Лавка «Любовные снадобья» - Татьяна Ма

Отойдя от двери, она взглянула на свой дом снаружи.

– Да уж, – покачала головой Лиза. – Внутри-то я все хорошо прибрала, а снаружи – без слез не взглянешь.

С неба на нее тут же чем-то капнуло. Дождь, что ли? Да нет, на дождь и не похоже вовсе. Видимо, кто-то всплакнул над убожеством «Любовных снадобий». На Лизу печально смотрела старая, покосившаяся, потрескавшийся деревянная вывеска с затертыми буквами. Прочитать можно было только: «авка «юбоные надобья». Лиза прыснула, но тут же сосредоточилась. Щелк – старую вывеску вон! Щелк – на ее месте новая! Щелк – красивые буковки с завитушками встали каждая на свое место! Щелк – все покрыто лаком. Теперь никакая непогода не страшна.

– Ого! – удивилась Лиза и вплотную подошла к большому окну-витрине. – А стекло откуда взялось?

Не было ведь стекла, как и во всем доме! А окно прежде было затянуто грязной плотной паутиной, которую Лиза даже трогать боялась и оставила разборки с ней на потом. Только теперь паутину кто-то убрал, а стекло вставил! А что же в других комнатах?

Лиза бросилась в дом, захлопнув за собой дверь лавки. Стекла теперь были везде: и в кухне, и в гостиной, и даже в ее спальне. Как же она раньше не заметила? Видимо, присутствие огнеборца, когда она очнулась, так ее смутило, а может, раззадорило, ну или даже разозлило, что Лиза ничего вокруг и не видела.

Будь она не ведьмой-колдовницей Лиззи Кортни, а обычной Лизой Кортневой, которой была еще совсем недавно, она бы, конечно, без проблем признала, что влюбилась и кроме насмешливых серых глаз Ричарда теперь ничего вокруг не замечает. Однако сейчас она не какая-то там неумеха-дуреха Лиза. Колдовница она. Потомственная. Город вон от пожара спасла. Теперь приворотное зельюшко варит.

– Про снадобье я и забыла! – треснула себя по лбу Лиза и кубарем скатилась с лестницы.

С кухни тянуло прогорклостью. Убежало из чугунка снадобье! Лиза ухватом вытащила чугунок! Треснула его звонко на подставку. Сняла крышку. Поздно! Она по запаху сразу поняла, что поздно! Вон у чугунка как бока блестят запершейся коростой убежавшего зелья! А на дне чугунка осталась лишь едкая черная прикипевшая к посудине кашица.

– Отскребать теперь замучаюсь! – вздохнула Лиза.

Потушив печь, Лиза залила горячей водой чугунок, распахнула настежь окно, чтобы запах выветрился.

Несмотря на то что снадобье не удалось, Лиза оптимизма не потеряла. Ничего! Трав да цветов она в поле много насобирала. Завтра новые зелье сварит! Никуда от нее Файергард не денется. Только сначала нужно будет дом снаружи чуток приукрасить да с садом разобраться. Дорожка вон к лавке мхом заросла. Камни осклизли. Придут к ней клиенты, да, не дойдя до входной двери, упадут, лоб расшибут. Тут им не до приворотных снадобий будет! Глава 43

Утром, сразу после плотного завтрака, Лиза занялась украшением витрины. Она расставила в ней красивые горшочки и глиняные вазочки с необыкновенным орнаментом, которые нашла в чулане за кухней. Рассовала по ним ароматных трав, насыпала душистых специй, названий которым не знала. Все скляночки и мешочки без подписей, что не уместились на витрине позади прилавка, Лиза выставила в окно, раскидав их по золотистому отрезу парчовой ткани, что обнаружила все в том же чулане. Еще бы золотой паутиной увить все это дело, вот красота бы была! Но паутину плести Лиза пока не умела, хотя подозревала, что стоит попробовать и все у нее получится. Не зря ведь в комоде хранилась целая коробка золотых иголок да крючков. Нужно подумать, как ими пользоваться!

Выйдя на улицу, Лиза взглянула на витрину лавки. Получилось красиво! С одного боку струилась парча, оседая на широкий подоконник воздушными складками. В них лежали разноцветные мешочки, сушеные цветочки, ароматные листочки. С другого боку выставляли себя на показ вазы да вазоны. Узор на них под яркими лучами утреннего солнца играл разнообразием красок, привлекал глаз кривизной линий, заставлял встать столбом лабиринтом выгравированных в цветной глине дорожек. «Жаль, что моя лавка на самой окраине города, – подумала Лиза. – Этакую витрину да в центр б, на самую площадь! Тогда от клиентов точно отбоя не будет».

Сам дом, однако, выглядел плачевно. Брусья, из которых он был выложен, почернели, а по ним, словно черные гнилые вены, ползли сухие ветки завядшего вьюнка. Из трубы, что виднелась над черной крышей, будто вылилась какая-то жижа и застыла лавой, превратившись в коросту.

– Жуть! – передернула плечами Лиза.

Она подошла к одной из стен, приложила к ней ладони, прислонилась лбом, закрыла глаза. И начала представлять, что домик ее совсем новенький. Бревна круглые, массивные, не прогнившие, а свеженькие, покрытые морилкой, придававшей дому чуть терракотовый оттенок. Ставни на окнах – темно-зеленые, с мелким цветочным рисунком. Над входом в лавку – полосатая маркиза, зелено-золотая. А с другой стороны, там, где вход в сам дом, красивое крылечко со столбиками, обыкновенная деревянная дверь такого же цвета, что и ставни, кресло-качалка в тени, маленький круглый столик.

Сад Лиза представила в буйстве летних красок: зеленый газончик с раскиданными по нему маргаритками, каменные аккуратненькие дорожки, кусты азалий, роз, сирени, жасмина, даже жимолость, и та тут есть; а еще высокое липовое дерево, вишневый куст и пару раскидистых кривых яблонь, ну и обязательно ее любимый крыжовник. Без него сад не сад. А еще Лиза представила ухоженные клумбы ноготков и бархатцев, люпины и цветы вероники, подвесные горшки с вьюнками, усеянные мелкими цветочками, названий которых она вспомнить не могла, зато представляла четко.

– Тебе что, плохо? – мурлыкнула за спиной Лизы Корнелия, вырывая Лизу из фантазий о том, каким она хотела бы видеть свой ведьминский домик.

Лиза покачнулась, открыла глаза и увидела, что не было больше никаких фантазий – воплотились они в реальность.

– Ты чего наделала? – вертела носом Корнелия.

Нос ее подозрительно покраснел, кончик подрагивал.

– Красиво же?

– Красиво-то красиво, только – апчхи! – только это ведь теперь не ведьмино логово – апчхи! Это теперь какое-то – апчхи! апчхи! апчхи! фейское царство.

– Чье царство? – покосилась на чихающую кошку Лиза.

– Фейское. Ну знаешь, дурочки эти, что любят по цветам порхать и смеяться. Апчхи!

– Феи, что ли? Так их же не бывает! – сощурилась недоверчиво Лиза.

– Много чего не бывает, а потом, оказывается, что есть. Апчхи! Вон ты-то тут! Пойдем в дом, а то меня от твоих цветов аллергиня пробрала.

Корнелия нырнула в распахнутую дверь, и Лиза пошла за ней. Она нашла кошку в кухне. Та себе плескала