Я – твое сердце - Валентина Торкья

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь сосредоточиться на том, что иду за Блю через ряд темных деревьев, образующих над головой туннель. Сюда не доходит свет луны и уличных фонарей.

Но здесь совсем не темно.

Я взвизгиваю, передразнивая девушек из группы, которую мы только что видели.

Мирт заливается радостным лаем.

Вокруг нас в теплом воздухе мерцают и качаются крошечные огоньки. Будто звезды, которых никогда не видно в небе над Миланом, спустились на землю, чтобы потанцевать вместе с нами.

– Светлячки! – только и могу выговорить я, чувствуя, как один светлячок касается моих пальцев.

Блю улыбается.

– Я знал, что тебе понравится мое особое место.

– Я думала, они бывают только в деревне или в снах.

– Так, может, мы спим? – говорит Блю, поднимая руки и приглашая меня на танец.

Я беру его за руку, и мы танцуем под аркой из деревьев, куда не доходит свет луны. Светлячки танцуют с нами в такт сверчкам, поющим в тени.

Я тихо смеюсь. Я боюсь, что, если скажу что-нибудь, все исчезнет.

Даже Мирт затаил дыхание. Он притаился где-то справа и смотрит на нас, высунув язык.

Глаза Блю сияют, а мое сердце колотится быстро-быстро, стараясь поспеть за нашими телами, которые то сближаются, то отдаляются, как морские волны.

Мое новое сердце уже испытывало что-то подобное в своей предыдущей жизни? Я – никогда, ни в какой жизни.

– Как будто мы среди звезд…

– Мы и есть звезды, – говорит Блю, продолжая танцевать. – Мы – звезды, горящие в черном небе.

Я запрокидываю голову, Блю держит меня за руки, и мы кружимся, пока все вокруг не превращается в сплошные яркие огни в кромешной тьме.

Немного кружится голова, и кровь стучит в венах.

Я жива. Жива?

Я оступаюсь, и мы с Блю чуть не падаем в журчащую где-то рядом воду.

Он подхватывает меня.

Я закрываю глаза и чувствую его дыхание на своих губах.

26

Нас разлучает звонок.

Блю достает телефон из кармана и отвечает, не сводя с меня глаз.

– Я не знаю… Может, заедешь за нами?

Смотря на Блю, я жестами спрашиваю: «Куда поедем?»

Блю корчит мне рожицу и не отвечает.

Я отворачиваюсь и сажусь на корточки рядом с Миртом. Пес раскрывает пасть, будто улыбается, и нежно лижет мне руку. В его карих глазах отражаются пляшущие огни светлячков. Он не издал ни единого звука, пока мы с Блю танцевали, будто не хотел разрушить чары.

Меня вдруг захлестывает такой прилив любви к этому маленькому созданию, что едва не разрывается сердце.

Я крепко прижимаю его к себе, и Мирт тихо скулит.

Я поворачиваюсь к Блю, который ходит взад и вперед.

Кажется, от того, что должно было случиться минуту назад, нас отделяет несколько световых лет.

Вибрации в сумке напоминают, что у меня тоже есть телефон. Я достаю его и просматриваю уведомления в аккаунте ХартСтоппера. У меня уже больше пяти тысяч подписчиков. Неплохо. Я пробую снять светлячков, но камера недостаточно мощная, чтобы передать свечение насекомых.

В этот раз не получится поделиться в сети прекрасными впечатлениями.

Обидно. Обидно?

Блю заканчивает разговор и возвращается ко мне.

– Это был Чико, – говорит он, проводя рукой по волосам. – Он живет тут недалеко, предлагает забрать нас и вместе поехать к Крису.

– Зачем? – спрашиваю я скучающим тоном. – Здесь так хорошо…

– Ну, не знаю, – фыркает Блю, – они позвали. Мне показалось, тебе с ними было весело в прошлый раз.

В прошлый раз – это когда я висела на дверце машины Криса. Мой первый трюк ХартСтоппера.

В голову ударяет адреналин.

Еще пару мгновений назад, когда меня обнимал Блю, казалось, что лучше не бывает. Мы вдвоем, как звезды в черном небе.

Но, может, с Чико и Крисом и вправду будет веселее.

– Пойдем, – говорю я, вставая и похлопывая Мирта, чтобы он тоже поторапливался.

Через несколько минут мы уже сидим в машине Чико и едем в сторону станции метро «Ромоло», где живет Крис. В машине жарко без кондиционера и жутко воняет.

Чико, кажется, идеально соответствует стереотипному образу южноамериканца: огромные динамики, установленные в самых неожиданных местах, и латиноамериканская музыка.

Но это только кажется: ведя машину, он говорит о работе. Он, оказывается, SMM-менеджер в небольшой компании, выпускающей модные бренды.

Понятно, почему он практически не выпускает из рук телефон.

Может, и мне заняться чем-нибудь подобным в будущем? В конце концов аккаунт ХартСтоппера развивается с бешеной скоростью. Интересно, что бы на это сказал Такэру?

Я проверяю переписку. Он так и не ответил на мою фотографию с Миртом. Может, понял, что я с Блю. Но какое ему до этого дело? Мне ведь нет дела до того, что с ним в больнице Белокурые Волосы.

И вообще, мы с ним просто друзья, так что плевать.

Когда мы подъезжаем к вокзалу «Ромоло», мне приходит в голову суперидея. Крис ждет нас на тротуаре и курит. Он протягивает нам сигарету. Блю делает затяжку, я нет.

Я смотрю на Блю и думаю. А мы подходим друг другу?

Никто не знает, как провести вечер. Предложения – одно хуже другого.

– Можно снять видео, – небрежно бросаю я, пытаясь удержать Мирта, который тянет меня за поводок к крошечному прямоугольнику газона.

– Будем снимать, как собака ссыт? – спрашивает Крис, глядя на Мирта, поднявшего в траве лапу.

– Нет. Будем снимать, как пытаемся не попасть под поезд, – говорю я.

– А ты девушка ничего, с характером! – усмехается Чико, уже снимая меня на телефон.

Мы оставили машину на парковке у вокзала, на большой заасфальтированной площадке, обнесенной невысокой стеной с выгоревшими на солнце граффити.

Вокзал. Жарким июльским вечером здесь практически никого нет, если не считать курьера с огромным рюкзаком и прислоненным к стене велосипедом. Наверное, возвращается домой после того, как несколько часов доставлял ужин миланцам, которые поленились донести свои задницы до ресторана.

За турникетами – перрон. У нас нет билетов. Для того, что мы хотим сделать, билеты не нужны.

Мирт, принюхиваясь, подходит к рюкзаку курьера. Тот с улыбкой наклоняется и гладит его.

Я вожусь с телефоном, пытаясь разобраться в расписании поездов.

Мы стоим на первом пути.

– В общем, как вы поняли, сегодня у нас классика, – говорит Чико, наведя на меня камеру. – Сейчас вы увидите, как наша ХартСтоппер исполнит один из самых известных трюков в мире.

– И один из самых тупых, – мрачно добавляет Блю.

Я пропускаю его комментарий мимо ушей и продолжаю искать, пока