Я слежу за тобой. Не бойся. - Олли Серж

Марина вдруг выкручивается из моих рук и выбегает в коридор. Не оценив ее маневра, иду следом, уже готовый зарычать.

— Алло! Да, мам! Не кричи ты… — слышу из-за угла.

Останавливаюсь и смотрю, как покрывается красными пятнами лицо моей женщины.

— Мам, я сейчас все объясню!

Складываю руки на груди, слыша крик из динамика. Да ладно! Ты до сих пор не сказала матери, что решила развестись? А с кем ты тогда собиралась ехать в субботу? Чтобы женщину удар хватил? Новый мужик, новый ребенок…

— Да, мам, мы с Валерием больше не живем вместе.

Глава 46

Марина

Под внимательным взглядом Макара мне стыдно ещё сильнее.

Потому что одно дело познакомить маму с хорошим другом, а совершенно другое дело — со своим мужчиной, будучи ещё замужем за другим.

Как я собиралась пережить субботу? О, со всеми последними событиями в моей жизни, меня это волновало меньше всего. Хотя бы по той простой причине, что мама — это мама. Она покричит и все поймёт.

Нет, я конечно, ей намекнула, что пока гощу с сыном у подруги, потому что отношения с мужем и свекрами пошли под откос, но рассказать всю правду так и не собралась.

Она бы перестала спать ночами, начала бы беспокоиться, думать, пытаться помирить нас с Валерием…

Вот прямо как сейчас!

— Мам! Я не понимаю, зачем ты вообще решила позвонить родителям Валеры?!

— Ну как зачем? У Инги же день рождения. Что мы? Чужие разве? Надо поздравить было человека…

Качаю головой. Точно! Я совсем про юбилей свекрови забыла! Представляю, какой там на сборище родни теперь стоит хай! А что наговорил Валера…

— Я не понимаю, за что ты так со мной? — Причитает мать. — Разве я хоть раз была не на твоей стороне? Разве чем-то обидела, что ты ко мне не пришла? С ребенком непонятно где…

— Мамочка… — жалобно вставляю, не зная, как оправляться.

Вдруг Макар подходит ко мне и просто отбирает телефон.

— Ты что делаешь? — Отмахиваюсь руками, но он уже говорит…

— Алло, здравствуйте, Дарья Тимофеевна….

Он что? И имя мамы помнит?

— Меня зовут Макар. И теперь я буду нести ответственность за вашу дочь и внука.

Закрываю лицо ладонями. Ну все. Дарье Тимофеевне уже пора вызывать скорую?

Но совершенно неожиданно, проговорив пятнадцать минут, мама и Макар заканчивают разговор на достаточно положительной ноте.

И ещё какой положительной!

— Я прошу вас, только ничего не готовьте! Мы все привезем. Хлеб из печи? Очень люблю. Вот это замечательно. Договорились.

Сбрасывает звонок и протягивает мне телефон обратно.

— Нету у тебя больше пути назад, если ты поэтому ничего про меня матери не говорила.

— Макар! Я не поэтому…

— Марина, — он строго смотрит на меня. — Сейчас самое время подойти и просто поцеловать меня. Иначе я взорвусь нахрен!

Испытывая острое чувство благодарности к Макару за терпение, я подхожу и крепко, на сколько могу, прижимаюсь к его груди. Вдыхаю запах сигарет с одеколоном и веду губами по колючей линии челюсти.

— Ты — самый замечательный. Самый-самый…

И это правда! Лучше — я просто не знаю!

Внутри меня все трепещет. И хочется снова поплакать, только теперь уже от облегчения. Так ведь и привыкнуть можно. Чуть что — сразу проситься на ручки и ничего самой не решать.

Сизов обнимает меня в ответ и бережно разбирает на затылке мои слипшиеся от воды пряди волос.

Расслабляется, сжимая меня со стоном крепче.

Мне кажется, что так может делать только действительно очень любящий человек. Это так лично…

Чуть отстранившись и заглянув Сизову в глаза, я сама его целую, вложив все, что чувствую.

— Марина, что же ты со мной делаешь, — шипит Макар и, подхватив под бедра, прижимает меня к стене.

Позволяет соскользнуть вниз по своему телу и сдергивает с моих плеч халат.

Горячие губы хаотично покрываю касаниями шею, плечи…

Я с тихим стоном сжимаю бедра, потому что тело реагирует на ласки этого мужчины мгновенно!

Сизов закидывает мою ногу к себе на бедро и, сдвинув в сторону трусики в сторону просто и бесцеремонно врывается в меня пальцами.

— Соскучилась, — мурчит довольно. — Выбирай… в спальне или прямо здесь?

— В спальне, — отвечаю, хватая ртом воздух. — Миша может выйти…

— Ты права, — хрипит Макар, но свои пальцы не убирает, заставляя меня стонать себе в рот и вжиматься в стену, чтобы хоть как-то держаться на дрожащих коленях.

И за секунду до того, как меня должно накрыть желанной волной удовольствия, вдруг убирает руки и поправляет мой халат.

— Быстро в кровать, — говорит хитрым голосом в ушко.

Разворачивает от себя и придает мне ускорения в сторону спальни ощутимым шлепком по попе.

— За что? — Дергаюсь возмущенно. Это не больно, а скорее, слишком уж собственнически.

— Я тебе сейчас в постели все объясню, — пьяно смотрит на мою грудь Сизов.

По моим рукам и спине бегут мурашки предвкушения, а в трусиках становится так мокро и горячо, что кажется, если коснуться меня там, то я мгновенно…

И вспоминая, как это невероятно приятно чувствовать Макара внутри, я почти бегу в постель.

Кошмар, Марина! Ты то сомневаешься в отношениях, то готова лечь под мужика по первому зову! Заводишься с пол оборота!

Да не сомневаюсь я! Просто между нами все очень сложно, но чувства никуда не испаряются… И мне впервые хочется сказать об этом Сизову!

Упав на постель, мы на несколько секунд зависаем, глядя друг другу в глаза. Мне нравится то, что я вижу у Макара. Там страсть и какая-то мальчишеская восторженность. Тягучая, ревнивая, жадная.

— Я люблю тебя… — шепчу, едва слышно. — Ты мне очень нужен. Не думай иначе, пожалуйста!

Макар вжимается в мой лоб своим.

— Спасибо. Хотя, у тебя, в общем-то, и выбора не было… — добавляет самодовольно.

За что тут же получает от меня несколько ударов ладонями по плечам.

— Ты! Знаешь кто…

Запечатывает мне рот поцелуем и очень медленно, просто мучительно медленно входит в меня, заставляя забыть обо всем. Особенно о том, чем я вообще-то была возмущена.

Глава 47

Марина

Хоть утром Макар выглядел скорее возбужденным, чем подавленным, я все равно едва досиживаю уроки в школе.

Мои мысли, сердце — все находится сейчас в интернате рядом с маленькой девочкой. Как она там? И мне немного претит, что мы без нее уже живем маленькой семьей. Позволяем себе улыбаться, развлекаться, любить друг друга…

Я слишком много на себя беру? Нет. Просто я —