Секрет (не) моего дракона - Ардана Шатз

каникулы, так что у меня будет возможность хотя бы на пару дней выбраться в родной город. Нужно только дождаться окончания практики, а там еще неделя-другая и я снова увижу родных.

Я поднялась, чтобы пройтись и немного размяться. Рэйнард тут же напрягся:

— Куда собралась?

— Не дальше периметра, — с улыбкой ответила я и с наслаждением потянулась. — Что-то не так?

Рэй не сводил с меня взгляда и странно улыбнулся.

— Все отлично.

Потом медленно отвернулся и стал смотреть в темноту за периметром лагеря. А я бросила взгляд на наше спальное место и будто только сейчас поняла, что нам с драконом придется спать совсем рядом. В каких-то сантиметрах друг от друга.

44. Триша

За четыре часа нашего дежурства мы почти не говорили. Каждый был погружен в свои мысли. А когда сэйн Блэдмор проснулся, я первая отправилась спать. Все тело ныло и требовало отдыха. Даже ежедневные тренировки не могли сравниться с долгим пешим походом и несколькими часами напряженного бездействия. Рэй о чем-то говорил с куратором, а я уже погружалась в сон, так что не слышала, как он лег рядом. Только где-то на границе сна ощутила чужое присутствие, и тут же провалилась в черноту.

— Триш, пора. — Раздался тихий голос у самого уха. Я возмущенно замычала. Я ведь только легла, у меня есть как минимум четыре часа! Но сквозь сомкнутые веки пробивался солнечный свет, что говорило об обратном.

Рэй был уже на ногах. До зависти бодрый и собранный. Протянул руку, помогая подняться, и улыбнулся так, что у меня сердце тревожно забилось. Но я не позволила ненужным мыслям завладеть сознанием. Подавила зевок и вышла за пределы лагеря, чтобы привести себя в порядок.

Широкий ручей нес свои воды параллельно кромке леса чуть дальше к границе, собственно эту границу и обозначая. Было странно, что его берега были покрыты такой скудной и сухой растительностью, но по заверениям куратора, это было следствие вторжения темных. Я тщательно смотрела под ноги и по сторонам, меньше всего желая угодить в какую-нибудь ловушку, оставленную здесь темными. Но все было в порядке. Так что спокойно умывшись, я вернулась в лагерь, где уже начинали просыпаться ученые. Они так и не стали говорить нам своих имен, а если сэйн Блэдмор не спрашивал, значит, и нам с Рэем не нужно было проявлять излишнего любопытства.

После завтрака в считаные минуты разобрали лагерь и двинулись дальше. В этот раз шли медленнее. Ученые то углублялись в заросли леса, то, наоборот, отходили к ручью, что-то высматривая, собирая землю и воду в специальные колбы, упакованные в те самые деревянные ящики. Нам с Рэем и куратором приходилось разделяться, чтобы никто не оставался без присмотра. К концу второго дня мы продвинулись не очень-то далеко от места первой ночевки, но при этом у меня было ощущение, будто прошли мы раза в два больше, чем вчера. Но ученые были довольны результатами. Вечером, сидя в лагере, они передавали друг другу запечатанные колбы и оживленно обсуждали свой улов. Мы с напарником и куратором в это время были заняты костром и безопасностью периметра.

— Значит, это ваша первая практика? — Куратор решил разбавить затянувшееся молчание. Я кивнула, Рэй неопределенно мотнул головой. — Вам, наверное, хотелось бы чего-то более интересного, чем сопровождать кучку нелюдимых молчунов?

Он ободряюще улыбнулся и закрепил конец веревки на последнем колышке.

— Любая практика — это практика. — Уклончиво ответил Рэй. Я лишь пожала плечами, поймав хитрый взгляд Блэдмора.

— Ничего, еще успеете навоеваться. Расскажите лучше, как там поживает Нэйт.

Мы с Рэем непонимающе переглянулись, а Блэдмор хмыкнул.

— Ну да, для вас же он мэтр. Мэтр Тигернан.

— Вы знакомы?

— Мы с ним прошли огонь и воду, если можно так выразиться. Вот только теперь он обучает адептов в стенах академии, а я, так сказать, за ее пределами.

Разговор плавно перешел с нашего декана на общие новости Драгонфорда. Мы слаженно возводили купол, привязывали плетения заклинаний на усилитель, которого, по словам куратора, должно было хватить ровно на неделю. Потом разводили костер и готовили ужин. Ученые в заботах обустройства участия не принимали, но хотя бы не мешали советами. Все, что их волновало — это их добыча и постоянные записи в походных свитках.

— Сегодня сменим тактику. Дежурим по три часа каждый. Блэкс, ты первая.

Я кивнула и протянула руки к пламени костра, заставляя огонь чуть стихнуть, чтобы не мешать ни остальным уснуть, ни мне — следить за пространством за пределами освещенного круга.

Когда все улеглись и погрузились в сон, я поднялась с места и стала неспешно обходить лагерь. Было непривычно и немного жутковато оставаться единственной бодрствующей так далеко от обжитых мест. Но куратор был прав — это часть нашего обучения, так что чем быстрее я привыкну, тем легче мне будет в дальнейшем.

Через несколько минут тревожное чувство отступило, ему на смену пришла спокойная уверенность. На всякий случай я подвесила на кончики пальцев самые простые и действенные боевые заклинания, похлопала по карману, проверяя, на месте ли артефакт тревоги. Теперь я точно была готова к любым неожиданностям. Ко всем, кроме той, что ожидала меня буквально через пару мгновений.

45. Триша

Позади меня раздалось шуршание, и я резко обернулась, выбрасывая вперед руку с готовым сорваться с пальцев заклинанием огненного шара.

— Тише, это я.

Рэйнард мягко отвел мою руку в сторону, касаясь меня магией и контролируя выброс энергии.

— Не делай так больше! — Сердито прошептала я. Что, если бы я не удержала магию?

— Не буду.

— Зачем вообще ты встал? У тебя еще три часа на сон.

— Не спится. — Рэй пожал плечами и в противовес своим словам широко зевнул.

— Я вижу. — Я усмехнулась. — Не нужно меня страховать, с обычным дежурством я как-нибудь справлюсь.

— Тогда почему я чувствовал твою неуверенность?

Я проверила магические потоки и сложила руки на груди. Рэй что-то недоговаривал. Я не касалась его магией, когда он лег, так что мои эмоции он почувствовать не мог.

— Скажи своему дракону, чтобы не лез мне в голову.

— Дракон здесь ни при чем, Триш. Я сам чувствую каждую твою эмоцию. Так в чем дело?

Я раздраженно дернула плечом. Почему он так легко мог меня считать, даже находясь с закрытыми глазами и в полудреме? А сам едва ли не всегда оставался для меня закрытой книгой.

— Это просто с непривычки. Уже прошло.

— Если тебя что-то беспокоит, можешь мне сказать. В конце