Халазия, или на Земле тоже можно жить - Tommy Glub

так быстро, что ноги дрожат после первых же шагов. Я заворачиваю к водопаду, понимая, что там поплакать можно будет без привлечения внимания. Но слёзы начинают катиться задолго до этого.

Я присаживаюсь к самого края скалы, у воды и обнимаю коленки руками. Прячу лицо и даю волю эмоциям.

Не понимаю, что со мной.

Любовь? Это она и есть? Тогда почему она не приносит радости и счастья и так больно внутри? Все фильмы и книги, что я смотрела и читала, врут о том, что любовь — лекарство от всех болезней? Почему так невыносимо и душно? Почему я хочу сбежать? При чём, от самой себя.

Когда я прилетела сюда, я думала только о брате. Я с трудом могу вспомнить первые дни в Северной деревне и ярко помню, как они согласились идти со мной. Вообще-то, они с первой секунды были рядом. Они помогали мне, защищали и рисковали. А я не заметила, как сама… Разве я влюбилась?

Скорее да, чем нет.

В душе что-то приятное разливается. Я улыбаюсь. Хоть у меня нет решимости признаться в своих чувствах им, я самой себе призналась.

От этого не стало лучше и если они просто уйдут утром… Я всё равно останусь одна…

Наверное, так нужно. Отпустить их. Пусть идут домой. У них много обязанностей. Наверное, они потом должны будут занять место их отца. И им нужно быть готовыми ко всему…

— Малышка, ты чего? — слышу голос Керна и резко поворачиваюсь. Он присел рядом со мной и положил ладонь на спину, осторожно согревая своим теплом. — У тебя что-то болит? Почему ты не вернулась в лагерь?

Я же смотрю на него снизу вверх и не могу отвести взгляда. Тёмные глаза обеспокоенно смотрят в мои, он немного поглаживает меня.

— Нет… Не болит… — тихо шепчу. Болит, конечно… Но я не знаю, как об этом сказать.

— Тогда почему ты плачешь? — впервые вижу его таким. А ещё я чувствую его запах. И он мне дико нравится.

— Ты чего так долго воду набираешь? — слышится голос Арона. Он подходит ближе и светит тусклым фонариком на меня. Я тут же сжалась и всхлипнула.

— Нашёл её. А ну, обезьянка. Пошли, — Керн просовывает руку под коленку и спину, подхватывает меня и встаёт. — Потом наберём воды в путь.

“В путь”...

Он приносит меня, на удивление, в их палатку. Тут тепло, пахнет ими и хочется зарыться в одну из курточек носом, представляя как она весь день пропитывалась их запахами…

Боже, я уже думаю как сумасшедшая.

Но идея прижаться щекой к Керну мне тоже не кажется странной.

— Говори, — Керн посадил меня на мягкий спальный мешок и сел напротив. После накрыл мои плечи курткой, и я украдкой всё же вдохнула лишний раз, чтобы ощутить его запах. Арон спокойно складывает дрон обратно в рюкзак, закрывает палатку и садится рядом, на свой мешок. Он вытягивает ноги и тоже смотрит на меня.

Сейчас на них меньше одежды. Тут не холодно и они могут себе позволить ходить в простых штанах и тонких свитерах. Я тоже в простом термокостюме Зои, и мне комфортно. Но именно этот факт позволяет мне рассмотреть их.

Да, я и до этого знала и видела, что они оба весьма крепкие. Им ничего не стоит сделать больно кому-либо. Даже не применяя силу, они сделают больно мне утром. Но…

Сейчас они оба до умопомрачения красивые… такие, что мне хочется потрогать все мыщцы, ощутить тепло тел и насладиться их близостью.

Что мне сейчас говорить?

Я не могу решиться.

— Что мне говорить? — спросила. Складываю ноги перед собой и натягиваю курточку на плечи.

— Почему не спишь? Почему, когда нашла брата, не выглядишь счастливой? Мы ведь рисковали жизнями. Все трое, малышка, — Керн не нападает. Он просто пытается меня разговорить.

— Я не знаю, — отвернулась, прикусив губу. — Я не знаю, что со мной. После заброшенного города мне как-то не по себе.

— Я спугнул тебя, крошка? — наклонил голову Арон. — Я не хотел. Я лишь поддался… Эмоциям.

О божечки, он это говорит при Керне?

— Малышка, — Керн сам берёт меня за подбородок и быстро поворачивает к себе. — Скажи, что тебя тревожит? Ваш поцелуй?

— Я бы не назвал его полноценным поцелуем, конечно, — усмехнулся Арон.

— Не мешай. Лия?

Я поднимаю взгляд на Керна и нервно сглатываю. Мне страшно. Страшно, что я могу упустить этот шанс из-за собственной глупости. Или неуверенности.

— Нет. Не из-за этого, — отвечаю осторожно.

— А из-за чего? — наклонил голову Керн.

— Мне страшно, — выпалила. — Просто пусти… И уходите. Вам же нужно идти… Вот и идите домой. Я тут… Останусь. С братом. Просто идите.

— Правда? — внезапно улыбнулся Керн. Арон тоже растянул губы.

— Что?

— Правда не хочешь, чтобы мы уходили? — улыбнулся шире Керн.

Я думаю секунду. Сказать “нет” — глупо. Это мой шанс.

Но сказать “да”... А зачем им оставаться только из-за того, что я так хочу?

Я встаю на колени и быстро приближаюсь к Керну. Сама не понимаю, что творю, но отступать не могу. Больше не могу. Наклоняюсь и прижимаюсь к его губам своими. Ведомая только своим желанием, я осторожно обхватываю его губы, радуясь словно маленькая его ответным ласкам.

Это так… Чувствительно… Нежные прикосновения пробуждают неизвестные до сих пор чувства и мелкую дрожь в пальцах. Дыхание сплетается воедино, и я с ума схожу от этого коктейля эмоций. Осторожно держусь за его плечи и пытаюсь удержаться на ногах, не грохнуться от слишком явной дрожи.

Арон перехватывает мои губы, едва Керн на секунду отвлёкся. Он целует намного смелее мои губы, чем тогда, позволяет мне вдохнуть воздуха и снова впивается, словно я — живительный источник в пустыне без воды и еды.

Он валит меня на спину. Тело подкидывает, я дрожу, когда пытаюсь провести по его волосам пальцами или погладить шею. Мне так приятно, тепло и хорошо, что всё отходит на второй план. Я отвечаю со всей взаимностью им обоим, дыхание сбивается и внутри разгорается новое, опасное и неведомое пламя.

— Так! — Арон первый отстраняется. И толкает от меня Керна. Тот мутным взглядом смотрит на меня, едва дыша.

— Прости… — тихо шепчет непослушными губами Керн. Сглотнув, он садится и ставит локти на колени, опускает голову.

— Лия, ты в порядке? — спросил Арон. Он едва дышит, пытается успокоиться.

Внутри меня готова разорваться кровь в венах. Настолько сильно мне понравилось, что хочется ещё. Ещё и ещё. Хочу больше.

Их обоих.

Я привстаю и после сажусь. Касаюсь пальцами своих