Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму - Анна Шаенская

Магия Мастера. Значит дело в ней. Без неё он бы давно сдох.

— Чезаре! Тебе же нужен контракт! — заорал я. — Спаси меня и моих людей…

Я отскочил вбок и перед глазами потемнело. Я чудом не упал, поскользнувшись на собственной крови.

А Рэми впал в ярость берсерка, атакуя вновь и вновь…

— Чезаре-е-е-е!

— Клянешься заключить контракт?

Тварь! Нашёл время шантажировать.

Я резко рванул вперёд, воспользовавшись тем, что Рэми открылся.

Сам убью его! Удар!

Дракон увернулся! Совершив немыслимый для раненого рывок, вновь проскользнув под мечом. Я отбросил оружие, пытаясь уйти в сторону, но сабля, нацеленная в моё горло, резанула по лицу.

Острие вошло в левую глазницу. Меня ослепила дикая боль…

— Согласен! — заорал, падая на спину и призывая духа из последних сил. — На всё согласен!

Вспышка!

Ровно за миг до того, как Рэми нанёс последний удар, я провалился в чернильное марево теневого портала.

Дорога Мёртвых — единственный аркан, запечатать который не могла даже антимагия.

Вдруг я услышал раскатистый смех Чезаре и жуткие, кабальные условия контракта. Они за секунду пронеслись в мыслях, впечатываясь в мозг раскаленными иглами…

— Ты… мразь! Условия…

— Сюрпри-и-из! — оскалился дух. — Хорошие условия предлагают победителям. А для неудачников действует другой пакет, Лейк. Добро пожаловать в Бездну!

Чезаре залился хохотом, оплетая меня узами контракта. Тело пронзила боль. Дикая, чудовищная, в сотню раз превосходящая любые пытки…

ГЛАВА 14.7

Не знаю, сколько это длилось. Кажется, вечность…

В какой-то момент я просто растворился в этом кошмаре. Боль стала частью меня, я перестал воспринимать её. Она заполнила меня без остатка и внезапно… погасла.

Чезаре вдруг прекратил издеваться, словно потерял к этому интерес.

— Ты… — просипел я из последних сил.

Рана горела. Уже не так сильно, но татуировка с регенерирующим плетением не спасала, хотя я слышал её магию. Здесь она работала, ведь купол Рэми утратил силу. Только кровь не останавливалась…

— Всё равно не видишь дальше своего носа. Одного глаза тебе будет достаточно.

Чезаре подошёл ближе, но я видел только носки его сапог. Поднять голову не получалось из-за дикой слабости и боли.

— Не волнуйся, ты не сдохнешь. Контракт заключен, поэтому я спасу твою ничтожную шкуру, — с насмешкой продолжил дух.

Я нашёл в себе силы подняться на одно колено и вскинуть голову. Хотел посмотреть в глаза этой лживой мрази.

— Это и был твой план?!

— Твоё поражение? Нет, что ты! Это был не план, а очевидность, — рассмеялся дух. — Я предупреждал, я говорил тебе отступить, но разве ты слушал? Тебе плевать на то, сколько людей погибло, Лейк. Ты засуетился, когда твой хвост начал гореть. Кстати, я спас останки твоей армии.

— Ты хотел сказать остатки? — зарычал я.

— М-м-м… нет. А, впрочем, какая разница? Ты же всё равно никем не дорожишь.

Я зло сцепил зубы. Кровь едва остановилась, мне нельзя нервничать и лучше поменьше двигать лицом. Сабля Рэми прошлась по челюсти и острие вошло в глазницу. Левый глаз не спасёт ни один целитель. Но, возможно, я смогу “собрать” лицо…

— Знаешь, кое в чём ты всё же уникален, — дух неожиданно опустился на одно колено и я с шумом втянул воздух, отстраняясь от него. Только не удержал равновесие и завалился на бок.

Кожа Чезаре стала серой, покрытой трещинами и жуткими язвами. Лицо теперь напоминало череп с горящими глазницами и жуткой клыкастой пастью.

— Стра-а-ашно? — меж клыков монстра блеснул длинный раздвоенный язык. — Это называется лик Грешника. Придёт время и ты будешь выглядеть ещё хуже. Каждый раз, когда твои резервы начнут опустошаться, тело будет гнить.

Альсавейг щёлкнул пальцами, принимая привычную форму.

— Но мне это не грозит, ведь по условиям контракта страдать будешь только ты, мерзкий эгоистичный крысёныш. Но! Ты и вправду можешь гордиться собой, столь тщеславную тварь я встречаю впервые. Потеряв армию, ты думаешь только о своей роже… — Чезаре призвал бокал с уже привычной дымящейся жижей, но вместо того, чтобы выпить её, неожиданно плеснул мне эту дрянь в лицо.

Хотелось возмутиться, но… боль неожиданно отступила.

— Это лекарство для Грешников, — пояснил Чезаре. — Кстати, ты помнишь, что должен мне желание?

— Чего тебе ещё надо?! Я согласился на кабальный контракт, я и так твой раб…

— Нет, не путай! У рабов есть шанс сбежать, у тебя — ни единого. Хотя, тебе повезло. Я не хочу твою заплесневелую душу, мне нужна Рейвен!

Я зашипел, еле сдерживая ругательства. Эта дрянь должна мне за всё ответить! Я не позволю кому-то забрать её!

— Кха-кх! — я рухнул на землю, скорчившись от новой вспышки боли.

Ещё более сильной, чем в прошлый раз.

— Лейк, ты, кажется, не понял. У тебя больше нет права выбирать и отказывать, — холодно бросил Чезаре. — Я вытянул из Бездны тебя и остатки сброда, который ты именуешь армией. Теперь ты должен отработать мои услуги.

— Бери, кого хочешь! Но Рейвен…

— Я хочу её себе, — отрезал Чезаре. — Она… кое-кого напоминает мне. Возможно, я смогу исправить ошибку прошлого. Приведи её ко мне. Целую и невредимую, — добавил он, прочитав мои мысли. — В противном случае, ты пожалеешь, что вообще родился.

ГЛАВА 15: На пепелище амбиций

Через два дня

— Свежие новости, свежие новости! — с улицы доносился возбуждённый голос мальчишки-газетчика. — Джонатана Лейка вызвали на допрос в инквизицию. Семья паладина-предателя отрицает свою связь с мятежом и пытается спасти второго сына! Узнайте подробности всего за один медяк!

Я поморщилась и устало потёрла виски.

Память Джонатана уже просканировали, он действительно ничего не знал. Младший Лейк служил адъютантом командира Сапфирового пограничного гарнизона и, когда вспыхнул мятеж, он находился на другом конце империи. С братом у него были прохладные отношения, они редко общались.

До этого я видела Джонатана лишь раз, на коронации Райана. Он произвёл приятное впечатление, но показался мне замкнутым и нелюдимым.

Словно тень следовал за своим командиром и покинул дворец сразу после торжественной части и присяги, и даже на бал не остался.

Тогда на это никто не обратил внимания, но сейчас репортёры выудили застарелые факты, стряхнули с них пыль и пытались продать подороже под видом косвенных улик.

Джонатан, которому ещё не исполнилось и восемнадцати лет, рисковал стать козлом отпущения за грехи брата.

Поймать Вальтера не удалось, а младший Лейк был как на ладони. Беззащитный и оглушённый грузом чужого предательства. Поэтому мой отец предложил ему остаться в штабе Жнецов.

Герцогиня Лейк сейчас находилась в лазарете. От последних новостей у леди