблемы и… – хриплый голос сбивался и суетился.

– А мне уже плевать! – вытянув перед собой ладонь, я призвала мужчину помолчать. – С этого момента ваши проблемы меня не касаются. Так что дайте пройти.

Шаг в сторону двери, и он снова перегородил мне дорогу. Более того, нагло выдернул из рук чемоданчик и спрятал за собой. Будто это что-то меняло!

– Ты мне должна, – холодно отчеканил он по слогам, буравя гневным взглядом. – И никуда не пойдешь!

– Должна? Идите в суд, господин профессор, – новая попытка сбежать, и Вадим Геннадьевич поднял руку, загораживая собой весь коридор. Пытался загнать в угол. Но не тут-то было. Пригнувшись, я юрко проползла по полу и бросилась к двери.

Я надеялась на Его благоразумие. Надеялась, Шлефов даст мне уйти добровольно… Но не тут-то было. Не успел указательный палец коснуться кнопки вызова лифта, как горячие сильные руки взяли меня в крепкое кольцо. Стало так тесно, что нечем дышать!

– Отпустите! – прошептала я, пока сердце бешено барабанило в груди. – Так больше не может продолжаться… Я не могу…

– Нет, не могу отпустить… – надрывное дыхание щекотало мне шею, заставляя мурашки волнами скользить по спине. Тяжело выдохнув, он в сердцах выпалил: – Как же мне это сделать, если я больше без тебя не могу?

Что-то внутри меня надломилось. Разорвалось на миллион мелких осколков! От полноты чувств выступили слезы, которые удалось легко сморгнуть. А вот справиться с дыхание совсем не выходило. Я задыхалась от его запаха, близости и голоса, полного любимой мною хрипотцы.

– Я ведь