Только (не) ты - Валерия Сказочная

Обхватываю ногами бёдра Марка, притягивая его для поцелуя, врываясь языком в горячий рот, вцепляясь пальцами в сильные плечи, покусывая губы. Так хорошо, так сладко отдаваться полностью, раскрываться как никогда в жизни и получать столько же. Слышать срывающееся хриплое дыхание. Да… Да… И снова взрыв!

Причём у меня, кажется, секундой позже его — потому что затуманенным взглядом вижу, что Марк предусмотрительно вышел из меня, кончив куда-то мне на живот. Улыбаюсь, бездумно растирая тёплую сперму по своей коже, и всё ещё не спешу вставать.

Оказывается, и на полу может быть комфортно.

Глава 20

От лица Марка

Мы с Ритой снова не ограничиваемся сексом на полу. Продолжаем и в ванной, только там больше орально, потому что презервативы я на этот раз с собой не захватил, а ночные мы все использовали уже. Хотя кончать ей в рот куда приятнее, чем в резинку, конечно. Тем более что она совсем не против, а очень даже за, что лишь усиливает ощущения. Нам взаимно нравится вкус друг друга.

С Ритой я могу предаваться страсти сутки подряд, но всё-таки наступает момент, когда мы уже сидим в одежде у неё на кухне на диванчике, уплетая оставшиеся роллы из доставки. Часть из них раньше побывала на её теле, откуда я с удовольствием ел. Хотя никогда не стремился повторять тупые сцены из кино, ведь в жизни оно обычно не так чистенько и красиво получается. Хотя с этой девочкой вышло даже лучше. Вкуснее однозначно.

Рита устало приваливается головой к моему плечу, прижимая ладонями мои обнявшие её руки.

— Что дальше? — она чуть поворачивает голову, пытаясь заглянуть мне в глаза.

Неожиданно, что спросила. Хотя я, конечно, сразу улавливаю, о чём.

Улыбаюсь, подтягивая Риту к себе ещё ближе.

— Меня к тебе тянет, — говорю, как есть, и целую шелковистые волосы. — Не только физически. Сопротивляться не хочу.

Лаконичный ответ, ведь едва ли выражает хотя бы четверть того, что я испытываю. Мне есть что терять, есть от чего отказываться, есть чем жертвовать, и от этого непривычно страшно. Хочется защитить, сохранить, развить то хрупкое и одновременно мощное, что происходит между нами. И впервые это так — у меня бывали и долгие отношения, и взаимопонимание тоже было, но всё же с Ритой иначе. Ощутимо уловимая разница, хоть и тонко всё.

— Я могу сказать то же самое, — судя по голосу, Рита улыбается.

Конечно, ей достаточно и того, что я уже сказал. Было бы странно, если бы мы в любви другу другу тут признаваться начали. Всё только начинается, но уже значимо. Знаю, что для обоих.

— Значит, теперь мы вместе, — подытоживаю, потеревшись щекой о её волосы.

Сам себя не узнаю. Ведь и вправду рад ответу, который вроде бы очевиден был. И простые вещи кажутся чуть ли не волнительными.

Но мне это нравится.

Да и Риту, кажется, прорывает, пусть и иначе, чуть ли не отчаянно как-то. Она вдруг сжимает в кулаке мою футболку в кулаке, сильнее прижимаясь ко мне щекой.

— Ты должен знать, что в ночь перед тем, как ты сорвал нам свадьбу, я мучилась от желания сделать то же самое, — надрывно проговаривает, щекоча мою шею своими губами. — Думала, как это провернуть, боялась, что этим жизнь себе разрушу… Я рада, что ты решил эту проблему сам.

Она так искренне и даже трогательно об этом говорит, что я впервые за всё это время понимаю, что девочка и вправду разрывалась между выбором, причём даже думая, что я циничный и бесчувственный. Не могу осуждать её за то, что до конца шла — прекрасно понимаю, что Дима не оставил бы ей другого выбора. Но Рите явно было непросто. Такая роль для неё нетипична. И ведь я мог понять это и раньше.

А значит, мы и раньше могли решить всё иначе… Без всей этой конфронтации и унизительного разговора при маме.

Ближе притягиваю к себе Риту, бережно обнимая. Нет смысла предаваться сожалениям о случившемся или об упущенных пяти лет. Куда важнее настоящее. Оно реально, и оно в наших руках.

Всегда жил под таким девизом, но, кажется, только сейчас в полной мере понимаю, как много это значит.

Но, похоже, девочка в моих объятиях пока не чувствует такого же умиротворения. Она ещё в прошлом, и чтобы вытащить всё оттуда окончательно, придётся ещё поговорить. Теперь уже не в формате игры — серьёзно, как, наверное, не пробовал ни с кем. Но с ней готов на любые эксперименты.

Рита обнимает меня, как-то отчаянно, по-детски, прижимаясь всем телом и шмыгая носом:

— Я цеплялась за слова Димы о тебе… Ты извини, но он вправду много плохого тебе говорил, врал, видимо, чтобы я настроилась против тебя. В общем, я внушала себе, что ты плохой, но один только вечер с тобой заставил меня сомневаться в этом.

Ага, тот самый вечер, во время которого я на диктофон записал её доверчивые стремления ко мне.

Порывисто обнимаю Риту ещё крепче, а потом и вовсе пересаживаю к себе на колени. Она ещё извиняется, сообщая мне, что брат много лишнего ей в уши вливал. Как будто я не знаю, что это в его стиле, и как будто до сих пор могу чувствовать что-то по этому поводу. Уже давно принял, как факт. Не бешусь же, когда дождь на меня льёт. Вот и попытки изменить Диму ни к чему. Может, что-то в его голове щёлкнет, когда усерднее работать будет, что он уже вынужден делать по договору. Но не особо на это рассчитываю. Всё равно братец знает главное — попытки зарываться на меня ему же боком выйдут.

— Но в ту ночь… Ну, перед тем, как ты соврал свадьбу… Я вдруг поняла, что Дима обманывал и меня, говоря о тебе, и тебя, не сообщив о смерти отца. И всё это тупо из-за завещания, — Рита поджимает губы, качает головой и прячет лицо у меня на груди. — Я бы хотела, чтобы у меня хватило смелости отказаться от всего ещё до того, как ты завёл эту тему.

— На тебя слишком многое навалилось, — ласково глажу Риту по спине. — Серьёзная работа, где ты одна из самых молодых сотрудниц, выполняющих такой объём. Подозреваю, что из-за финансовых обязательств, тянуть которые тебе приходится одной и не по своей вине.