Предатель. Оклеветанная Жена. Книга 2 - Алиса Лаврова

— Лейла, что с тобой?! — Рольф пытается удержать меня, в его голосе звенит ужас.

— Змей… — хриплю я. — вернулся…

—Что за змей?

Розовые узоры расползаются по шее и плечам, их свет пробивается сквозь ткань одежды. Вибрация, пронизывающая тело, становится невыносимой, грозя вырвать душу. Змей разгорячен, но ярость его холодна и кристально ясна.

— Скверна, — рокочет голос в моей голове, и в нем гудит древний, как горы, гнев. — Тысячи лет мы истребляли ее, и вот она снова пробуждается в этом мире.

— Что происходит, Лейла? — Рольф трясет меня, но его голос тонет в реве силы.

— Я погасил черный свет, — с ледяным удовлетворением сообщает Змей. — И запомни, дитя: никогда не приближайся к подобному. Скверна высасывает души, оставляя лишь пустые оболочки. Вы оба едва не стали ее пищей.

Слезы облегчения текут по щекам. Он жив. Он здесь.

— Я думала, ты погиб…

— Мое предназначение — борьба со скверной. Но твое безрассудство едва не погубило нас обоих.

— Рольф спас меня, — выдыхаю я.

— Жаль, что теперь придется от него избавиться, он видел слишком много. Он видел меня.

Кровь стынет в жилах.

— Нет, пожалуйста… — шепчу я, с ужасом глядя в глаза Рольфу. Он отступает на шаг, словно почувствовав невидимую угрозу.

Из моего тела медленно исторгается шипящий жгут энергии, принимая форму мерцающей ленты. Каждое ее движение выверено, смертоносно и безжалостно.

— Нет! — кричу я, тщетно пытаясь удержать ее внутри.

— Он должен умереть, — спокойно констатирует Змей. — Не из жестокости — из необходимости. Рассказав о тебе, он обречет тебя на поимку. А мне придется искать нового носителя, столь же одаренного, как ты, что в этом проклятом месте почти невозможно. Выживание требует жертв. Его сильная душа послужит тебе пищей и наполнит меня силой. Подумай сама.

Рольф видит мое искаженное ужасом лицо. Он не слышит Змея, но понимает: сейчас произойдет нечто страшное. Он медленно расправляет плечи.

— Если собрался меня убить, — хрипло бросает он мерцающей ленте, — то знай: я не сдамся без боя.

— Храбрый, — почти одобрительно рокочет Змей. — Редкое качество. Но оно не изменит исхода.

— Прошу тебя! — Я падаю на колени. — Ему можно доверять! Он спас меня, он не предаст!

— Доверие — непозволительная роскошь, — отрезает Змей, и розовая лента вздымается, готовясь к удару.

Рольф видит мои мольбы, видит, как светящаяся смерть готовится нанести удар. Он не дрожит, не бежит. Он просто готовится встретить ее лицом к лицу, перехватывая кирку обеими руками.

И тогда, поняв, что мольбы бесполезны, я делаю единственное, что мне остается.

Я хватаю с земли острый осколок камня и прижимаю к своему горлу. Край впивается в кожу, выступает алая капля.

— Если ты убьешь его, — голос звучит твердо, как сталь, — я убью себя. В эту же секунду.

Змей замирает. Розовое свечение тревожно мерцает.

— Что?! — ревет он. — Ты обезумела? Ты не сделаешь этого.

— Проверь, — отвечаю я, нажимая сильнее. По шее стекает тонкая струйка крови.

— Лейла, нет! — Рольф бросает кирку и делает шаг ко мне. — Не смей! Что бы ни случилось, это того не стоит!

— Молчи! — рычу я, не сводя взгляда со Змея.

Лента света медленно опускается, и в голосе ее хозяина впервые слышится неуверенность.

— Ты… не посмеешь. Ты слишком ценишь жизнь.

— Я ценю правильные вещи. И правильно — защитить того, кто рискнул всем ради меня.

Тишина натягивается до предела. Я чувствую, как Змей борется с собой, взвешивая варианты. Наконец он издает звук, похожий на рычание загнанного в угол зверя.

— Проклятье! — взрывается он. — Проклятье на твою человечность! Хорошо! Будет по-твоему. Есть другой способ.

Я медленно убираю осколок, не веря своему счастью. Но не успеваю выдохнуть с облегчением, как розовая лента срывается с места и обрушивается на Рольфа. Он не успевает даже вскрикнуть — его тело выгибается дугой под ударом невидимой силы, и он с хрустом падает на камни.

— НЕТ! — кричу я, осознавая, что меня обманули. — Ты солгал!

Змей не отвечает. Он снова и снова бьет Рольфа жгутом света. Тело мужчины бьется в конвульсиях, пальцы до крови царапают камни, из уголка его рта течет кровь, но он не издает ни звука. Он лишь смотрит на меня, и в его глазах гаснет жизнь.

Розовый свет вспыхивает в последний раз и втягивается обратно в мою шею. Рольф обмякает и падает ничком. Под его головой мгновенно растекается темная лужа.

— Рольф? — шепчу я, подползая к нему.

Бросаюсь к телу, из последних сил переворачиваю. Лицо мертвенно-бледное, губы синие, глаза безжизненно смотрят в потолок.

— Ты убил его… — шепчу я, качая головой. — Убил…

— Смерть - это лишь начало.

— Он не дышит! — кричу я, прижимаясь ухом к его груди. Тишина. Сердце не бьется. Ничего. — Ты обещал…

Слезы капают на его холодное, как мрамор, лицо.

И в это мгновение Рольф делает резкий, судорожный вдох, словно всплывая из бездны. Его грудь вздымается, веки дрожат и медленно открываются. Взгляд мутный, потерянный, но живой.

— Лей… ла… — выдыхает он.

— Ты жив… — рыдаю я от облегчения.

Он медленно садится, и я вижу у него на груди, прямо над сердцем, сложный узор из розовых линий. Метка пульсирует мягким светом в такт его новому, сильному сердцебиению.

— Что это? — шепчу я, не веря своим глазам.

— Древний способ, — холодно поясняет Змей в моей голове. — Кровная клятва. Я проверил его душу. Каждое воспоминание, каждый помысел. Он и правда был готов умереть за тебя. Его верность оказалась чиста.

Я смотрю то на метку, то на измученное лицо Рольфа, и смысл произошедшего начинает до меня доходить.

— Это была… проверка?

— Это была печать, — поправляет Змей. — Теперь его жизнь принадлежит тебе. Предательство убьет его на месте.

— Что… со мной случилось? — хрипло спрашивает Рольф, глядя на свою грудь.

— Ты умер и родился заново, — отвечаю я, все еще не в силах осознать произошедшее.

— И запомни, дитя, — добавляет Змей, и его голос становится холоднее камня. — Никогда больше не