Перерожденные - Дана Данберг

— Не понимаю, чего ты кочевряжишься, — пожала плечами девица. — Хорошая ж партия!

— Твоего мнения не спрашивали, — отрезала я. Потом покосилась на ее руки, с черной каймой под ногтями, которыми она сейчас месила тесто, поморщилась. Хотела уже замечание сделать, но не стала — бесполезно, уже сто раз говорила. Но на обед надо приготовить что-то себе самой.

— Ладно, не бесись. Бесишься, потому что мужика нет, — фыркнула та.

— Что ты сказала, повтори? — изумилась я. Нет, я никогда не была из стервозных женщин, но глядя на мою золовку, я начала хорошо их понимать. Это же с кем им, бедным, общаться-то приходится!

— Пф! Не обижайся, это я так…

— Не забывай, с кем разговариваешь. Я не мой брат, накажу — мало не покажется.

— Ну извини! Хотя на правду не обижаются.

Нет, я ее все-таки придушу. Вот смотришь на них с братцем, и не знаешь, кого и от кого надо спасать. Вот уж точно — два сапога, оба левые.

— Кстати, слышала новости?

— Какие? Я только из леса пришла, — пробурчала я.

— Караван приехал в город. Говорят, специи и ткани привезли из центра. Красивые. У тебя же деньги есть?

«Не про твою честь», — хотелось ответить мне наглой родственнице. Но вообще-то, может и неплохо было бы что-то прикупить. Деньги у меня и правда водились, только вот хранила я их не дома, а в тайнике. Точнее, в нескольких тайниках, один из которых был в городе. Так что даже за реку ходить не обязательно, если мне что-то приглянется. И специи — это интересно. Тут ведь из всех специй была соль из соседнего солончака, да перец, который я для себя выращивала и продавала в лавке. Но спроса на него особо не было — местные к таким изыскам не привыкли.

Вообще, если бы я в специях разбиралась, из этого можно было бы сделать неплохой бизнес, но дело в том, что гурман в нашей семье — Сережа. К тому же, многие из тех растений, которые в том мире были именно специями, тут использовались для зелий и как просто целительные травы.

Короче, сейчас приведу себя в порядок и, может, действительно схожу к каравану. Или на завтра отложить? Он ведь не должен так быстро уехать?

Перед тем, как пойти посмотреть на ткани и специи, я все же решила пообедать. При этом опять поссорилась с невесткой, потому что отказалась есть то, что она приготовила. Я не сильна в кулинарии, но сварить кашу и сделать салат могу. Сейчас ограничилась последним — было лень готовить.

Потом переоделась в платье. С недавних пор народ стал шушукаться, когда я ходила по городу в привычных лесных штанах. Понимаю, это не совсем прилично для взрослой девушки, но ведь удобно. Не то, чтобы мне чье-то мнение было интересно, но и раздражать людей, которые и так меня не особо любили, несмотря на то, сколько я им помогала, не стоило. Я отличалась от них, и они это чувствовали.

Потом пробежала взглядом по моим запасам в лавке. Может, купцы захотят тоже что-то купить, мало ли? Конечно, зелья им более интересны, но и я могу предложить настойки и мази с целебными свойствами. Я как раз заканчивала рассматривать свои склянки, когда колокольчик у двери звякнул, пропуская кого-то в помещение.

— Здравствуй хозяйка, а у тебя есть?.. — начал говорить мужчина, еще не отойдя от двери. Я только начала разворачиваться, когда услышала его сдавленное: — Катя?..

Я резко обернулась, посмотрела ему в лицо. Похож. Очень. Не точная копия, но определенно это он. Волевой подбородок, темные волосы, чуть неряшливая прическа, такие же темные глаза, высокий, мускулистый. Он был одет в кожаную, пыльную с дороги, куртку вольника, на боку неплохой меч. И взгляд, этот взгляд, в котором я тонула, сейчас выдавал такой вихрь эмоций, что я не могла сделать вдох.

— Сережа?.. — наконец выдохнула я.

— Катя!

Мы одновременно бросились друг к другу. Нас разделял прилавок, но он его молниеносно перемахнул и уже через секунду сжал меня в объятиях.

— Катя! Не верю, что нашел тебя, — чуть отдышавшись после первого поцелуя, сказал он по-русски. Кто бы знал, какая это музыка для ушей — родная речь за миллионы световых лет от дома! А может, дело было в том, кто на этом языке говорил? В нем, таком родном, таком любимом!

— Я так боялась, что ты не придешь, — покачала головой я. — Я даже теперь старалась в лес за травами не часто уходить, думала, ты меня будешь искать и не найдешь. Мы, кстати, могли разминуться, я только пришла.

— Я бы тебя все равно нашел. Готов был весь юг перевернуть, но найти тебя, любовь моя. Я не знал, в каком ты городе, родители умерли, не сказав, я только знал, что приехали мы откуда-то с юга. Господи, Катя!

Он прижал меня к себе еще сильнее. От него пахло дорогой, потом, лошадьми, но все же чем-то до боли знакомым, таким родным, что хотелось плакать и смеяться одновременно.

— Я люблю тебя, родной.

— И я тебя. Я тебя больше не оставлю, обещаю. Или ты против? — усмехнулся он, но глаза его не смеялись. Многое ведь могло случиться, не только с ним, но и со мной.

— А как же караван? Я правильно понимаю, что ты прибыл с ним?

— Да, но мы с купцом договорились, что как только я найду сестру, продолжать с ним путь не буду.

— Сестру?

— Ну странно было бы, если бы я жену искал, не зная, где она, верно? — хмыкнул он. — А так, я всем рассказывал байку про сестру, которая уехала с мужем куда-то на юг. Не обращай внимания. Так что, я могу остаться?

— Нет, ты еще спрашиваешь, гаденыш? — возмутилась я, стукнула кулаком по груди, но потом опять притянула к себе и впилась в его губы поцелуем.

— А почему это гаденыш?

— Потому что искал долго. Я тебя заждалась! Боже, как я тебя ждала! Мой дом — твой дом. Только тут еще брат мой по крови и его жена живут. Не обращай на них внимания.

— Тогда нам ничего не остается…