Я слежу за тобой. Не бойся. - Олли Серж

— Разберемся, я сказал!

Когда выхожу из душа, нанеся макияж и уложив волосы тщательнее, чем обычно, на кухне меня поджидают просто умопомрачительные запахи.

Затягиваю туже халат и останавливаюсь в дверях.

— Ешь, как говорю, — строго смотрит на Вику Сизов. — Отламываешь хлеб, кладёшь масло, отправляешь это в рот и заедаешь ложкой икры. Ну…

— Господи… — стонет подруга. — Дожила почти до тридцатника, чтобы икру черную попробовать.

— Вкусно?

— Безумно!

Дергаю бровью и замечаю, что несчастную кашу ест сам Сизов. Сын же уплетает йогурт с какой-то булкой и второй рукой отправляет в рот мясную нарезку.

— Что здесь происходит? — Спрашиваю строго. — Макар?! Нам вообще-то нужно через десять минут выходить. А у вас тут пир…

— Садись за стол и спокойно поешь, — давяще говорит мне он.

— Спасибо, я только кофе… Иначе, мы опоздаем.

— Мы и опоздаем, — кивает Сизов. — Написать заявление об увольнении можно в любой момент.

— Макар, так не делается! У меня же дети там! Скоро каникулы, контрольные. Они и так кучу всего пропустили из-за меня!

— Перевожу с женского, — бубнит с набитым ртом Вика. — Мне страшно увольняться. Делать я этого не буду. Спроси меня почему.

— Вика!

— Что? — Облизывает эта предательница с губ икру.

Нет, серьезно?! За еду снова перекочевала в фанатки Сизова?

— Поешь и мы поговорим, — смотрит на меня Макар.

Только чтобы не впутывать во взрослые разговоры сына, я послушно сажусь за стол.

Время для разговора наедине у нас с Макаром случаются только по дороге от сада до школы.

— Ну, начинай, — посмеивается он. — Давно мы не выясняли отношения.

— Перестань! — Я мгновенно завожусь праведным гневом. — Или ты считаешь, что у меня нет повода на сомнения?

— Мы об этом уже говорили, Марина, — вздыхает Макар. — Да, я прошу твоего доверия авансом, но и делаю для этого не мало! В конце концов, ты строишь отношения не со студентом!

— Ты считаешь это так просто? Щелкнул пальцами и пренебрег всеми мыслями, доводами, вчерашним днем, твоими выходками, нервами, чувствами?! Да я только начинаю вспоминать, голова идет кругом!

— Ну и дальше что? Какой смысл в эмоциях? Да, мы с тобой не самая простая пара. Так сложилось. У нас события не измеряются купленными телевизором и холодильником. Но я стремлюсь к тому, чтобы наша жизнь стала максимально скучной! Я стараюсь!

Судорожно выдыхаю.

— Ты не позвонил вчера. Я волновалась. И ещё постоянно думаю о Маше. Если уйду из школы, то в интернате тоже преподавать не смогу...

— Я пообещал, что все решу до субботы.

— Макар! Как ты не понимаешь?

— Я все прекрасно понимаю. Даже больше, чем ты можешь сказать своими трепыхпниями. И прошу у тебя прощения, что начало такое… — играет пальцами в воздухе, подыскивая слово, — некрасивое и невнятное. А также более чем оценил порыв забрать мою дочь.

— Посему ты не забрал ее силой? Где все твои связи и возможности?

— Это не тот случай. Если бы я так сделал, то завтра же нам бы пришлось покинуть страну. А у твоей мамы только починили котел.

— О Господи! Как тогда ты собираешься забрать Машу до субботы?

— Обязательно расскажу, но чуть позже…

Сизов резко заезжает на парковку школы и нагло подрезает большую серую машину.

Мое окно равняется с водительским и в нем я неожиданно вижу Виолетту Семеновну…

Разъяренную, как тысяча чертей. Я прям вижу, как ее нарисованные тату-мастером брови улетают вверх под начес с шиньоном.

— Вот блин! — Шепчу. — Теперь мне точно конец…

— Это кто? — Спрашивает Макар.

— Директрисса… — говорю убито.

— Отлично, — хмыкает Сизов. — Вот и познакомимся.

Виолетта вылетает из машины первой и, как в немом кино начинает что-то кричать, размахивая зеленой папкой.

Макар отстегивает ремень безопасности и выходит из машины к ней на встречу.

Я вся превращаюсь в слух, но звук не проходит. Зато мне очень хорошо видно, как меняется лицо директрисы. От перекошено-воинственного до бледного и подобострастного.

Вернувшись в свой автомобиль, она быстро уезжает куда-то в ближайшие дворы. Там у нас паркуются те, кому не хватило мест.

Макар распахивает мне дверь.

— Что ты ей сказал? — Смотрю в след серому автомобилю.

— Сказал, что Цветкову и Фурцеву давно хочется поменять в вашей школе директора. Помоложе, с педагогической новизной. И любой скандал сыграет им только на руку. А скандал я организую.

— Да ты что?! Пугал ее заведующим отдела образования? Она теперь точно не напишет мне нормальной характеристики для суда…

— Наплевать. Не думаю, что твой муж со всеми его долгами будет хоть как-то претендовать на сына. А через год без алиментов, мы лишим его родительских прав.

— Тебе не кажется это слишком жестоким?

— Думаешь? — Хмыкает Сизов. — Ну может быть, тогда стоит ещё и гулять с ним по субботам? А на воскресенье отдавать Мишку?

— Перестань!

— А ты заканчивай нести чушь. Ты во сколько сегодня заканчиваешь?

— Как решу все вопросы с увольнением. Да и две недели отработки мне никто не простит. Значит — уроки до пяти.

— Больничный? Кажется, раньше так все делали.

— Нет. Дети не виноваты в том, что у их учительницы случилась бурная личная жизнь.

— Тогда, напиши. Я заеду. Потом за Мишкой и ко мне.

— Хорошо, спасибо, — засмущавшись от пристального взгляда Макара, опускаю глаза. — Я пойду, спасибо…

— Ты очень красивая, — говорит он вдруг тихо. Подхватывает меня сзади за затылок и на несколько секунд сталкивает наши губы в поцелуе. — Я для вас все сделаю, запомни.

Как же я стараюсь!

Понимая, что мимо машины могут идти коллеги и дети, быстро целую Макара в щеку и сбегаю из машины.

Уже на пороге школы я неожиданно снова сталкиваюсь с директрисой. Придерживаю ей дверь.

— Марина Ивановна, задержитесь, — бросает она мне в след, догоняя.

Я, ожидая чего-то неприятного, вся сжимаюсь и оборачиваюсь, пересиливая желание сбежать.

— Вы что-то хотели сказать?

— А вот этот ваш кавалер, — делает она многозначительную интонацию, — может нам забор починить? Нужно заварить все дырки, что дети понаделали.

Удивленно распахиваю глаза.

— Эээм, я не знаю. Но даже если и может, то какой ему смысл?

— А смысл, милая Марина Ивановна, прост. С какой записью в трудовой вы из нашей школы выйдете. Понимаете? Меня то можно запугать, а вот остальных…

Пожимаю плечами.

— У меня нет такой задачи кого-то запугать. А про забор я спрошу.

— Спросите, спросите…

Уходит вперед, стуча каблуками.

Я смотрю директрисе в след с неким даже восхищением. Вот это, конечно, хватка. Ну просто находу найти свою выгоду.

— Коршунов! — Вдруг вижу своих девятиклассников. — Почему не на уроке?

— Так вы же не пришли.

— Я пришла! Быстро в кабинет!