Ходячее недоразумение майора Попова - Кэти Свит

пострадавшим, оказываю помощь без промедления и разбора, перед глазами стоит лишь металл, стекло, покореженный пластик и человеческая боль. Я уже давно потерял Машу из вида, отслеживать ее нет ни единой возможности, все мое внимание сконцентрировано на тех, кто находится передо мной.

— Горит! Машина горит! — за спиной раздается истошный вопль, а следом люди начинают шушукаться.

Чувствуя неладное оглядываюсь и с ужасом вижу дымок, выползающий из-под капота. Раздается треск, на воздух прорываются язычки пламени. Медлить нельзя ни секунды.

Внутри все леденеет, кровь отливает от лица. Если рванет, то поляжем все… Слишком много машин, они стоят слишком близко.

Первое, что делаю, начинаю искать глазами Машу. Глупое желание перед смертью увидеть ее.

— Отойдите! — моя непревзойденная кричит и бежит к пылающей машине с огнетушителем наперевес.

Стоящий рядом мужик монтировкой открывает капот, бравая Елкина наводит баллон и пшикает, обильно заливая пеной огонь. Следом поспевают еще несколько людей, все с огнетушителями и тоже гасят.

— Все в порядке! Можете дальше оказывать помощь! — бодро объявляет Маша и… роняет пустой огнетушитель себе на ногу. — Ай-ай-ай! Ой-ой-ой!

Глава 42. Маша Елкина

— Больно, — говорю после тяжкого вздоха. Шмыгаю носом, пытаясь прогнать выступившие на глазах слезы. Обидно просто жуть.

— Радуйся, что не перелом, — подбадривает меня Антон. — Ты понимаешь, что могла раскрошить кость и сустав в крошку? Считай, отделалась легким испугом.

Опускаю глаза на свой распухший палец-страдалец и еще раз печально вздыхаю. В памяти снова всплывает испытанная мною ранее адская боль.

Не представляю как бы справилась с ней, не окажись Антон рядом. Он живо подхватил меня на руки, понес до ближайшей свободной улицы, остановил попутку и уговорил водителя поехать в травмпункт. Мне ни о чем тогда не думалось, я пыталась остаться в сознании, а ногу нестерпимо жгло.

— Я прописал вам мазь и лекарство, — говорит травматолог протягивая мне листок к назначением. — Несколько дней придется пропить обезболивающее и противовоспалительное, ногу не нагружать, палец не беспокоить. Если болевые симптомы будут усиливаться, то сразу же приезжайте к нам.

Слушая травматолога киваю как болванчик. Он дает рекомендации, объясняет необходимость каждого из прописанных препаратов, рассказывает на что обращать внимание, чего стоит опасаться, а чего, напротив, нужно ждать. Ничего не запоминаю из его слов. В одно ухо влетает, из другого вылетает и все тут.

Надеюсь, запомнит Попов.

— Будем соблюдать ваши рекомендации, — обещает Антон одаривая меня красноречивым, многозначительным взглядом, от которого становится совершенно не по себе.

— Уж постарайтесь, — косясь на меня с небольшим скепсисом произносит мужчина в белом халате.

— Я лично прослежу за выполнением каждой рекомендации, — заверяет Попов перед тем, как попрощаться с доктором. Забирает назначение, помогает одеться. Даже обувает меня сам.

— Спасибо, — тихонечко благодарю его.

Между нами уже нет былого напряжения, я даже испытываю некую неловкость, ведь Антон ведет себя словно ничего не случилось. Он даже не касается случайно подслушанного мною разговора, а ведь нам есть о чем поговорить.

— Поехали, — говорит помогая подняться с лавки, за что я ему бесконечно благодарна. Самостоятельно ходить пока не могу, даже после укола.

Поднимаюсь на ноги и мысленно готовлюсь добираться до такси полупрыжками, как Антон все снова делает по-своему. Одним резким умелым движением подхватывает меня и я взлетаю вверх, не успеваю моргнуть как оказываюсь прижата к крепкой мужской груди. Делаю вдох и в легкие проникает приятный запах.

До брошенной машины добираемся, когда уже разгребли ДТП. Удивительно, что так быстро справились, я думала будет дольше.

Не оставляя меня ни на мгновение одну, Антон помогает выбраться из салона такси, а после усаживает в свое авто.

Едва оказываюсь в кресле, так тут же пробирает мороз. На улице сильный минус, а слишком легко одета. Даже любезно предоставленные Антоном брюки с начесом меня не спасают, зуб на зуб не попадает.

— Куда мы едем? — спрашиваю оглядываясь по сторонам и понимая, что мой дом остался далеко позади. — Ты решил вывести меня в лес? — хихикаю нервно.

Чего только в голову не придет после увиденного… У меня перед глазами до сих пор стоит увиденный в ДТП ужас. Не представляю, как буду спать сегодня.

Настроение на нуле, нога люто болит, близость Антона вызывает мурашки на коже. Голова кругом идет от эмоций и переживаний.

Попов одаривает меня долгим (слишком долгим, если учесть, что мы мчим по трассе на скорости больше ста километров в час) взглядом и лукаво ухмыляется.

— Если бы все было так просто, — бросает как бы ненароком. — Ты же потом во сне будешь приходить до конца моих дней и навевать ужас.

— Уж не сомневайся! Я просто так от тебя не отстану, — заверяю игриво.

— Я заметил.

Переглядываемся, Антон дарит мне еще один свой многозначительный взгляд, от которого поджилки начинают трястись. Я вновь ощущаю себя нашкодившим котенком.

Атмосфера в машине моментально меняется, легкость в общении исчезает, словно ее никогда не было.

Некоторое время мы проводим в молчании. Антон не спешит его прерывать, а мне нужно время для размышления.

Я вновь и вновь возвращаюсь к случайно подслушанному разговору. Вспоминаю манеру общения, слова, оброненные фразы, затем вижу Антона на перроне, его решимость и уставший взгляд, помощь другим при аварии и испуг, написанный на лице в момент, когда он увидел меня около горящей машины.

Чем дольше думаю, тем сильнее убеждаюсь, что повела себя глупо. Нужно было не убегать и не засовывать голову в песок, словно страус, а подойти к Антону и напрямую потребовать ответов.

— Антон, — говорю набравшись храбрости. — Скажи, кто такая Ириска? — спрашиваю ощущая себя самой глупой на свете.

Он хмыкает и качает головой. Замедляет машину, поворачивает в сторону СНТ и продолжает путь. От волнения глаза ничего не разбирают на дороге.

— Тебе не кажется, что надо было сразу спросить? — остановив авто около высокого зеленого забора, разворачивается и смотрит на меня в упор. В его глазах бушует буря.

Молчу. Кусаю губы.

— Ну? — давит ожидая ответа.

— Кажется, — шепчу. Меня трясет.

Он не спешит продолжать разговор, трет переносицу и кладет руки на руль. Сигналит долго и громко.

Ворота распахиваются, на улицу выбегает маленькая девчушка, а следом за ней красивая брюнетка. Обе счастливо улыбаются и активно машут руками.

— Мама! Мамочка! Дядя Антон приехал! — не в силах устоять на месте и от того безостановочно прыгая верещит маленькая красавица. — Ура! Ура!

— Дядя? — выдыхаю начиная догадываться.

— Именно, — твердо произносит Попов. — Ириска моя сестра. А это, — показывает на девчушку. — Моя племянница. Мартышка-Малышка-Маришка.

Сердце пропускает удар.

— Вот это я дура! — сгорая со стыда