Избранные небесами - Анна Панкратова

— Спасибо, их можешь оставить.

— Дико извиняюсь…

— Офелия, иди, пожалуйста, — шикнула Харпер, и та все же подчинилась. Недовольно оборачивалась, топала, но вскоре скрылась в коридоре, где зашумели остальные. — Так что я не так понимаю?

Мирослава какое-то время смотрела вслед Офелии. Устало вздохнула и снова прикрыла глаза, вконец обессиленная. Что же она такое делала, что истратила весь свой резерв и теперь выглядит вот так?

Харпер резко выпрямила спину. Глаза ее в ужасе расширились.

— Ты отдала все, что у тебя было, чтобы вернуть баланс и вернуть Небесный город в норму!

Мирослава слабо улыбнулась, кивнула.

— Смышленая. Это мне в тебе нравится.

— Зачем⁈

— Вопреки твоим домыслам, я не желаю ничего и никого уничтожать. Не я главное зло. Я такая же заложница, как и вы с Деймондом.

— Да ладно? — фыркнула Харпер, скукожилась под сердитым взглядом матери.

— Понимаешь, в чем дело… ему не выгодно обрушение небес. Умру я естественной смертью — да, это случится, когда я полностью потрачу весь свой резерв — то миры Солнца и Луны станут едины, тогда он сумеет сотворить то, что желает. Будет хаос! Но если вы обрушите небеса — поэтому это так важно! Очень важно, Харпер! — то Отколотые острова снова станут едины, а в Мунфол не смогут попасть живые. Так будет верно!

— Но это дом для миллионов людей! Живых людей! — крикнула Харпер.

— Ты не понимаешь. На кон поставлен баланс обоих миров, весь наш уклад жизни. Он делает все, чтобы вы уничтожили свитки и обрушение небес стало невозможным, ведь тогда сумеет опустошить мой резерв и убить. И тогда он выйдет на сцену. Сделает то, что задумал! Ему мешаю только я! Живая я! Да свитки!

— Кто он⁈

— Я не могу сказать, Харпер. Прости. Не могу… — Мирослава покачнулась, вцепилась в край стола, ведь едва не упала со стула. — Соберите все свитки. В пятом вы получите все ответы. И не раньше! Соберите свитки, и ты все поймешь. Поймешь, почему я права, почему небеса необходимо обрушить. Вы же знаете, что случится! Переселите всех живых в мир Солнца…

— Как? — перебила Харпер. — Миллионы людей, у которых тут целая жизнь. Семьи, работа, уклад жизни…

— Другого выхода нет. Ты должна понять. Соберите все свитки, и ты поймешь… Ни я, ни он, мы не можем вмешиваться, пока в мире есть свитки. Не можем рассказать вам правду. Можем только ждать! Умру я — вот тогда начнет действовать он. Но если вы уничтожите свитки, то он не сумеет сделать то, что задумал. Я не хочу никого убивать, я хочу исправить свою ошибку. Вернуть Мунфол к тому виду, в котором он был!

— Ты убила Анну!..

— У меня не было выбора, Харпер. Я искала способ отменить избранность той пары, но не сумела. Пора было наделять свитки былой силой, запускать процесс заново, иначе бы я умерла, истощенная. И тогда…

— Он бы начал действовать! Кто ОН⁈

— Я не могу сказать! Буквально не могу! Мы оба не можем об этом говорить! — Мирослава зажмурилась, словно сражалась с болью. — Он стар, как я, как мир. Он был рядом, когда произошел Раскол Мунфола…

Мирослава схватилась за грудь, качнула головой, часто дыша. Совсем бледная, такая изнуренная, словно не спала месяц.

— Мое время на исходе. Но я знаю, что ты справишься. Все поймешь. Когда придет час…

Мирослава потеряла сознание. Съехала со стула и упала на пол. Харпер застыла. Оцепенела на секунду, пытаясь понять, что произошло, осмыслить слова матери, решить верит она ей или нет, в конце концов! А потом бросилась на пол, скорее приложила пальцы к шее, чтобы нащупать пульс.

— Деймонд! — завопила Харпер. Все тут же ворвались внутрь.

Харпер сама не заметила, как ее оттащили от матери, осознала лишь, что плачет и кричит, рвется обратно, чтобы… а чтобы что⁈ Что она планирует сделать-то⁈

— Она уснула Харпер, — осторожно сказал Колд, садясь рядом с Мирославой. Тоже попытался найти пульс, но качнул головой. — Такой глубокий сон, что мы не чувствуем пульс. Но она Смерть, помнишь?

— Если она и правда вернула нам баланс в Небесный город, прогнала мертвых, — начал Феликс, — то это не удивительно, что она уснула.

— Но она… она… — Харпер захлебывалась в слезах. Поняла вдруг, что ее прижимает к груди Деймонд, гладит по голове, пытаясь успокоить.

Боги, почему она плачет? Она же ненавидит свою мать…

— Все хорошо, веснушка, — шептал Деймонд. — Все хорошо. Я с тобой.

— Так хорошо, что она намекнула, что есть некий ОН! — крикнула Харпер. — Кто-то хуже нее!

— Ну, так-то она нам ничего плохого не сделала, — заметил Колд. — Всегда оставалась в тени. Помогала держать баланс.

— А свитки? — спросила Офелия.

— Видимо… нам нужны все пять свитков, — заявил Деймонд. — Тогда, если верить ей, мы сумеем найти ответы.

— Трудно было сразу все рассказать, — всхлипнула Харпер.

Глава 11

Увесилительные настойки

Деймонд поставил миску с салатом на стол, гадая, как его уговорили остаться на ужин. Хотя он и сам уже запутался, чего хотел: уединения или забыться в хорошей компании.

Они выбрали небольшую столовую в жилой зоне, где обычно в одиночестве или самом близком кругу ел Кейлус.

Мирославу перенесли в лабораторию ведьм, уложили на одну из кроватей в лечебном отсеке. Робин заверила, что Смерть и правда в глубоком сне и рано или поздно проснется. Ну, когда восстановится. Потребуются месяцы, а, может, и годы.

Странно признавать, что сегодня именно Мирослава спасла Небесный город от безумия. Без нее… лучше не думать о том, что могло произойти без ее помощи.

Харпер была в шоке. Молчала, хмурилась, задумчивая и уставшая. Вместе со всеми носила еду с кухни, но не участвовала в разговорах, даже с Деймондом отказалась говорить.

Когда все заняли места за столом, в столовую ворвался Самайн с бутылкой коньяка в руке. Сделал глоток, щелкнул пальцами, оглядывая к кому в «гости» попал. Широко улыбнулся: кажется, такая компания его устроила.

— Ты не должен отдыхать? — уточнила Робин, зло сверля Осень глазами. Она и Изабелла напоили его зельями,