Вторая жена. Цена выбора - Дина Данич

Должен…

Тот звонок не оставил выбора – нужно было разобраться на месте, почему и как это произошло.

Для всех Габриэлла была мертва уже давно, так что похороны прошли тихо. Дарио даже не смотрел в мою сторону. Он практически не говорил, но молчаливый укор и обвинения так и витали вокруг.

Я сорвался. Не смог вернуться домой в таком состоянии. Хотел, меня ломало и тянуло к Аделине, но я бы чувствовал себя последним мудаком, если бы потащил к ней свой груз.

Рассчитывал, что вывезу, и все снова будет по-прежнему.

Но я сорвался.

И теперь уже третий день она как будто чужая для меня. Практически не смотрит, а если и бросает взгляды, то очень задумчивые и отстраненные.

Как будто что-то случилось, пока меня не было, хотя я точно знаю, что с ней все в порядке – Грегорио тщательно следил за женой, отправляя ежедневные отчеты о том, чем занята Аделина.

Глядя сейчас на нее с Беллой, я испытываю странную щемящую тоску. Они улыбаются, выглядят счастливыми. И если с сестрой я уже не обманываюсь – за ее улыбкой навсегда спрятались страх и боль, то вот Аделина, наконец, становится собой.

Живой. Яркой. Настоящей.

Мне эгоистично хочется, чтобы она улыбалась так и мне. Чтобы в ее красивых глазах появилось желание быть рядом.

Я вынужден признать очевидный факт – она мне нужна. Нужна целиком.

У меня зудит под кожей от желания оказаться рядом и обнять. Вдохнуть ее запах и прижать к себе сильнее.

Однако теперь это только мечты. Каждый раз, когда я оказываюсь слишком близко, Аделина замирает, пережидая. Так ведут себя животные рядом с хищником, надеясь, что их отпустят.

Раньше меня подобное не заботило, но с ней мне хочется иначе.

Я не хочу, чтобы она меня боялась.

Мы больше не возвращаемся к вопросу о Габриэлле – хотя я и объяснил жене, как и почему все было оформлено, ощущение, что между нами крепкая стена, не покидает.

Я не понимаю женскую логику – они вообще создания странные. С той же Беллой я легко находил общий язык, но лишь потому что мы – семья. Она моя любимая младшая сестренка, за которую я готов убить любого.

Аделина же моя жена. Женщина, без которой меня ломает.

Даже повседневные дела и некоторые сложности с тем же Романо не помогают отвлечься.

Она всегда в моих мыслях. Словно заноза засела в голове. Но что самое непонятное, я не хочу от нее избавляться. Не хочу рвать ту связь, которая была между нами, и сейчас как будто покрылась коркой льда.

Я хочу всё обратно – хочу видеть в ее глазах свет, а на лице – улыбку.

Хочу, чтобы она улыбалась мне. Счастливо. Искренне.

Я хочу свою жену. Такой вот непростой вывод.

Белла с Аделиной выходят из конюшни. Снова улыбаются. Жена что-то активно рассказывает, жестикулирует, еще не видя меня.

На улице снова оттепель, и ее белокурые волосы не прикрыты капюшоном.

Она пиздецки красивая сейчас, и я залипаю, впитывая этот образ.

Жена такая разная, что я сам не верю тому, что она – моя. Что мне так повезло. А ведь такие мысли – это вообще не про меня. Но Аделина – мое гребаное исключение.

Едва они замечают меня, стоящего под одним из деревьев, как жена сбивается с шага, тормозит. Белла поворачивает голову и, заметив, улыбается еще шире. Она-то как раз рада меня видеть.

Медленно подхожу к ним, решив не прятаться.

– Марко, – шепчет сестра, прижимаясь по привычке. Этот жест стал уже традиционно нашим. Именно ко мне она прижалась, когда ее, наконец, вернули домой после похищения.

Целую ее в макушку, а сам смотрю на жену.

Та нервно поправляет волосы, отводя взгляд в сторону. Терпеливо ждет, мгновенно закрываясь.

Она и раньше пыталась держать дистанцию, еще когда мы только поженились, но сейчас в Аделине что-то поменялось.

– Как отдохнули?

– Ласточка и Стелла наконец-то подружились! – с гордостью заявляет сестра. – Представляешь? Алберто рассчитывал, что понадобится куда больше времени, но мы с Аделиной уболтали девчонок не ссориться.

Она косится на мою жену, та сдержанно улыбается и кивает, но смотрит только на Беллу.

– Даже не сомневался, – усмехаюсь, радуясь, что у нее нашлось новое занятие по душе. В последнее время с этим были проблемы – сестра настолько замкнулась, что даже на мою свадьбу отказалась ехать. – Отпустишь мою жену? Хочу с ней прогуляться.

Белла смущенно кивает и отходит в сторону. Судя по выражению лица, Аделина не в восторге от моей идеи, но не спорит. Мы остаемся одни, и я, осторожно приобняв супругу, разворачиваюсь в сторону ближайшей дорожки.

Я не знаю, о чем говорить, да и надо ли? Мне достаточно чувствовать ее рядом для начала. Был бы вопрос, касающийся бизнеса или внутренних проблем в клане, я бы решил все быстро и четко. Но с Аделиной я понятия не имею, как быть. Чего она ждет? В чем причина ее холодности? Ревнует? Злится? Или… боится?

Последняя мысль неприятно царапает.

Раньше мне было плевать, теперь я не хочу такого. Не хочу видеть страх в ее глазах.

– Ты все-таки объявишь о помолвке Беллы и Андреа? – внезапно спрашивает Аделина, останавливаясь посреди сада.

Она поворачивается ко мне, резко сбрасывая мою руку. В ее взгляде отчаянная решимость выяснить этот вопрос.

– Собираюсь.

Жена разочарованно качает головой.

– Тебе совсем на нее плевать? Думаешь, если мой брат стал посылать ей цветы, то из него выйдет хороший муж?

– Ты настолько в него не веришь?

– Он жестокий мафиози и повернут лишь на власти. Только она его и интересует. Готов обречь Беллу на такой брак? Хочешь, чтобы она страдала?

Аделина удивительным образом бьет прямо в цель. Правда в том, что я был уверен, что смогу контролировать Андреа. Он будет зависим от меня, а значит, сделает все, чтобы моя сестра была счастлива. Конечно, Белла не говорила, что мечтает о семье – после похищения она вообще мало делилась желаниями. Но я помню, о чем она мечтала подростком. Я не могу подпустить к ней кого-то, кто будет мне неподконтролен – ее муж не должен ее обижать. В нашем уговоре с Андреа сильная сторона, диктующая условия, я, а не он. Так Белла будет в безопасности и сможет осуществить свою мечту – стать женой и