Сын маминой подруги - Дарья Волкова

в сторону, резким движением поднесла телефон к уху. Ватаев до этого ни разу не звонил и не писал ей. Что могло случиться, чтобы сам начбез названивал ей?! Тем более Юрий Валентинович в курсе, что Ульяна в суде и телефон у нее недоступен.

Ватаев ответил сразу.

– Марат Хасанович, добрый день. Я только что вышла из зала суда. Что-то случилось?

– Да. Ждем вас в офисе как можно быстрее.

Все вопросы встали у Ульяны в горле. К тому же было четкое ощущение, что ни на какие конкретные вопросы Ватаев не ответит. Потому что случилось что-то, о чем не говорят по телефону. Но Ульяна всё же набрала Самсонова. Номер Юрия Валентиновича не отвечал.

Что сказал Ватаев? Как можно быстрее? Быстрее всего на метро, наверное. Но Ульяну привезла в суд служебная машина, потому что у нее с собой были важные документы, которые категорически нельзя таскать в метро. И водитель вон, уже вышел из машины и открыл дверцу.

Ладно, поедем на служебном автомобиле.

Ульяна села на заднее сиденье – впереди она ездить не любила, исключение составляли поездки с Захаром.

– Как можно быстрее, пожалуйста. Срочно вызывают в офис.

Водитель ничего не сказал, только кивнул. И машина тронулась с места.

* * *

Пока Ульяна входила в здание, проходила пункт охраны, поднималась на лифте, шла к приемной – ее не оставляло ощущение, что что-то изменилось. Принципиально изменилось. Будто даже воздух другой стал. И стены другие. И ощущение какого-то притаившегося за внешним порядком хаоса.

Нет, она себя просто накрутила. Что там может быть? И почему не отвечает телефон Самсонова? Он тоже в суде? Не должен был. Может быть, зайти сначала к шефу?

Ульяна шла по коридору, на ходу расстегивая пальто. И в этот момент на нее буквально выскочила секретарша Балашова.

– Ну, наконец-то, Ульяна Романовна! Скорее, проходите, вас все ждут!

Уля удивлённо покосилась на всегда аккуратную и сдержанную Юлию Александровну, которая сейчас выглядела встрёпанной – другого слова и не подобрать – именно встрёпанной.

– Давайте, давайте мне пальто и проходите, – торопила ее секретарша.

И Ульяна, сбросив пальто ей на руки, быстро прошла к двери кабинета генерального директора.

Юлия Александровна сказала: «Вас все ждут». Но это было не совсем так. В кабинете находились Артур Балашов, его сестра и Павел – финансовый директор. Не было Захара, но это как раз понятно, он редкий гость в офисе, хотя говорил с утра, что планирует заскочить. Значит, планы поменялись. Но не было Ватаева, который звонил Ульяне. И не было Самсонова.

– Что случилось?! – выпалила Ульяна.

Балашов кивнул на один из стульев перед большим столом для совещаний.

– Беда у нас случилась, Ульяна Романовна. Был обыск с силовиками, выемка документов. – Он тяжело осел в большое кожаное кресло. – Захара увезли. Юрия тоже.

– Куда увезли? – вмиг онемевшими губами проговорила Ульяна.

– Захара арестовали. Юрия – «скорая».

Ульяна опустилась на стул, не потому, что ей предложили сесть. А потому, что куда-то исчезли ноги. Артур Балашов говорил нечто немыслимое. Как могли арестовать Захара?! Что с Юрием Валентиновичем?!

Что тут вообще произошло?!

Ульяна закрыла глаза и заставила себя медленно сосчитать до десяти. Ей срочно нужно начать думать и перестать задавать себе панические вопросы.

Она открыла глаза, и в это же время открылась дверь и в кабинет стремительно вошел Ватаев.

– Он едет, – коротко проинформировал Ватаев. Потом обратил внимание на Ульяну. – А-а, хорошо, что вы здесь. Теперь на вас вся надежда, раз с Юрой такое случилось. – Он повернулся к Милане. – Ты дозвонилась до больницы?

Бледная Милана, которая стояла у окна, кивнула.

– Да. Он в реанимации. Инфаркт. Состояние тяжелое, врачи делают всё возможное.

Ватаев прошел к столу и опустился на соседний с Ульяной стул. Уперся лбом в сжатый кулак и на какое-то мгновение замер. А потом глухо сказал:

– Я ведь был уверен. Он ведь дал мне слово. Дочерью поклялся… – От удара тяжелого кулака начбеза по столу звякнула крышка на хрустальном графине.

– Ты уверен, что это он? – негромко спросил Артур. Он из всех собравшихся выглядел самым спокойным. Точнее, самым собранным и владеющим собой.

– Это не уверенность, Артур, это знание. Я уже позвонил кому надо. За всеми этими маски-шоу стоят люди Антона Балашова.

Что-то от окна прошипела Милана, а Марат продолжил:

– Он сейчас сам приедет. И будет предъявлять нам условия капитуляции.

– Что нам инкриминируют? – внезапно словно со стороны услышала Ульяна свой голос.

Хотя как будто бы и не ее, чужой какой-то. Пока она молчала, а говорили другие, общая картина сложилась в голове. Но дьявол, как известно, в деталях. Кстати, о дьяволах. Что же вы так неаккуратно с сердцем, Юрий Валентинович, у вас же, как у Кощея, оно должно быть за семью замками! А Захар? Так, об этом сейчас нельзя. Нужны детали, факты, много!

– Мошенничество в особо крупных размерах, уклонение от уплаты налогов. И что-то еще… – проговорил Артур Балашов.

Ульяна обернулась к Павлу, который сидел рядом с ней с другой стороны.

– Не смотрите на меня так! – тут же нервно отозвался он. – За каждую цифру отвечаю! Всё чисто! Может, какие-то мелкие косяки есть, без них при наших объемах никак, но того, в чем нас обвиняют, – этого нет и быть не может. Милана Антоновна, ну подтверди!

– Не должно быть, – тихо отозвалась Милана. – Павел у нас работает давно, и репутация у него безупречная. Я за него поручиться могу.

Финансовый директор тихонько фыркнул, насупившись и что-то буркнув себе под нос.

– Тогда… – Ульяна не успела сформулировать вопрос, как ее перебил Ватаев.

– Донос, рейдерская атака и лоббирование сверху для того, чтобы отжать бизнес. Схема известная, непростая и дорогостоящая. Заказчик – Антон Балашов. Отец… Миланы и Артура.

Что-то такое Ульяна уже и сама предположила. Об Антоне Балашове, бывшем генеральном директоре, она уже не раз слышала – и всё не очень лестное. Но то, что этот человек оказался настолько… настолько… Впрочем, его моральные качества сейчас волновали Ульяну меньше всего.

– Какое отношение к этому имеет Захар? Он ведь совсем не этим занимается. Почему арестовали именно его?

После вопроса Ульяны повисла тишина.

– Если честно, я и сам не понял, как это произошло, – произнес Артур.

– И я не поняла, – поддержала брата Милана.

– Да что тут непонятного, – вздохнул Марат. – Вы как дети, в самом деле. Это же очевидно. Было видно сразу, что одними документами дело не ограничится. Что игра идет по-крупному. И нужны не только бумаги, но и люди. Кого-то бы всё равно забрали. А кого? Тебя? – Он кивнул на Артура. – У тебя дочь маленькая