Айрон и Марион - Кира Райт

Она была такой живой, рассудительной, но при этом не боялась нарушать правила, не пасовала перед неприятностями, позволяя пожалеть себя только в закрытой комнате, чтобы никто не видел. Кроме меня. Лишь я один знал её секреты. Только я видел её настоящую.

Когда ей было пятнадцать, я вдруг осознал, что маленькая, упрямая девочка превращается в красивую девушку. Её длинные, тёмные локоны, когда вечерами она их расчёсывала и заплетала, завораживали. Её токая, гибкая фигурка пробуждала во мне что-то глубинное, исконно-мужское. И не только желание обладать ею… но и то, что испокон веков мужчины ощущали к своим женщинам: необходимость защитить, уберечь, обеспечить комфорт, присвоить.

Меня пугали эти мысли, потому что она была сосудом. Я не должен был ничего чувствовать к ней. Не должен. Но чувствовал. Боролся с этими эмоциями как мог. Окунался в ласки придворных девушек, готовых исполнить любое моё желание. Но всё чаще замечал, что неосознанно выбираю похожих на неё хоть чем-то.

Однажды, ещё в юности, я осторожно задал вопрос отцу, а почему мы все не женимся на ведьмах, как мой прадед. Сначала я получил затрещину, а потом ответ. Ведьм слишком мало. Если мы приведём хоть одну в нашу страну, то за ней неизбежно начнут охотиться другие, это приведёт к войнам. Целесообразнее просто использовать их и скрывать, что мы знаем, как их отыскать. Ведь за нашим артефактом тоже начнут охоту.

Я понял отца. Понял необходимость держать всё в тайне и защищать свою страну, как будущий правитель. Но принять мысль, что однажды мне придётся убить Марион было слишком сложно. Каждый вечер я смотрел на неё и осознавал, что это будет выше всех моих сил. Хотя никому под пытками бы в этом не признался. Потому что должен был это сделать.

Должен. Но не был уверен, что смогу.

Да, она нравилась мне. И подобное я испытывал впервые в жизни. Порой ещё казалось, что нужно лишь получить желаемое, чтобы избавиться от наваждения. Как делали мои предки, соблазняя юных красавиц, а потом легко вычёркивая их из своей жизни. Все ведьмы были красивы и вожделение к ним было вполне естественно. Только вот иногда представляя её в своих объятьях, я содрогался от мысли, что затем придётся собственноручно лишить её жизни.

Я не был сентиментальным и не питал иллюзий, всё же из меня растили правителя. Если бы мой магический потенциал был больше, чем у брата, то трон занимал бы я после проведения обряда. Но вышло так, что старший родился сильнее, а мне и в голову не пришло бы оспаривать сложившийся порядок вещей. Кроме того, что усиленно искал способ сохранить жизнь девушке, которую всё равно придётся использовать. Добровольно она бы никогда не согласилась отправиться в другую страну проводить незнакомый ей обряд.

Поэтому мне нужен был план, как не подвести свою страну и провести обряд единения магий, да ещё и не нанести ей смертельную обиду, не лишая её чести и не убивая. Это казалось невероятным. И сам себе не мог толком объяснить, по какой причине меня это так сильно тревожит.

Умом понимал, что её красота до момента вступления в полную силу магии даже не раскрыта полностью. Она ещё уступала во внешних данных некоторым нашим придворным красавицам. Да и не была нежной фиалкой, которую так уж необходимо уберечь от трудностей. В ней была злость на окружающих из-за их к ней пренебрежительного отношения, некая мстительность даже, и манеры оставляли желать лучшего, а уж характер… Но осознавая все её недостатки, я чувствовал, что только больше привязываюсь. И решительно не понимал, как можно всё исправить.

Надежда была только на то, что после знакомства с ней вживую мой интерес угаснет сам собой. Ведь по большей части изначально он был основан на жалости. А то, что меня раздражали претенденты на её руку, так это лишь оттого, что привык считать её практически своей собственностью. Марион ведь с рождения принадлежала мне. Артефакт её выбрал именно для меня, и её судьба, её жизнь только в моих руках.

Мой первоначальный план был довольно прост: дождаться подходящего момента, заблаговременно до назначенной даты обряда появиться в её жизни, затем не вызывая подозрений, втереться в доверие и провести инициацию, разбудив её магию, обманом заманить в свою страну и уже здесь решить, как поступить дальше.

Одним из простейших для меня вариантов было — заставить её саму провести обряд, а потом тайком вывезти и спрятать от брата и тех, кто станет преследовать. И, разумеется, забыть. Потому что нельзя было остаться с ней. Нельзя.

Казалось, что находясь с ней рядом так долго, почувствовав власть над ней, я перестану ощущать вот это необъяснимое притяжение к ней. После того, как обведу её вокруг пальца, как она не сможет устоять перед моими уловками, а вероятно и сама начнёт испытывать интерес. Так мне будет гораздо проще от неё отказаться.

И я думал, что мой план идеален, что ничего не может пойти не так, что до мельчайших мелочей всё продумано. Только, как выяснилось, я очень сильно ошибался. И узнать человека, наблюдая за ним ежедневно в магическое зеркало, как выяснилось, не такая простая задача. А уж предугадать его реакцию на тот или иной свой поступок — тем более. И Марион преподнесла мне не один сюрприз…

Заблаговременно до назначенной даты обряда в дом родственницы Марион я отправил верного слугу под своим именем, изменив его внешность на мою и дав несколько капель своей крови для оформления документов, чтобы когда его место займу я, ничто не вызвало подозрений. Подсунуть крепкого, красивого мужчину ещё и со скидкой её тётке труда не составило. У той глаза загорелись, как только ей предложили подобное, она даже разбираться толком не стала. Лишь проверила бумаги и всё. А потом наслаждалась своей удачной «покупкой», которая докладывала мне периодически о состоянии дел.

Изначально идея была попасться на глаза Марион и вывести её на эмоции, понравиться, может вызвать желание защитить от тёти и забрать себе или нечто в этом роде. Но тут она впервые сломала мои планы, рассорившись с родственницей, и не приехала даже, когда та лежала при смерти. До морального аспекта этого поступка дела мне не было, но то, что около полутора лет слуга продолжал служить вредной «хозяйке» вместо