Три желания для золотой рыбки - Кристина Миляева

Наконец мой сопровождающий отвлекся от разговора и, поклонившись своему командиру, проскользнул в карету. Его темно-вишневые глаза показались мне смутно знакомыми, словно я уже где-то видела столь редкий цвет. Как ни пыталась напрячь мозг, так и не вспомнила обладателя похожей радужки. Но теперь втройне опасалась находиться рядом с подозрительным типом. Непонятно, с кем именно в памяти всплывает ассоциация, но, вероятно, с кем-то из близкого окружения. Вот только моего или принца?

Экипаж медленно и плавно тронулся, начиная свой путь. До замка дорога неблизкая, больше часа по ухабистым дорогам. По территориям семьи де Шаларгу проезжать было терпимо, но стоило пересечь границу, как начиналась настоящая пытка. Почему все так ратуют за новую аристократию? Потому что до конца не осознают, какой хаос начнется в стране. Многим невдомек, что старая аристократия отвечала за те земли, которые корона вверяла в их руки. Территории моей семьи процветали, и даже в такой глуши по столичным меркам мы весьма неплохо зарабатывали. Все жители этих мест были сыты, одеты и обуты, не жаловались на свою тяжелую долю и были счастливы. О других местах, особенно с новыми аристократами у власти, такого не скажешь. Там постепенно верх над процветанием брало запустение.

Закрыв глаза, я откинула голову на спинку кареты. Мягкая подушка из обшивки не позволяла мне биться о деревянный бок. Но даже так я чувствовала, как колеса перебирают по мелкой и неровной поверхности обычного тракта. Ехать по-королевски не решилась, мало ли что именно взбредет в голову тем, кто не желает видеть меня королевой. Таких, увы, тоже было в достатке. И пока мы вели игру с принцем, они постепенно делали свои шаги. Ресурсами они были обделены, да и подобраться ко мне непросто. Именно эти люди стали главной причиной моего заточения в стенах поместья за высокими заборами под магической охраной. Сурово, но зато надежно и эффективно.

Как только у них появлялся шанс избавиться от меня, нападение следовало незамедлительно. За десяток лет, начиная с момента первых пересудов о моей свадьбе, я чудом пережила два десятка покушений. Многие говорили о том, что это капля в море. Мол, на первую невесту Аугуса нападали по два раза на дню, пока в один прекрасный день одиннадцатилетняя графиня не умерла. По глупости, признаться честно. Но что было взять с родителей, которые получили титул за пару лет до рождения дочери? Они элементарно не знали правил безопасности и таскали несчастную по светским мероприятиям, что и немудрено — от заманчивых приглашений никто не смог бы отказаться. Невесту принца зарезали в подворотне, когда та с родителями возвращалась в столичный дом из театра. Печальная история, но леди Диктория запомнила урок и не выпускала меня без охраны.

Вот и получилось, что я жива, а та несчастная покоится в земле. Фамильного склепа ей было не суждено увидеть. Печальная и одновременно глупая история. Всем нам она послужила замечательным назиданием на будущее. Не хотите, чтобы ваши дочери отправились на тот свет раньше времени — избегайте ненужных общественных мероприятий. Что им стоило отказать актрисе в посещении невестой ее спектакля? Да ничего, та еще и в ноги должна была кланяться за ответ. В результате молоденькая оперная дамочка прославилась, а ребенок лег в гроб. Вот и вся ирония. Нет большей глупости, чем власть, к которой человек не готов.

Дорога начала меня убаюкивать, и я почти провалилась в сон, когда камни на одном из родовых ювелирных гарнитуров ярко вспыхнули. Рубины из алхимического ряда переливались так, словно в замкнутом пространстве кареты началось солнечное представление. Но нет, это всего лишь сработала наложенная моими предками защита. Распахнув глаза, я узрела ошарашенное лицо сопровождавшего меня офицера и небольшой черный агат на его ладони. Что он пытался сделать, я даже не бралась судить — в магии камней была не столь хороша, как в алхимии.

— Простите, герцогиня, — икнул побелевший Ладгаст. — Я не хотел нарушать ваш покой, этот камень должен был облегчить ваше состояние. Моя мама тоже больна, и агат помогает справляться с ее приступами. Вот и носим мы все по камешку для критического случая. Она не так хорошо себя контролирует во время припадков, как вы.

— Можешь не врать, — я прищурила глаза. — Будь это простой камень — рубины молча перенесли бы воздействие, только едва нагрелись бы, чтобы предупредить. А от твоего артефакта они взбесились, показывая едва ли не смертельную опасность. Советую сказать правду и не морочить мне голову. Я пережила достаточно покушений на свою жизнь, чтобы не умереть всего за пару часов до объявления о моей помолвке.

— Но это правда, — глаза парня невинно захлопали, смотря на меня с жалостью. — Отец дал нам с братом такие камни, и теперь каждый раз, когда мама порывается от него сбежать в панике, мы просто успокаиваем ее. Все воздействие сводится к нейтрализации ненужных человеку эмоций. Больше артефакт не несет в себе ничего постороннего. Так что вы ошибаетесь, он не опасен для здоровья.

— Дай сюда, — я протянула руку в требовательном жесте.

Ладгаст помедлил, но с неуверенностью все же протянул мне гладкий артефакт размером с крупную бусину. Поднеся к глазам камень, я направила энергию одного из собственных рубинов внутрь него. Передо мной должна была открыться матрица камня. Предки постарались на славу, каждая герцогиня таскала на себе целую подпольную систему по распознаванию и созиданию чар. Вот и пригодились старые карты из рукава. Все же некоторые фокусы никогда не утратят своей актуальности. А некоторые даже через тысячелетия не найдут замены.

Наконец система отвисла и выдала мне конечный результат. Ох, я даже залюбовалась, когда перед глазами повисла матрица с красными и зелеными переплетениями. И мне еще будет доказывать этот офицеришко, что не пытался навредить. Впрочем, если припомнить его слова, может и не догадывался о его опасности.

— Кто твоя мать? — отвлекшись от созерцания камня, я посмотрела парню в глаза.

— Баронесса де Фатас, — пробубнил Ладгаст, флегматично пожимая плечами.

— Демоны вас всех подери, — тихо прошипела я сквозь зубы.

— Что случилось? — кажется, он и вправду не понимал.

— Расскажи все, что ты знаешь о семье своей матери? — вздернув бровь, покрутила артефакт в пальцах.

— Отец пожалел ее и приютил, — печально протянул собеседник. — В то время семья матери проигралась, и дед выставил дочь на торги. Отец при поддержке короля смог ее выкупить и увезти к себе в