Консильери - Пайпер Стоун

Я была влюблена.

Не было никаких сомнений, никаких отрицаний того, что я чувствовала к этому мужчине. Он был для меня всем. Я и раньше слышала, как об этом говорилось в песнях и стихах о любви, как знаменитости и певцы кричали об этом на весь мир, только чтобы спустя недели или месяцы расстаться с мужчиной своей мечты. То, что я чувствовала к Мэддоксу, было навсегда. В этом я не сомневалась. Он был бурей, которая не давала мне уснуть, солнечным светом, который я ощущала на своей коже. И он был причиной учащенного биения моего сердца каждый раз, когда он был в комнате.

К сожалению, мне нельзя было его получить. Как это называлось? Безответная любовь? Я не была до конца уверена, что означает эта фраза, кроме того, что мне не разрешалось попробовать запретный плод больше одного раза из-за боязни отравиться. Должно быть, именно это чувствовали Ромео и Джульетта. Мне хотелось посмеяться над своими аналогиями, но я пыталась разобраться в нахлынувших ощущениях, в электрических колебаниях, которые не заглушили ни время, ни расстояние.

Вероятно, это было невозможно.

В чем я не сомневалась ни секунды, так это в том, что для меня никогда не будет другого мужчины. Я никогда не найду ему замену и, скорее всего, даже не стану стараться. Неудивительно, что я практически берегла себя для него, мечтая о невозможном. Мне хотелось рассмеяться, но мы были здесь вместе на опасном задании. В полном одиночестве.

И все же мы оба были заперты в клетке.

Я услышала треск за спиной, но не обернулась, наслаждаясь лучами заходящего солнца. Моя спина и руки слегка обгорели от яркого солнца, но это не имело значения. День был… идеальный. Поучительный. Фантастический.

Томительный.

Но я бы не променяла этот опыт ни на какие рубины в мире. Я прикусила нижнюю губу, раскачиваясь взад-вперед, все еще потрясенная тем, что Мэддокс захватил с собой все необходимое для пикника и доплыл с водонепроницаемой коробкой до берега, пока я ждала его.

Он все еще был поглощен сюрпризом, запрещая мне оборачиваться. Я старалась быть хорошей девочкой, пока он работал, но любопытство убивало меня.

— Ну сколько еще? — спросила я, может быть, слишком громко.

— Недолго. Хорошие вещи достаются очень хорошим девочкам, которые терпеливы и послушны, — размышлял Мэддокс, и звук его глубокого голоса пронизывал меня, как ракетное топливо.

— Ты, очевидно, перепутал меня с какой-то другой девчонкой.

От его раскатистого смеха у меня по спине пробежали мурашки. В нем было что-то такое, что приводило меня в бешенство и в то же время восхищало. Его отношение ко мне было неоднозначным, хотя я знала, что он делает все, что в его силах, чтобы я чувствовала себя более комфортно. Вместо этого я погрузилась в свои фантазии, отказываясь сдаваться от своей заманчивой мечты быть с ним навсегда.

Я знала, что веду себя глупо, моя молодость давала о себе знать каждый раз, когда я вела себя как ребенок или у меня возникали подобные мысли, но впервые за все время, что себя помню, я почувствовала себя самой собой.

— Нет, мне кажется, я чертовски хорошо знаю девушку, стоящую на берегу, — сказал он, и было очевидно, что он подошел ближе.

Напрягшись, я изо всех сил старалась не оборачиваться, но ничего не могла с собой поделать и повернула голову в сторону, пытаясь разглядеть сюрприз. Черт возьми. Он довольно хорошо скрывал все, что делал.

— Как думаешь, что ты знаешь обо мне, крутой парень?

— Хм-м-мм… — он придвинулся еще ближе. — Я знаю, что ты опытный музыкант, которая борется с тем фактом, что предпочла бы заниматься музыкой, а не работать медсестрой. Хотя у тебя есть природный инстинкт помогать людям.

— Все это знают. Тебе нужно приложить больше усилий, чтобы завоевать мое расположение.

— Разве это то, что я делаю?

— Я определенно не думаю, что ты хочешь, чтобы я тебя ненавидела.

Он колебался, его разгоряченное тело было так близко, что я почувствовала, как все вокруг меня загудело, а ток стал еще более наэлектризованным, чем раньше.

— Нет, Зои. Не хочу, но если тебе это нужно, я пойму. До тех пор, пока ты можешь доверять мне.

— Я правда доверяю тебе. Я просто… — разговор уже шел на спад. — Как думаешь, что еще ты обо мне знаешь?

— Что ты в точности похожа на своего отца.

— Что это значит?

— Это означает, что ты очень умна. У тебя крепкая семья и строгая трудовая этика. Ты готова отдать все, что у тебя есть, тому, кто в этом нуждается. Ты увлечена всем в своей жизни и отказываешься уступать чему-либо или кому-либо. Но разница в том, что ты все еще живешь в мире, где веришь в лучшее в людях.

— Надеюсь, что всегда буду верить.

Внезапно я почувствовала, как шершавые подушечки его пальцев коснулись моего плеча, и в безумно красивом пластиковом стакане, словно по волшебству, появился напиток.

— Я тоже на это надеюсь, — хрипло сказал Мэддокс, подходя ко мне, как только я взяла напиток.

— А это что? — я осмелилась бросить на него взгляд, прикусив язык, чтобы не сказать что-нибудь еще. Он стал еще красивее, чем раньше. Если это вообще было возможно. Солнце обжигало меня, но его кожа стала более золотисто-коричневой, что придавало еще больше яркости окружающей его ауре. Легкий ветерок, взъерошивший его волосы, заставил мурашки пробежаться по моим рукам.

— Всего лишь небольшой тропический напиток, который я приготовил.

— Если бы не знала тебя лучше, я бы сказала, что ты пытаешься меня напоить.

— Только это не алкогольный напиток, — ответил Мэддокс, наконец повернувшись ко мне. — Только после ужина.

— Мы будем ужинать? Здесь?

— Повернись.

В тот момент, когда я это сделала, я прижала руку ко рту. Видеть огонь, разгорающийся на песке, и камни, окружающие пламя, было невероятно.

— Как ты это сделал?

На песке также было расстелено одеяло, а на его поверхности разложены предметы. Это было самое близкое к раю, что я когда-либо видела.

— Я не выдаю своих секретов. — Он подмигнул. — Давай. Не хочешь приготовить ужин вместе? — Мэддокс попятился, улыбаясь шире, чем я привыкла.

— Что ты задумал?

— Увидишь, но только если подойдешь к одеялу.

Я бросила на него дерзкий взгляд, радуясь, что мы оба можем расслабиться, хотя бы ненадолго. Я придвинулась ближе, наблюдая, как он достает что-то из холодильника. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что у него на тарелке.