Не ложися на краю - Галина Нифонтова

старосту сонным зельем, чтобы единолично править всем поселением! А ещё в любой момент могут снова напасть кочевники! — тараторила Анастасия, объясняя всю ситуацию. — Понимаешь? Мы сейчас строим частокол и готовимся к встрече с врагом, но мне кажется, этого мало… Мне нужно вернуться и… — она заметила, что мужчина совсем не настроен на разговор, он гладил её по бокам и вдыхал аромат светлых волос. — Ты меня слушаешь вообще? — повысила она голос.

— Меня не интересуют проблемы поселения. Они не суются ко мне, а я — к ним.

— Да как ты можешь! Отпусти меня! — Настя стала толкаться, пытаясь освободиться.

— С этого дня ты больше не относишься к поселению! — голос оборотня стал жёстким, не терпящим возражений. — Забудь о них! Ты принадлежишь мне!

— Я тебе не вещь, чтобы принадлежать кому-то! — девушка стала вырываться изо всех сил, но мужчина удерживал её лицом к двери.

Оборотень развернул Настю к себе, и она тут же оттолкнула его, оставаясь у двери.

— Ты не понимаешь, я не могу сейчас здесь… Ой… — Анастасия выронила нож Лучезара, и он со звоном упал на глиняный пол.

Перед ней стоял хмурый мужчина и разглядывал ладонь, на которой появилась кровь.

— Прости, я… Не заметила, когда оттолкнула тебя. Я не хотела…

Настя испугалась, что поранила Лучезара. Она не желала причинять ему вред, хотела лишь припугнуть. К тому же не знала, как оказывать помощь в таких, почти первобытных условиях, да и возможного гнева раненого мужчины на себе испытывать не хотелось.

— Сейчас я что-нибудь сделаю, пойдём, садись скорее, — засуетилась девушка и усадила его на лавку, думая, чем обработать и как остановить кровь.

Лучезар в это время был на удивление спокоен и с любопытством наблюдал за переживаниями возлюбленной. Анастасия подняла нож с пола, поставила одну ногу на лавку, приподняла шерстяную рубаху и отрезала от нижней светлой рубахи кусок ткани. Мужчина изогнул бровь, но продолжал молчать. Девушка нашла под столом кувшин с водой, плеснула в миску. Подошла к раненому, намочила ткань, отставила миску на лавку. Настя нерешительно приблизилась к Лучезару и виновато посмотрела в серые смеющиеся глаза, протягивая левую руку. Мужчина протянул ей свою ладонь с порезом. Девушка коснулась его руки и тут же почувствовала жаркую волну от макушки до пят. Но Настя старалась не концентрироваться на странной реакции своего тела на этого дикаря, на его широкую, шероховатую крепкую ладонь, и не замечать на себе прожигающий взгляд его холодных лунных глаз, а сосредоточиться на деле. Настя промокнула рану, аккуратно стирая кровь и вновь извиняясь перед мужчиной.

— Не сердись, пожалуйста, я не хотела…

— Ты боишься моего гнева или переживаешь за меня?

Анастасия посмотрела ему в глаза, но ничего не ответила, продолжая обрабатывать порез.

— Ой, а что это? — девушка убрала ткань и удивлённо уставилась на ладонь.

Кровь перестала идти, а края раны стали медленно затягиваться. — Вот это да-а-а…

Настя не могла оторвать взгляд от невероятной регенерации Лучезара.

— Я видела такое только в фильмах…

— Где?

— Можно сказать — во снах.

Мужчина кивнул, довольный восхищением Насти.

— Хотя тут всё логично, — вслух рассуждала девушка, проводя кончиками пальцев по ровной коже, где только что был порез. — Если оборотень, то кроме нечеловеческой силы есть ещё и быстрое восстановление организма. Потрясающе…

Лучезар второй рукой мягко обхватил Настю за спину и придвинул к себе ещё ближе. Девушка, удивлённая возможностями дикаря, пришла в себя, вновь возвращаясь в реальность и осознавая, что стоит между бёдер мужчины и ладонями упирается ему в грудь. Какое-то время они молчали, утопая в радужке глаз друг друга.

— Лучезар…

— Да?

— Мне нужно вернуться в поселение.

— Нет.

— Прошу… Там Изяслав один, и нужно спасать старосту.

— Сейчас мы едим и ложимся спать.

— Отпусти меня.

— Нет.

— Да что же это! — Анастасия психанула, освободилась от рук хозяина жилища и отошла на несколько шагов назад. — Боги ошиблись! Тебе нужно было не в волка превратиться, а в упёртого барана! Даже с моим ягнёнком Чипом можно быстрее договориться, чем с тобой!

— Я всё сказал, — тон мужчины вновь похолодел. — Либо ты сейчас ешь, либо остаёшься голодной до следующего утра.

Лучезар подошёл к печи, поднял тёплый глиняный горшочек и поставил его на стол. Взял со скамьи миску, выплеснул остатки воды в огонь печи и вернулся к столу. Открыл крышку горшочка и положил в миску несколько ложек каши с кусочками мяса. Молча протянул еду девушке. Настя нахмурилась, но приняла миску и села на край лавки. Она понимала, что нужно поесть, тем более, что почти весь день была без сознания и желудок недовольно ворчал, требуя пищи. А силы девушке наверняка ещё понадобятся.

Конечно, она не была глупа и осознавала, что ей никогда не одолеть оборотня. И даже если ей в голову пришла бы идея специально ранить Лучезара и убежать, то сейчас она убедилась в провале этого плана. Такое с оборотнем не пройдет. Он быстро восстановится и настигнет её. Нужно было успокоиться и придумать что-то понадежнее.

Лучезар отдал свою ложку Анастасии, а когда она поела, взял обратно миску с ложкой и положил еду себе. Девушка сухо поблагодарила мужчину, мысленно отмечая про себя, что ужин был довольно неплох. Настя уже привыкла в этом мире к пище без соли и научилась ощущать настоящие, не перебитые приправами вкусы всех приготовленных продуктов.

— Почему ты не остановил меня, когда я принялась обрабатывать порез? Это же бессмысленно, при твоей-то способности заживления ран, — спросила у мужчины, когда тот поел.

— Мне было любопытно, как ты себя поведёшь, — уголки рта Лучезара дёрнулись вверх. — Не серчай за порванную рубаху.

— Ну да, конечно, — буркнула девушка, не веря его искренности.

Она видела, как он с интересом наблюдал за ней и не жалел ни о чём.

Лучезар зажёг лучину от огня в печи и поставил её на стол. На улице уже стемнело, и яркий лунный свет проникал через маленькое окошко под крышей, освещая холодным светом часть жилища.

— У меня для тебя есть первый подарок.

— Подарок? — удивилась девушка.

— Да. Он ждёт тебя на улице за дверью.

Настя подозрительно прищурилась, пытаясь понять, что задумал этот странный мужчина. Лучезар не показывал никаких эмоций, взгляд был холодным и отстранённым. Он кивнул ей в сторону выхода.

— Мне можно выйти из жилища? — не поверила девушка.

— Можно.

— И ты не боишься, что я убегу?

— Не убежишь, — уверенно произнёс оборотень, сидя на краю лавки у печи и ножом работая по маленькому куску дерева.

Анастасия, медленно подходя к двери, несколько раз обернулась к