Разрушение, которого ты желаешь - Трейси Лоррейн

Я нажимаю кнопку вызова и жду, когда кто-нибудь появится в дверях, чтобы рассказать о случившемся. Ожидаю увидеть медсестру, но появляется доктор Уиллис.

— Все в порядке, Пейтон?

— Она проснулась. Она сжала мою руку и посмотрела на меня.

— Хорошо, это хорошо. Как думаешь, она тебя узнала?

Я пожимаю плечами.

— Не думаю. Она выглядела... сломленной.

Я не могу удержаться, чтобы снова не расплакаться.

— Извините, — бормочу я сквозь слезы. — Пойду подышу воздухом.

— Это хорошие новости, Пейтон. Все наладится. Возможно, она просто не совсем проснулась.

Я киваю ей, зная, что это правда, но взгляд сестры все равно преследует меня.

Как только выхожу за пределы больницы и вдыхаю свежий зимний воздух, я первым делом хочу позвонить Луке, и эта мгновенная реакция, заставляет меня рыдать еще сильнее.

Каждый день с того первого вечера Либби приходила в себя чуть больше и каждый раз оставалась со мной чуть дольше.

К счастью, к следующему вечеру, когда она посмотрела на меня, в ее глазах появилось немного больше жизни, и я вздохнула с облегчением. Так было до тех пор, пока она не взбесилась и не попыталась вырвать свою капельницу, и врач на смене в итоге усыпил ее, пока она не навредила себе.

Вчера, когда снова пришла в себя, она произнесла мое имя.

Я рыдала как ребенок, когда мы сидели, держась за руки, и вместе плакали обо всем, что потеряли. Может быть, это и был тяжелый опыт, но это была самая близкая связь с сестрой за последние годы, и я не хотела, чтобы она заканчивалась.

Каждый раз, когда Либби просыпалась, она становилась сильнее, а сегодня утром впервые заговорила нормально, спросив меня, где она и что случилось. Я обошла стороной реальность ситуации, не зная, как она воспримет правду, и она, похоже, смирилась с этим.

— Ну что ж, юные леди, — бодро произносит доктор Уиллис, заглянув в палату, чтобы убедиться, что Либби проснулась. — Готовы к побегу?

Либби усмехнулась, уже зная, что единственное место, куда она сбежит, это другая больница.

Я понятия не имею, за какие ниточки удалось потянуть Луке, когда он все это устроил, но теперь, когда Либби очнулась и все ее показатели в норме, ее доставят по воздуху в Главную больницу округа Мэддисон, где ее ждет отдельная палата.

Как бы я ни была рада, что наконец-то отправлюсь домой, я боюсь, что это может как-то повлиять на ее состояние. Все врачи и медсестры заверили меня, что с ней все будет в порядке, но я все равно не могу не волноваться.

— Я буду рядом с тобой всю дорогу, хорошо?

Она кивает мне, но я вижу муку в ее глазах.

Собрав все вещи, мы поднимаемся на крышу, где находим вертолет, который оказался гораздо больше, чем я ожидала.

— Как? — спрашивает Либби хриплым ото сна голосом.

— Тебе не стоит об этом беспокоиться, Либ. Просто наслаждайся роскошью. Вертолет в твоем полном распоряжении, не каждый может испытать такое.

На ее губах появляется небольшая улыбка, но она вынужденная.

Доктор Уиллис и две медсестры, которые провели с Либби больше всего времени, поговорили с медицинским персоналом, который полетит с нами, и в мгновение ока мы все пристегнуты и готовы к полету.

— Спасибо огромное, — искренне говорю я доктору Уиллис, благодарная за все, что она сделала для нас обоих за последние две недели.

Она улыбается мне.

— Берегите друг друга, вы двое. — И, кивнув, закрывает раздвижную дверь, и мы отправляемся в обратный путь.

Назад в Мэддисон.

Назад к реальной жизни.

К Луке.

Я сжимаю руки на коленях, думая о том, что мне придется снова увидеть его после игнорирования всех его попыток связаться со мной. Хотя пару дней назад все это исчезло, словно он совсем забыл о моем существовании. Не знаю, что хуже: напоминание о том, что я, возможно, приняла неправильное решение, или тот факт, что он уже отошел от этого.

— Почему ты так нервничаешь? — спрашивает меня Либби. Она не так давно проснулась, но ее веки уже стали тяжелыми.

— За пять лет многое изменилось, Либ. — Я говорю это не для того, чтобы обидеть или заставить ее чувствовать себя виноватой, но по выражению ее лица, когда слова слетают с моих губ, понимаю, что она именно так это и восприняла. — Моя жизнь... она... она... все просто находится в подвешенном состоянии. То, что я здесь, с тобой, принесло мне некоторое облегчение.

— Ты не хочешь возвращаться?

Разве это не вопрос на миллион долларов?

— Конечно хочу. Теперь это наш дом, Либ. — Я улыбаюсь ей, но она не отвечает.

— У меня нет дома, Пейтон. Уже давно нет.

— Тогда пришло время это исправить, тебе не кажется?

Оторвав от меня взгляд, она безучастно смотрит в окно вертолета, пока мы плавно летим по небу, и у меня внутри все переворачивается от неизвестности, с которой нам еще предстоит столкнуться.

ГЛАВА 19

ЛУКА

— Какого хрена? — раздается знакомый голос с порога моей комнаты через две секунды после того, как та распахивается. — Какого черта ты делаешь, Лу?

— Уходи.

Она смеется, проходя через комнату, распахивает шторы и делает то же самое с окнами.

— Если думаешь, что это сработает, значит, ты плохо меня знаешь, — бормочет Летти, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня с руками на бедрах и яростно-упрямым выражением лица.

— Ух ты, а вот и наш образцовый капитан, — гремит глубокий голос от двери, в раздражающем тоне которого сквозит веселье.

— Отвали, Лет. Какого хрена ты притащила его с собой? — Я прижимаюсь к изголовью, комната кружится вокруг меня, и бутылка скатывается с кровати и падает на пол.

— Поговори с моей девушкой в таком тоне еще раз, Данн, и это облако травки станет причиной того, что твоя карьера в НФЛ закончится, так и не начавшись.

— Пошел нахрен, Ледженд. Никто, блядь, не приглашал тебя на вечеринку.

— Это не гребаная вечеринка, Лу, — шипит Летти, начиная наводить порядок вокруг меня. — Кейн, иди и подожди внизу. Я займусь этим.

Он стоит в дверях, скрестив руки на груди, с суровым выражением лица.

— Кейн, — призывает она.

— Когда я был здесь в последний раз, здесь было намного опрятнее. Да и пахло получше, — размышляет он.

— Когда это, черт возьми, ты был в моей комнате?

Его взгляд скользит к Летти.

— Ты сама скажешь ему, Принцесса, или это сделать мне?

— Хоть раз сделай то, что тебе говорят, Кейн.

— Хорошо. Я