Ходячее недоразумение майора Попова - Кэти Свит

— Она быстрее запутается в собственном платье и первую брачную ночь вы проведете в травме, — хохочет друг.

— Вот чтобы этого не случилось, я буду рядом с женой, — авторитетно ему заявляю.

Покидаем зал держась за руки, меня чуть заносит, но Маша вовремя успевает поддержать.

— Прости, — поймав равновесие, целую ее в висок.

Любимая обхватывает меня обеими руками и счастливо хихикает.

— Не все же время тебе меня спасать, — выдает с лучезарной улыбкой.

Оценив обстановку, увожу ее в сторону, а после мы покидаем ресторан через служебный вход. Я только собираюсь поймать такси, как замечаю, что в нашу сторону быстрым шагом движется мужская фигура.

— Подвести? — из тени звучит голос бывшего мужа моей сестры, а после он сам выходит на свет и я окончательно убеждаюсь, что не ошибся.

— Сидр? — обалдевая смотрю на него. — Ты же должен был сидеть с дочерью дома, — не понимая прикола озираюсь по сторонам.

— Словно ты Мартышку не знаешь, — хмыкает он. — Она затребовала привезти ее к маме.

— И что? Привез? — интересуюсь с иронией в голосе.

— У меня не было выбора, — разводит руки в разные стороны.

— Вот прям таки и не было? — не могу его не подколоть.

— Появится у тебя дочь, посмотрим, — уверенно мне заявляет.

Обменявшись многозначительными взглядами, хмыкаем, а после одновременно слышим гомон и выходящую на крыльцо ресторана толпу.

— Кажется, нас заметили, — еле слышно пищит Маша и делает шаг ближе ко мне.

Но разве ее пышное белое платье скроешь за моей спиной? Оно выделяется даже при тусклом свете, а мы стоим под фонарем.

— Машина далеко? — спрашиваю у Сидорова, понимая отсутствие иных вариантов.

— Третья с среднем ряду, — отвечает стреляя глазами в сторону толпы. — Успеете?

— У нас нет выбора, — честно ему отвечаю.

Едва мы делаем шаг к парковке, как нас замечают. Друзья моментально считывают что к чему и принимаются кричать в спину, желая не допустить побега.

— Бежим! — командую подхватывая пищащую Машу на руки и со всех ног уносясь к ожидающей нас машине Игоря.

Прыгаем в салон, хлопает дверями и под громкий свист покрышек по асфальту срываемся с места.

— Мое платье! — горестно вздыхает Маша.

— Что с ним? — тут же поворачиваюсь к ней.

— Оно безнадежно испорчено, — показывает на порванную юбку.

Смотрю на ткань, затем на жену, а после… Притягиваю ее к своей груди и обнимаю крепко-крепко.

— Пусть это будет самая большая беда в нашей с тобой жизни!

— Пусть, — соглашается с ласковой, нежной улыбкой. — Любимый муж.

— Любимая жена.

Наш поцелуй случается сам по себе. Чувственный, нежный, желанный.

Добравшись до дома, благодарим Игоря за чудесное спасение и обещаем замолвить о нем слово перед моей сестрой. Игорян отличный мужик, у него просто работа тяжелая.

Оставшись вдвоем в тишине квартиры, снимаем с себя одежду, а после я нахожу на комоде конверт, открыв который мой мир переворачивается с ног на голову.

— Ты беременна? — находясь в полном шоке смотрю на жену.

— Ага, — с трудом сдерживая улыбку, кивает.

Смотрю на снимок, на живот любимой жены, потом снова на снимок, в памяти всплывают обрывки фраз, поиск безалкогольного шампанского для торжества и я срываюсь с места, подхватываю свою Машулю на руки, кружу по комнате.

— Спасибо, родная! Спасибо тебе! — благодарю ее на эмоциях. Я невероятно счастлив! — У нас будет самый лучший сын! Или дочь!

Маша хохочет, обвивает меня руками и утыкается носом в ложбинку у шеи.

— Не совсем так, — шепчет тихо.

— А как? — не понимаю что не так сказал. Мне ведь все равно кто у нас родится, что сыну, что дочке я буду одинаково рад.

Маша встает на ноги, смотрит на меня и со всей серьезностью спрашивает:

— Антош, как ты относишься к двойне?