Когда ты проснешься… - Андрей Эмдин

когда в мое отсутствие происходила плановая уборка. Но шкаф оказывается предсказуемо пуст, а в тумбочке не находится любимых книг. Все правильно — я нахожусь в стерильном мире, оживающем только с появлением в нем игроков.

Привычно падаю на аккуратно заправленную кровать и смотрю на балкон. Номер освещен равнодушным лунным светом, пробивающимся сквозь задернутые занавески. Сквозь окно, там, где, казалось, совсем недавно просвечивался хрупкий подрагивающий силуэт обнаженной Оли, сейчас виднеются лишь едва поблескивающие перила балкона.

— Ты говорила о волшебстве, — почему-то вслух шепчу я пустой комнате. — Но сейчас здесь нет никакого волшебства. Я не могу его разглядеть, как бы пристально ни всматривался. Его и не может быть в этом безупречно спроектированном идеальном мире. Ты спрашивала, видит ли скульптор заложенный в камне образ, но что делать, если скульптор не видит даже камня? Скорее всего этот мир посещали сотни или даже тысячи игроков. Они неожиданно встречали друг друга на пляже, влюблялись, ссорились, смеялись, занимались любовью, в точности как и мы, на этих же самых кроватях. Но было ли в их «Острове» столько волшебства, сколько ты принесла сюда одним своим появлением? Ты спрашивала при первой встрече, знаю ли я, как тебя зовут, — простая проверка на то, не являюсь ли я частью выдуманного программистами сценария. Я тогда не знал и сейчас не уверен, что знаю. Но лишь в одном я уверен наверняка.

Я найду тебя. Найду, чего бы мне это ни стоило.

13

Когда я возвращаюсь к коллегам, Илья с Сашей все еще сидят на песке, вполголоса обсуждая рабочие вопросы. Илья что-то объясняет программисту, показывая на экран его телефона, а тот внимательно слушает и кивает.

— Я закончил, — говорю я, подходя к ребятам.

Илья смотрит на меня долгим взглядом.

— Возвращаемся? — подает голос программист.

Главный архитектор утвердительно кивает и обращается ко мне:

— Теперь, еще одна важная деталь — в каждом из миров, которые мы создаем, есть маркер выхода. Это такой ритуал, отдающий системе команду на прекращение погружения. Для тестовых миров и технического режима, как сейчас, принято использовать один и тот же маркер — четыре хлопка над головой. Стандарт создан для того, чтобы, оказавшись в чужом мире, архитектор мог из него выйти. Это как…

— Как стандартный заводской пароль, четыре нуля, — вставляет программист.

— Да, именно так, — соглашается Илья. — В действующих играх маркер выхода настраивается иначе, там он завязан на игровом сценарии. Для настоящих игроков погружение заканчивается, когда они совершают определенные, предусмотренные сценарием игры действия.

«Интересно, что в нашем с Олей сценарии заставило игровой движок посчитать игру завершенной?» — думаю я, но не перебиваю наставника, решив разузнать детали позднее.

— Поэтому сейчас хлопаем и выходим, — заканчивает инструктаж Илья и добавляет, обращаясь к программисту: — Саш, покажи.

Саша поднимается, выпрямляется во весь рост, поднимает руки и, хлопнув над головой четыре раза, вдруг рассыпается облаком разноцветного конфетти.

— Красивый уход! У меня попроще, — завистливо тянет Илья, подмигивает мне и просто растворяется в воздухе, проделав ту же процедуру. Не так эффектно, как программист, но все еще непривычно для такого неподготовленного человека, как я.

Следую их примеру, и весь мир снова, будто по щелчку выключателя, гаснет.

— Ты можешь сделать любой маркер выхода, — уже в реальности слышу я голос Ильи, который продолжает свою лекцию, стягивая с головы погаснувший ободок. — Но если ты создашь закрытый мир, в который можно входить только по твоему приглашению, и будешь по какой-либо причине не в состоянии подтвердить вход одного из нас или самостоятельно выполнить придуманный тобой маркер выхода — спасать тебя будет некому. Так что осторожнее с этим!

— А зачем нужны закрытые миры? — спрашиваю я его, аккуратно избавляясь от оборудования.

— Это что-то вроде профессионального хобби. У каждого из нас есть своя маленькая виртуальная Швейцария. Расспрашивать о них не принято, это личное. Если архитектор приглашает тебя в свой личный виртуальный мир — это в каком-то смысле высший жест профессионального доверия. Да и личного, пожалуй, тоже.

— В этом чувствуется глубокий символизм, — замечаю я. — Как впустить человека в свой личный, не виртуальный, внутренний мир.

— Когда твоя фантазия не ограничена материалами и законами физики, созданная тобой вселенная будет являться красноречивым отражением твоего внутреннего мира. Порой… — мнется наставник, — слишком красноречивым. Именно поэтому маленькая Швейцария — это всегда очень личное. Пройдет немного времени, и ты создашь свою вселенную. А пока иди тренируйся работать в редакторе. С фантазией у тебя, насколько мне известно, все в порядке. Так что останется только освоить технику.

Мы выходим из Дайв-спота и подходим к компьютерным столам. За ними уже сидят вынырнувший раньше нас Саша и Дима. Увидев нас, Дима вынимает из уха один наушник.

— С почином! Как погружение? — весело спрашивает он.

— Все прошло хорошо, — отвечает Илья за нас обоих. — Дим, покажи Саше Дрим-редактор, и потренируйтесь сегодня на создании простых объектов. В общем, нужен полный курс молодого архитектора.

— Без проблем! — с готовностью откликается дизайнер. Похоже, ему наскучила текущая работа, и он страшно горд возможности наставлять новичка, тем более что тот оказался старше самого Димы на добрый десяток лет.

— Саш, — бросает Илья, и на него вскидываются две пары глаз.

— Не ты, — обращается Илья к программисту, и тот, надев наушники, раздраженно отворачивается к монитору.

— Помнишь, мы с тобой тогда на балконе Вадика разговаривали про службы знакомств? Ты еще говорил про отсутствие контекста. Мне тогда понравилась твоя глубина понимания вопроса, и это одна из причин, по которой я так легко согласился пригласить тебя сюда. Так вот, то, что мы делаем здесь, — это и есть тот контекст, которого не хватает современным виртуальным знакомствам. Мы создаем миры, а подсознание игроков выбирает из них наиболее понравившиеся, чтобы там встретить свою любовь. Вы с Олей оба выбрали этот остров среди сотен других нарисованных нами миров. И у вашего знакомства появился контекст.

— Этого оказалось недостаточно, — резонно замечаю я.

— К сожалению, так, — разводит руками Илья. — Но, если создаешь реалистичные миры, будь готов к реалистичным проблемам. Все как в жизни — мы выбираем, нас выбирают… В общем, я не знаю, что ты ищешь, но желаю тебе удачи. Даже если ты случайно найдешь не то, что стоило поисков.

С этими словами он уходит в свой кабинет, а я подсаживаюсь к Диме, готовый учиться всему, что предстоит делать в дальнейшем.

Обучение оказалось несложным. Гораздо сложнее было подавить гордость и снобизм опытного совладельца рекламного агентства. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы открыться