Избранные небесами - Анна Панкратова

— Отведи его к Белле, — посоветовал Деймонд. — Мы вместе приехали. У нее полно зелий.

Колд повел Самайна наверх. А Деймонд подошел к Харпер и заводил вокруг нее руками. Она расслабилась, замечая наконец, что дрожала от холода. Сняла мокрое пальто: не хватает еще и на него тратить резерв.

— Я сама умею, — сказала Харпер, но забота мужа была приятна до безумия. Тепло согревало, одежда быстро сохла, возвращая комфорт.

— Знаю, — улыбнулся Деймонд.

Затем он высушил и себя, выглянул в окно. Буря начала стихать, но дождь продолжал идти, хоть и не такой сильный.

— Я мертвых видела, — призналась Харпер.

— Все видели. Не представляешь, что в центральном районе творится. — Деймонд нервно задернул штору и повернулся к Харпер и Офелии. — Мертвецы добрались даже до замка Тейлор. Не все они довольны своим положением: в центре много мертвых с острова Мук. Там… безумие. Патруль с трудом отражает атаку.

— Как их вернуть назад? Что вообще происходит? — спросила Офелия, складывая руки на груди. Тоже уже сухая. Все же практическая магия — штука классная, хоть и много энергии жрет. — В районе Осени их тоже много, но они помогают бороться со стихией.

— Значит, эти с острова Жизни. А так… Нарушение баланса, — дернул плечами Деймонд, выругался. — Видимо, проблема есть. Ну, или рождение нового Гнева всколыхнуло что-то в Небесном городе, я не знаю.

— Гнев? — переспросила Харпер.

— Родился за пять минут до этого дурдома. Идем.

Они пошли по коридорам к большому залу на первом этаже, пересекли его и двинулись в жилую зону. Деймонд рассказал, что Гнев родился в кабинете Кейлуса: совсем юный и безумно злой мальчишка, которого решили увести подальше от остальных, а потому выделили ему спальню в крыле, где почти никто не живет.

Гнева они нашли в одних трусах и с ножом в руках. Он бегал по маленькой комнате, крушил все вокруг, скидывал вещи на пол. Хорошо еще, что бить было нечего: ничего хрупкого на столах и тумбах не имелось.

Мальчишка лет четырнадцати с короткими черными волосами, хорошо-слаженный и довольно мускулистый для своих лет. Черные, кипящие гневом, глаза, тонкие губы, изогнутые в усмешке.

Лав наблюдала за сценой, сложив руки на груди. Спокойная, как удав, будто это не ей угрожали ножом.

— Где носит Зависть? — недовольно спросила Лав, поворачиваясь к вошедшим. — Этот мальчишка порядком меня утомил!

— Помогает другим грехам навести порядок на островах, — ответил Деймонд. — А этот скоро утихнет. Сама же должна понимать…

Деймонд успел увернуться от удара, закрыл собой Харпер, на которую тут же переметнулся Гнев. Схватил того за запястье, вывернул и успел поймать нож, когда мальчишка, вопя от боли, его выпустил.

— Не смей нападать на меня или мою жену, — спокойно сказал Деймонд, прижимая брыкающего мальчишку к груди. Тот попытался его укусить, за что получил пинок под зад. — Ты должен принять свой гнев, успокоиться. Иначе мы запрем тебя в темнице. Поверь, в замке темницы есть.

Мальчишка часто дышал, разъяренный, красный, его глаза бегали, оглядывая всех собравшихся в комнате. Задержались на Офелии, которая молча, с отчаянием наблюдала за сценой. Харпер и самой было жутко: вроде та же магия, тот же бешеный поток, что сносит с ног, но совсем другая внешность, тем более, личность.

— Он Гнев, — напомнил Деймонд Лав. — Ему нужно время, чтобы принять себя, научиться это контролировать. Да и его… убили в прежнем воплощении. Не удивительно, что он так зол: с этими эмоциями умирал Кейлус.

Мальчишка сел на кровать. Свел густые брови вместе, отчаянно соображая, а Харпер догадалась, что он еще не говорит. Ей рассказывали, что грехам иногда требуется до недели, чтобы научиться говорить, писать и даже воспринимать нормально окружающий мир.

— Да знаю я! — отмахнулась Похоть. Сегодня в довольно закрытом костюме синего цвета, хоть и топик под пиджаком открывал живот и едва скрывал выпирающие соски: бюстгальтер Лав не носит. Да и зачем с такой шикарной грудью носить бюстгальтер… — Ладно, справимся. Когда придет Тори⁈ Она обещала…

— Кто-то должен навести порядок! Ты в окна вообще смотришь⁈ — крикнула Офелия, не выдержав. Развернулась и резко вышла из комнаты. Слышны были только ее быстрые, громкие шаги.

Кажется, встреча с новой личностью Гнева прошла для Офелии не очень. Мальчишка задумчиво глядел ей вслед. Ну, хотя бы злиться перестал.

— Кто им имена дает? — тихо спросила Харпер, подходя к мужу.

— Сами обычно выбирают, когда уже в состоянии. Этот пока явно не в состоянии. — Деймонд перевел взгляд на Лав. — Справишься?

— Справлюсь. Идите. Феликс близко: начала чувствовать его.

Глава 10

Матушка

Собрание устроили в одном из залов замка полчаса спустя. Пришел изнуренный Феликс, хмурый и задумчивый, что неприятно кольнуло сердце, настолько Харпер привыкла, что Гордыня всегда на позитиве и верит в лучшее. Подошел и Колд, успокоил всех, что Самайн в надежных руках Изабеллы и Робин, которые не выпустят его из лаборатории, пока он не выпьет все-все зелья и полностью не восстановится.

Офелия сначала недовольно бурчала, почти сломала кофемашину, которая стояла на столике у окна, но мигом остыла, стоило к ней подойти Колду. Он сделал ей кофе, галантно протянул вытащенную из кармана шоколадку. Харпер и Деймонд сидели за дальним концом длинного стола, поэтому не слышали их разговор, но Харпер видела, как мило смеялась Офелия, как Колд осторожно, но нежно убирал пряди с ее лица, легко касаясь щек, пытался приобнять за талию, улыбался, напрочь забыв про свои колючки и снежинки. Казался вполне обычным мужчиной. Влюбленным мужчиной! Большой, словно медведь, даже без привычной шубы, в брюках и свитере, с густой черной бородой с белыми прядями и на удивление теплыми глазами, что без устали наблюдали за полу-грехом.

— Колд флиртует с Офелией, — тихо вымолвила Харпер. Деймонд рядом фыркнул. — Я серьезно! Он флиртует, а она отвечает ему! Ты посмотри на это!

— Вижу я. Слепой не заметит.

Деймонд привычно взял Харпер за руку, поцеловал ее пальцы, широко улыбаясь ее удивлению.

— Это что вообще такое? — не сдавалась Харпер. Офелия сделала шаг к Колду и теперь уже сама провела по его плечам.

— Ничего серьезного, думаю. Не доверяю бездушным созданиям.

— Как