Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму - Анна Шаенская

Поддавшись порыву, я развязала узел на платке любимого и стянула его с шеи, а затем обвязала им свои полосы.

— Это я забираю, — улыбнулась, вновь целуя его, — а это плата.

— М-м-м… за такое я готов отдать всё, что на мне сейчас, — прошептал Дамир.

— Мне нравится твой аромат, — пояснила, опускаясь на подушки и приглашая любимого. — И очень не хватает тебя. Поэтому хотела забрать хоть что-нибудь…

— Мне тебя тоже не хватает, любимая, — Дамир расположился рядом, и я обняла его, заставляя лечь, устроив голову у меня на коленях.

— Давай отдыхать?

— Это ты называешь — не провоцировать? — хрипло уточнил Дамир и потянулся пальцами к моему лицу. Очертил линию губ и скользнул выше, к скуле.

Хотелось наклониться и ответить на его игру поцелуем, но тогда мы точно не отдохнём.

— Я буду охранять твой сон, — решительно заявила, накрывая его глаза ладонью и призывая согревающее плетение.

Мама научила меня этому трюку в детстве, ещё шутила, что это единственный способ уложить отца спать. Я пробовала! Работало отлично, хотя возникало подозрение, что он подыгрывал нам.

Я опустила взгляд, украдкой любуясь Дамиром. Волевой подбородок, мужественные черты и красиво очерченные губы. Сейчас сжатые в едва уловимую улыбку, но я невольно вспомнила, как сладко они умеют целовать и на миг зажмурилась.

— Рей, о чём ты думаешь?

— О тебе, — призналась, скользнув пальцами по его волосам, мягко массируя голову и перебирая пряди. — Спасибо за подарки, мне очень понравился шоколад и всё остальное.

Говорить о делах не хотелось, но тишина смущала, заставляя думать о нас и желать большего. А я надеялась сохранить кружевную атмосферу нежности и заботы.

Поэтому я искренне хвалила подарки, рассказывала о матери и сестре, и о том, как они гадали, кто же изготовил эти сладости. Мой голос становился всё тише и мягче, напоминая колыбельную, а после я и вовсе начала тихонько напевать.

Вспоминая симфонию Роксаны и вплетая её нотки в свою песню. Спасение Мастера его любовь…

Спи, мой драгоценный Мастер, а я буду охранять тебя и твой сон. Отгонять кошмары и тьму.

Спи в моих обьятиях, я никому не позволю потревожить твой покой.

ГЛАВА 16: Право Силы

На закате следующего дня, Райан Кэйлор

Проклятый лес встретил меня могильным холодом и протяжным воем теней. Солнце ещё не зашло и мелкие твари не рисковали показываться из укрытий, но чувствовали гостей и скалили зубы.

Только их злоба и голод меркли на фоне недовольства Мигеля.

Генерал последовал за мной, игнорируя приказ и угрозу бросить его в тюрьму. Знал, что я блефую. У меня рука не поднимется подписать такой указ.

Но, всё же, я не хотел брать сопровождение. Слишком велик риск…

— Мы ещё можем повернуть обратно, — в который раз напомнил генерал.

— Нет.

— Райан, послушай…

— Послушать что?! Сагу о своей беспомощности? О том, как лучшие воины империи готовы защищать меня? Я не хочу быть хрустальной статуэткой на троне! Мне нужна сила.

— Её у тебя больше, чем ты думаешь.

— Этого мало, — с горечью ответил, — я не смог спасти женщину, которую любил больше жизни. Не смог найти её убийцу и отомстить. У меня нет права отказаться от всего и последовать за ней. Я должен был защитить империю, но в итоге Алмазный город превратился в руины…

— В этом нет твоей вины. Ты сражался на передовой во время Раскола. Никогда не прятался за спинами солдат. Я бы сказал, что ты слишком безрассудный для правителя, но именно поэтому за тобой идёт народ и армия. Такие владыки рождаются раз в тысячу лет…

— Настолько ничтожные? — с горечью усмехнулся.

— Я сделаю вид, что не слышал этого, но только раз, — сухо ответил Мигель. — Этими словами ты оскорбляешь всех, кто поверил в тебя и сражался. Включая меня и моего отца. Я не позволю порочить его память и говорить, что он умер, защищая недостойного.

— Спасибо… — мой голос дрогнул.

Боль и ярость от пережитого была слишком сильной, она дурманила голову. На миг я забылся, потерял контроль, поставив свои раны и страдания выше других. Не только я потерял за эти дни близких и любимых…

— Прости, я…

— Я всё понимаю, — всё так же холодно отозвался Рэми.

Сейчас он ничем не напоминал себя прежнего. Запечатал все эмоции, скрыл за ледяными щитами. Иногда наружу просачивалась только злость и жажда крови. Он мечтал отомстить Лейку, но эта погань трусливо скрылась и затаилась.

Мы прочесали всю империю и не нашли ни единого следа. Но я знал, куда он направится в ближайшее время и намеревался любой ценой помешать ему.

— Клинок Вершителя нужен, чтобы закрепить моё право на престол, — напомнил Мигелю. — Намерения Вальтера слишком очевидны, он уже пытался свергнуть меня по Праву Силы. Если он первым доберётся до меча, мне не удержать трон.

Право Силы — древнейший закон империи, позволяющий бросить вызов владыке, но для начала нужно доказать его слабость и несостоятельность.

Лейк планировал сделать это с помощью мятежа. Окружить Алмазную резиденцию, показав всем, что от меня отвернулась армия и даже верные Жнецы. А после он бы заставил Реймонда бросить мне вызов, а может и сам бы вышел на бой.

Я сильный мечник, но в сравнении с Мигелем мне не хватало опыта. Против Вальтера у меня было мало шансов. Если бы он выиграл в поединке, его бы не посмели назвать кровавым тираном и узурпатором. Но благодаря Рейвен мы узнали о его планах раньше.

Я успел собрать Совет магов и внести поправки. По совету Реймонда я отменил право на поединок с владыкой, если этому вызову предшествовал заговор и бунт.

К сожалению, вторая часть закона осталась неизменной. Тот, кто вытащит из черепа в Проклятом лесу меч Вершителя, имеет неоспоримое право на Небесный престол.

ГЛАВА 16.1

— Лейк потерял большинство союзников. Его ненавидят, спешат откреститься от былой связи и клянутся мне в верности, — продолжил я. — Но цена этой верности — три медяка. Те, кто действительно верили в меня, поддержали задолго до падения Вальтера.

— Я понимаю твои сомнения. Но мы ничего не знаем об этом оружии! В Праве Силы есть только смутная строка о том, что достойный станет истинным повелителем Небес, а недостойный умрёт в тот миг, когда коснётся клинка, — напомнил Мигель. — У нас нет критериев отбора, зато вся поляна вокруг меча усеяна трупами тех, кто бросал вызов судьбе и провалился. Этот лес —