Не убей меня, злодей! Я тебе ещё пригожусь - Инна Бабушкина

подобное блюдо могло бы подойти для фуршета перед основным приемом пищи. Но твое пожатие плечами несколько меня... смутило. Также прошлым вечером, прежде чем расстаться, я оценил новые шторы в холле, отмечая их молочный оттенок…

- Это было предложение для ткани на платье? - робко уточнила я, пытаясь уловить одному лишь герцогу подвластную логику.

- Для скатертей, - пробормотал с легкой обидой в голосе.

Ну да, это же так очевидно.

Я чуть не расхохоталась, заметив озадаченность на его лице, но с трудом сумела сдержаться.

- Может постараемся обсуждать подобное… более открыто?

Он напрягся, будто я предложила что-то совсем неприличное, а затем осторожно поведал:

- Я не хотел тебя смущать, - удивленно вскинула брови. - Ведь где свадьба, там и… ночь.

- Брачная? - и глазом не моргнула. Лишь обворожительно улыбнулась, наслаждаясь робостью и осторожностью жениха. - Мы ведь ночевали уже вместе в деревне. И вроде бы сознание от смущения я не потеряла, - подразнила мужчину, от чего он побелел, нерешительно выдавливая:

- Но в нашу ночь… мы будем не спать, - прохрипел, затем стремительно и громко прочистил горло, не решаясь говорить откровенней, потому я подавила смешок в кулаке и мягко заверила:

- Я достаточно стара, чтобы наслушаться рассказов от горничных - я знаю, чем мы будем заниматься после свадьбы, - ласково огладила мужчину и потянулась к его щеке, оставляя почти невесомый поцелуй. - Пожалуйста, давай будем честны друг с другом.

- Хорошо, - кажется, согласился он лишь по наитию, и все же позже пришел в себя. - Отправимся на ярмарку после обеда?

- Я буду счастлива.

* * *

- Что-то не так? - чуть сонно пробормотала, буквально почувствовав, как мужчина напрягся.

Секунда - и мужчина прижал меня к себе ещё сильнее, закутав в свой плащ так, словно закрывал от внешнего мира.

Выехать мы решили перед ужином, и все же сумерки уже успели опуститься на дорогу. Однако лунный свет щедро падал с небосвода на дорогу, отражаясь от снежного одеяла так ярко, что все вокруг едва ли не сияло. Потому дополнительное освещение не требовалось - мы видели пространство на далекие километры вперед.

- Кто-то приближается, - коротко бросил и.… вручил мне поводья.

Пальцы мгновенно заледенели. От страха или ветра - десятый вопрос. Важнее, что Торвин потянулся к рукояти меча, негласно готовясь к бою.

Я испуганно всмотрелась в дорогу, надеясь рассмотреть засаду, но, кажется, впереди не было ни души. Неужели наложили какой-нибудь невидимый полог?

- С другой стороны, - подсказал, и я неуверенно повернула голову в сторону дворца, откуда мы только успели выехать. И в самом деле - темный силуэт проворно нагонял нашу пару.

Нахмурилась, недоумевая, отчего герцог так подобрался. Дорога вокруг дворца хорошо охраняется - это попросту не могли быть разбойники или наемники.

- Может, кому-то приспичило отправиться в деревню, - неуверенно бросила, а после продолжительного молчания просто доверительно прижалась к герцогу. Я не сомневалась в мужчине ни на секунду - просто надеялась не помешать ему, чтобы избежать классической сцены с лечением после стычки.

На самом деле от вида крови меня всегда немного мутило, да и жениха хотелось бы видеть целым - без кровавых порезов, синяков и дырок в теле.

И вот мы остановились и развернулись, готовые встречать злодея. Я почувствовала, что мужчина вздрогнул в один момент, словно разглядел незнакомца, и подтянулся. Ой не к добру это! Совсем не к добру…

- Как Вы смеете? - наш конь поднялся на дыбы от резкого вскрика, потому я испуганно прильнула к жениху. И слишком запоздало узнала голос:

- Граф? - неуверенно выдавила и подняла глаза на… родителя.

Он выехал вперед: мрачный, как сама буря, со взглядом, в котором не было ничего, кроме ярости. Даже снег, казалось, таял под копытами его жеребца...

- Какого черта графиня находится в таком положении? - голос его был полон искреннего возмущения, а я наконец позволила себе засмущаться.

Пусть и не должна была - он мне никто, и я обручена с герцогом. И все же отцовское волнение, и скованность жениха сделали свое дело - я смущенно оторвала руки от мужской груди и чуть выпрямила спину, чтобы создать видимость расстояния между телами.

- Так я сумею обеспечить ей куда большую безопасность, - твердо и спокойно - даже слишком - заявил Торвин, а я почувствовала укол вины. Ему совсем не было надобности оправдываться, тем более я видела, как взвился граф на столь абсурдное высказывание.

А мне не хотелось овдоветь раньше времени, потому я поспешила спасти ситуацию:

- Простите, Ваша Милость, это я настояла на том, чтобы ехать на одной лошади, - бросила быстрее, чем поняла, что слова мои звучали достаточно… жалко? Нереалистично? - Я боялась упасть…

- Ты отличная наездница, - холодно отрезал отец, на что я возразить уж не могла.

Может его дочь в самом деле отлично владеет собой верхом, а мне спокойней было на ручках могучего воина. Особенно, когда его касания пронизаны такой нежностью и осторожностью, что мне оставалось только ластиться и таять в объятьях.

- Я не знаю, с чего Вы взяли, будто я позволю Вам водить мою дочь за нос, но такого непотребства не потерплю!

Ощущение, будто меня отчитывают за поцелуй с мальчиком в средней школе, не покидало. В самом деле ситуация сложилась довольно пикантная, и сказать, будто мы взрослые люди… я неженатая леди. Все действия в мою сторону в самом деле могли расцениваться только лишь как совращение.

- Мы обручены, - напомнил герцог, однако же возвращать меня на пригретое местечко к торсу не спешил. Как и отдавать отцу, что поравнялся с нами. Для верности я вцепилась в руку жениха.

- Вернешься во дворец со мной, - властно заявил и потянулся ко мне. Воспользовавшись вверенным мне поводом - не буду врать, будто по назначению (судя по тому, как жеребец всхрапнул, поведение мое можно было бы назвать прямо противоположным) - заставила коня попятиться, ускользая от гневной хватки. - Андреаса!

- Отец, - уважительно кивнула и вцепилась в герцога сильнее, обозначая желанного спутника. - С какой целью Вы нас искали? - внезапно озадачилась.

Признаю, ему удалось застать нас врасплох, но теперь и я, и жених пришли в себя от его внезапного появления… которого вовсе не должно было случиться. Граф не высказывал желания вовсе посещать ярмарку, назвав забаву "подростковой придурью". А никаких прочих