Порочный наследник - М. Джеймс

не можем вечно держать наши отношения в секрете, и Ронан заслуживает того, чтобы знать, что происходит в моей жизни. Даже если он не будет в восторге от этого. Всё, что мне нужно сделать, это объяснить ему, почему это хорошая идея. Он согласится, я уверена. Это будет хороший шаг для наших семей. А Десмонд красив. На бумаге мы идеально подходим друг другу. Он хочет меня. Что в этом может быть плохого?

— Сначала он будет не в восторге, — предупреждаю я. — Ему никогда особо не нравилась твоя семья, а после того, что случилось с Шивон...

— Именно поэтому мы должны ему рассказать, — настаивает Десмонд и тянется через стол, чтобы взять меня за руку. — Я не моя сестра, Энни. Я совсем на неё не похож. Мы с Ронаном просто не поладили, потому что они никогда не ладили. Но он никогда этого не поймёт, если мы будем прятаться.

Его пальцы тёплые, они крепко и уверенно сжимают мои. Может быть, он прав. Может быть, пора перестать позволять прошлому диктовать нам будущее.

— Ладно, скоро, — обещаю я. — Я просто хочу, побыть только вдвоём ещё немного. Я обещаю, что нам не придётся долго хранить это в секрете.

Десмонд хмурится.

— Как долго?

— Ещё одно-два свидания, — быстро говорю я. — Потом я сначала поговорю с Ронаном. Предложу ему эту идею и посмотрю, как он отреагирует. Может быть, через несколько недель мы сможем сделать это официально.

Десмонд не выглядит довольным, но в конце концов он кивает, как раз когда нам приносят десерт.

— Хорошо, — уступает он. — Ещё несколько недель.

К тому времени, как мы заканчиваем десерт, мы уже прикончили бутылку вина. От выпитого я чувствую себя раскрепощённой и смелой, готовой ко всему, что будет дальше.

— В «Рояль»? — Спрашивает Десмонд, когда мы выходим из ресторана, и я киваю, чувствуя себя более смелой, чем когда-либо за последнее время.

— Веди.

Леон останавливает меня прямо у входа в ресторан.

— Я не уверен, что ночной клуб — это хорошая идея... — начинает он, и я вижу, как Десмонд делает шаг вперёд, поджав губы.

— Она со мной, — решительно заявляет он, свирепо глядя на начальника моей охраны. — Я могу обеспечить её безопасность не хуже вас.

— При всём моём уважении, мистер Коннелли, её брат платит мне за то, чтобы я обеспечивал её безопасность. И я собираюсь это сделать. — Леон смотрит на меня. — Нескольким мужчинам трудно обеспечить твою безопасность в таком месте, Энни. Если ты хочешь уйти, может, мне стоит...

— Всё в порядке, Леон. — Я делаю вдох, пытаясь прогнать лёгкую винную дымку. — Со мной всё будет в порядке. Пойдём, присмотришь за мной, но никто за мной не придёт. Я могу пойти потанцевать.

Леону явно не по себе, но через мгновение он кивает.

— Мы всё там обыщем, когда войдём, — говорит он. — Я не хочу рисковать твоей безопасностью, Энни.

Десмонд кладёт руку мне на поясницу и ведёт к ожидающей нас машине.

— Я повезу её, — бросает он через плечо Леону, открывает передо мной дверь и заталкивает меня внутрь, прежде чем я успеваю передумать.

Ночной клуб представляет собой нечто среднее между танцполом и лаунж-зоной, где обслуживание стоит баснословных денег. Десмонд ведёт меня в VIP-зону, просит официантку принести нам Cristal и, обняв меня за талию, притягивает к себе. Я чувствую, как тепло его тела проникает сквозь шёлк моего платья, а его крепкие мышцы сжимают меня. Я не знаю, что заставляет моё сердце биться чаще — возбуждение или страх, но, возможно, это одно и то же, не так ли?

Может быть, мне нужен мужчина, который будет настаивать. Который заставит меня задуматься о моих границах. Может быть, тогда я перестану обо всём беспокоиться.

Музыка громкая и гипнотическая, басы отдаются в полу и проникают в самое нутро. Шампанское приносят быстро, и Десмонд протягивает мне бокал, не сводя глаз с моих губ, пока я делаю глоток.

Он наклоняется, прижимает большой палец к моей нижней губе и целует меня, слизывая капли шампанского с моих губ. Желание бурлит в моей крови вместе с алкоголем, и я чувствую, как по спине пробегает дрожь, когда он опрокидывает в себя шампанское и протягивает мне руку, поднимая меня со стула, пока мой бокал ещё наполовину полон.

— Пойдём потанцуем, — говорит он низким и грубым голосом, и это не просьба.

Что-то внутри меня противится тому, что он указывает мне, что делать, но он уже уводит меня. Я опрокидываю в себя бокал шампанского, чувствуя, как меня накрывает волна чего-то похожего на опьянение, и иду с ним.

Девушка, которой я была всю свою жизнь: прилежная, трудолюбивая, внимательная к тому, как я одеваюсь, с кем разговариваю и каких мужчин подпускаю к себе, не сделала меня счастливой. Не совсем. Я люблю свою работу и свою семью, но мне хочется чего-то большего, чего-то своего. Романтики. Секса. Мужа. Может быть, даже собственную семья. Я чувствую, что упускаю то, что каждая другая женщина моего возраста испытала в свои двадцать с небольшим, и мне это надоело.

Я хочу знать, каково это — быть желанной. Быть востребованной. Быть оттраханной. Я хочу почувствовать то, чего мне так не хватало всё это время.

Десмонд ведёт меня сквозь толпу, собственнически положив руку мне на поясницу. Танцпол забит до отказа, тела извиваются в тусклом свете, воздух пропитан потом и смесью запахов одеколона и духов, а по комнате волнами расходится сексуальное напряжение. Десмонд тащит меня в толпу, его руки тут же находят мои бёдра, и мы начинаем двигаться в такт тяжёлой музыке. Музыка первобытная и соблазнительная, и я чувствую, как она пробуждает во мне что-то, чему способствует алкоголь. Обычно я так не танцую, но я попадаю в ритм, и Десмонд прижимается ко мне ещё сильнее.

Он хороший танцор, уверенный в себе и умелый. Пока мы танцуем, его руки блуждают по моему телу, очерчивая линии моего тела сквозь шёлковое платье, пальцы скользят по моей спине, и я чувствую, как по телу пробегают мурашки. Мне одновременно холодно и жарко, и я думаю, не могли бы мы остановиться на этом. Пусть всё так и останется, на сегодня. И, может быть, в следующий раз…

Песня меняется, и он притягивает меня ближе, так что между нами совсем не остаётся пространства. Я ощущаю каждую твёрдую линию его тела, прижатого к моему бедру, чувствую свидетельство его желания. Он возбуждён, хочет меня, и я выгибаюсь навстречу ему, пытаясь отдаться этому. Забыть обо всём, кроме