Посвящение в бывшие - Анастасия Феникс

— Что?! — рявкнула я ему в лицо, мысленно содрогаясь от его темного, ненавистного взгляда. Все, прошла любовь, завяли помидоры, ну и слава Богу! — Что смотришь?

— Думаю, в какой момент я совершил ошибку, что от "да, еще, жестче" ты перешла к "моей еде", "откуда тут эти вещи" и "ненавижу", — его лицо вновь украсила усмешка, а мое наоборот стало непроницаемым.

— Нам еще в универ, а тебе съезжать. Не надо занимать ни мое, ни твое время, — я кровожадно улыбнулась, аблюдая за переменой в его взгляде, но он остался все таким же пугающим и темным.

— Я не съеду, Саша, — его лицо было просто каменным, а взгляд, видимо, пытался меня вскрыть, — даже не мечтай. Мои вещи останутся здесь. И ты останешься здесь. И съехать я тебе не позволю! — его голос был спокойным и до мурашек ровным, но именно это и пугало. Почему он так спокоен? Где эмоции, сука?! — Поняла? Я найду тебя везде, сколько бы ни потребовалось времени! Уедь ты даже во Владивосток — деньги делают все.

— Да какого хера ты зациклился на мне?! — нервы стали уже сдавать, поэтому я почти орала, пока он спокойно окидывал меня оценивающим взглядом, мол, санитаров еще рано вызывать, или в самый раз.

— Сочувствую, что у тебя столь короткая память. Могу посоветовать хорошие витамины, — не придумав ничего лучше, я вцепилась зубами в его нос, но он прижал меня к кровати за горло, — ляжь! Хватит! Я слишком долго ждал, пока ты перестанешь на меня реагировать, как ненормальная! Слишком долго пытался тебя узнать! Я не бессмертный, между прочим, и тоже старею!

— А я что, виновата в твоей одержимости?! — тихо, но угрожающе прошептала я, — Ты меня пытаешься в этом обвинить?! — но вместо ожидаемой реакции он просто засмеялся, переместив руку моего горла к своему рту, пытаясь сдержаться.

— Как я рад, что ты наконец поняла, что я одержим и тебя не отпущу, — усмехнулся он, просмеявшись и отпустив меня. Все еще сохраняя довольное выражение лица он сел рядом со мной на кровать, пока я была в некоей прострации и не шевелилась, — я просто пиздец, как рад, — скривилась от его мата. И все-таки неприятно мне это, — Наконец-то. Свыкайся, Саша, с мыслью, что я буду единственным в твоей жизни. В ней больше никого не будет, если я этого не захочу...

— Тогда готовься к аду, Костеров. Готовься. Я его тебе устрою, — усмехнулась я, а после скривилась.

Господи, повезло же так вляпаться!

Глава 5.2

Так как Костя та ещё сволочь, то он довозит меня до универа на своей машине, и, самое обидное, что я ничего не могла с этим поделать. Он просто закинул меня на плечо и вытащил из квартиры под осуждающим взглядом Галины Сергеевны, на мнение которой я чихать хотела на самом деле!

Нет, в этом, конечно, был и свой плюс — всё-таки американский Форд не сравнится с итальянцем, однако, учитывая, чья это машина, хотелось выпрыгнуть из нее на ходу.

Ну бесит меня тот факт, что он решил продемонстрировать всем наши... Отношения?

— Слушай, — сказала я, скосив на него глаза в тот момент, когда мы припарковались, — получается, я теперь что, твоя девушка?

— После универа заедем в аптеку, — холодно бросил он, заглушив двигатель, — тебе явно нужны витамины для памяти, — на этот выпад я даже не ответила — настолько он был мелочным, — я уже сказал: ты моя. Девушка. На этом все. Правила, установленные в отношениях, можешь загуглить и прочитать в интернете.

— Костеров, завались, — холодно бросила я, смотря на студентов, что сновали туда-сюда за тонированной лобовухой, — с тобой все равно нормальные отношения не получатся, тут хоть Википедию открой! Двое психически больных людей решили начать встречаться.

— Скорее один решил и заставил другую, так как она пассивная амёба, — от достал из бардачка минералку и, открутив крышку, отхлебнул.

Усмехнувшись, я со всей силы ударила ладонью по бутылке, из-за чего Костеров чуть не захлебнулся и естественно намочил и себя, и дорогущий салон. И, пока он не успел ничего сказать, я выскочила из автомобиля и побежала в здание универа.

В гардеробе я оставила свое пальто, сменив его на медицинский халат, после чего пошла в аудиторию на, столь не любимую мною, фармакологию. Не подозревая об опасности, я стала входить в открытую дверь.

Сзеди, когда я наконец прошла адовы врата, ко мне подскочил Костеров и под удивлённые ахи-охи-вздохи моих одногруппников, впился в мои губы поцелуем, жёстко зафиксировав мою голову своей ручищей. Не выдержав, я от души прикусила его губу, за что он, в отместку, жёстко потянул меня за волосы. Маневр "коленом в пах" тоже не удался.

— Костеров, сука! — рявкнула я, когда он оторвался от меня и, как ни в чем не бывало прошел на наши места. Блять, когда они успели стать нашими? Горбунова, возвращай мозг на место!

— Вы только посмотрите на нее... - начала было Софи, но я посмотрела на нее так, что она заткнулась. Как же они все меня зае... Заколебали! У меня уже сил нет! Здоровья на них тоже нет! И нервов тоже уже нет! Ничего нет!

— Так и будешь стоять, как неродная? — хмыкнул он, когда я поднялась на свой ярус и подошла к нему, — Твое место свободно, проходи!

— Даю слово, я станцую на твоей могиле! — зашипела я, пройдя мимо него и кинув свой рюкзак на парту, откуда извлекла свою любимую тетрадь и ручку. Сил нет! — Когда заедем в аптеку, купи мне ещё корвалол, пустырник, валерьянку и цианистый калий.

— Все, кроме последнего — обязательно, — усмехнулся он и сразу же замолчал, когда вошла преподаватель.

После второй пары Костеров куда-то пропал, поэтому я со спокойной душой пошла есть в столовку, кафуя от одиночества. Купив себе сосиску в тесте и два стаканчика кофе, я села за пустой столик и начала повторять конспект, так как у нас на следующей паре должен был быть зачёт. Не прошло и пары минут, как ко мне подсела какая-то блондинка со средней внешностью и, заискивающе глядя мне в глаза, спросила:

— А можно твой конспект по топографической анатомии? — я, нахмурившись, посмотрела на свою тетрадь и вскинула на нее далеко не дружелюбный, взгляд.

— Только если сфотографировать, он мне и самой нужен.

— Да мне уже хоть как-нибудь, — она с радостью протянула мне свой новенький айфон,