Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

Собравшись с духом, она бесшумно вышла из комнаты и тихо прикрыла за собой дверь, так и не заметив сияющих сапфировых глаз, которые следили за каждым ее шагом.

ГЛАВА 10. АКСЕЛЬ

— Мне все это очень не нравится, — проговорил Аксель, сидя на краю кровати.

Кэт высунула голову из ванной: во рту у нее была зубная щетка, а брови сошлись на переносице.

— Что именно? — невнятно спросила она.

— Сама знаешь, — проворчал он.

Она мимолетно улыбнулась ему и скрылась в ванной, но он чувствовал: она на него злится. Прошла неделя с тех пор, как здесь объявился Теон. И, как Аксель и ожидал, брат принялся раскладывать по полочкам все варианты и анализировать каждый шаг. Да, Акселю нужна была помощь брата, но в Подземелье дела так не делались. Здесь не было места долгим раздумьям. Если только речь не шла о его жене. В этом случае он и сам превращался в параноика.

Кэт вернулась, одетая в одну из его рубашек. Живот стал уже слишком большим, и она не могла одеть свои вещи. Хоть Аксель и накупил ей одежды для беременных в районе Мастеров, но Кэт твердила, что в его рубашках спать удобнее. Возможно, так оно и было, но он подозревал, что дело еще и в его запахе, который сохраняла ткань.

Она остановилась перед ним, положив руки ему на плечи. Аксель раздвинул колени и притянул ее к себе, пальцами скользнув по ее обнаженным бедрам. Он готов был поклясться, что клыки покалывали, когда он вдыхал ее аромат, и это при том, что сегодня он выпил предостаточно крови. Теон отдал ему все припасы, что принес с собой, не оставив себе ни капли. Брат настаивал, что добудет еще, когда возникнет нужда. Но, боги, этот путь туда и обратно занял бы не меньше недели. Теон не мог перемещаться, а без Источника не мог и ходить сквозь тени, как их отец. Но сейчас Акселя беспокоило не это.

— Полагаю, мне не удастся убедить тебя остаться завтра дома? — пробормотал он, поглаживая ее нежную кожу.

Она лукаво улыбнулась:

— До сих пор же не получалось, — ответила она. — С чего ты взял, что получится сейчас?

Аксель вздохнул, его пальцы крепче сжали ее бедра.

— Это опасно, Кэт. Оборотни — они…

— Коварны и непостоянны, — перебила она. — Да, я в курсе. Я уже встречалась с ними.

— Я готов придушить Теона за то, что он притащил тогда тебя туда, — прорычал Аксель, притягивая ее еще ближе, пока ее округлившийся живот не уперся ему в грудь.

— Я хотела найти тебя не меньше, чем он, Аксель, — сказала она, запуская пальцы в его волосы. — Я сама настояла на этом.

— Потому что ты упрямая, — буркнул он. — Ты подвергаешь риску и себя, и ребенка.

— А твое решение: оставить меня здесь одну? И чем это безопаснее?

— Перестань быть такой умной, — проворчал он, хмурясь.

Но ее улыбка стала только шире:

— А ты перестань заводить этот спор каждые несколько часов. Придумай аргумент посвежее.

С этими словами она скользнула к нему на колени, обхватив его бедра ногами, а шею руками.

— Со свежими аргументами у тебя и так все в порядке, — пробормотал он, когда она устроилась на нем и прижалась теснее.

— Какой же ты ворчун, — пожурила она, осыпая поцелуями его челюсть.

— Я серьезно, Кэт.

Она отстранилась со вздохом, теперь уже явно раздраженная. Он придерживал ее за бедра, помогая сохранять равновесие, пока ее руки бессильно опустились вдоль туловища.

— Нам правда нужно снова это обсуждать? Ладно. Что ты предлагаешь, Аксель? Отправишь Теона одного, чтобы остаться со мной? Оставишь меня здесь одну на радость Бри? Или Теон останется, а ты пойдешь разбираться с Альфой и Бетой в одиночку? Какой вариант выбираешь? — потребовала она ответа.

— Я знаю, что хороших вариантов нет, — возразил он, чувствуя, как закипает встречное раздражение.

— Есть один хороший вариант, — настаивала она. — Пойти втроем, единым фронтом. Показать, что ты уже отличаешься от своего отца и прочих Наследников тем, что женился на фейри.

— Ты не какая-то ебанная разменная монета, чтобы выставлять тебя напоказ ради политики, Кэт, — перебил он.

— То есть ты бы предпочел отвести мне роль тихой и покорной куклы? Чтобы я делала, что велят, и пряталась от мира?

— Это несправедливо. Ты беременна, Кэт. Если с тобой что-то случится…

Она взяла его лицо в ладони, заставляя встретиться с ней взглядом.

— Ты хоть на миг задумывался, что я чувствую то же самое? Что я, возможно, такая же собственница и так же хочу тебя защитить? Я уже теряла тебя однажды, Аксель. И больше этого не допущу, — сказала она, и в ее глазах вспыхнули искры пламени и теней.

— Котенок… — выдохнул он.

— Я люблю тебя, Аксель, но в этом вопросе я сильнее. У меня есть мой огонь и твои тени. У Теона есть его сила.

— А у меня нет ничего, — произнес он, чувствуя, как эти слова жалят саму его суть.

— Нет, — твердо сказала она, не давая ему отвернуться. — Ты — это все. И у тебя есть знания, Аксель. Ты знаешь Подземелье лучше всех. Знание может победить грубую силу, если пользоваться им так же искусно. Именно это делает Теона таким опасным. Он могущественное существо, которое жаждет знаний. Твоя ценность — не только в магии. Ты сам меня этому научил. Но если ты пойдешь на эту встречу с мыслью, что ты хуже других, они это увидят. И этого им будет достаточно. Они не пойдут за тем, кто не считает себя самым сильным в этом месте. Кто не верит, что достоин вести за собой целый народ.

— А я достоин? — спросил он, чувствуя себя абсолютно беззащитным перед единственным человеком, способным поставить его на колени.

Она придвинулась так близко, что