Изменить судьбу. Пекло для истинного - Наталья Александровна Буланова

Вот именно его-то охраны я и боюсь. Один раз родители уже умерли в карете. И пусть сейчас происходит то, что в прошлой жизни никогда не происходило, несчастный случай может повториться и сейчас.

И тут Дейр поворачивается ко мне, накрывает своей второй рукой ту руку, что уже держит в руке, и смотрит мне прямо в глаза своим знакомо-незнакомым взглядом:

- Я рядом. Все будет хорошо.

Это звучит так красиво и так абсурдно, что я не знаю, что сказать. Карета трогается с места, а у меня в голове заново проносятся сцены с участием Искандера и Дейра.

Поведение бывшего путает меня, а Дейра и вовсе ставит в тупик. Я с напряжением смотрю в окно, и с удивлением отмечаю, что мы действительно движемся в сторону дворца.

Я выглядываю в окно, и вижу сопровождавших нас всадников в черной броне, а позади - вторую черную карету поскромнее, которая движется сразу за нами в окружении четырех наездников.

- Ты на двух каретах приехал?

- Сундуки в одну не влезли, - Дейр смотрит на меня со смешинками во взгляде.

Я сажусь обратно и внимательно слежу за дорогой. С каждой минутой пути мы, и правда, приближаемся к дворцу. Едем спокойно, размеренно, я бы даже сказала с величественностью высокопоставленной процессии.

А когда показываются ворота дворца, я удивленно смотрю на Дейра.

- Мы доехали, - тихо говорю я.

- А как иначе? - он смотрит на меня внимательно.

Ничего не пойму. Он что, правда занырнет в купель?

___ У меня СКИДКА на подписку: Преданная жена генерала драконов

Мой муж предал меня. Продал за золото из-за нового закона. Я получила клеймо «Варанской девы» и виноградник на чужбине. Он думает, что через год я брошусь в его объятия. Глупец! Пока он строит планы о восстановлении брака, я строю новую жизнь. И пусть поднимать виноградник во время сухого закона безумно тяжело, в моей жизни нет места для предателей. Пусть катится через терновник! Я скажу ему спасибо, когда приедет. Ведь его предательство подарило мне встречу с настоящей собой и рантарианцем из прошлого. Вот только одного я не учла - не все пункты закона я знала.

Читать тут: https://litnet.com/shrt/02Gg

Глава 45

Наши кареты - массивная черная с гербом Шорилов и более скромная родительская, но тоже с именитым знаменем, гремят по брусчатке главной подъездной аллеи ко дворцу.

Я жду, что нас остановят у первых же заставы внутри, где все, кроме членов императорской семьи, должны были пересаживаться в дворцовые паланкины или идти пешком, но этого не происходит.

Стража в синих плащах, завидев нас, внезапно расступается. Командир заставы отдает короткую команду, и тяжелые, окованные железом ворота распахиваются настежь, пропуская наш экипаж внутрь без единой проверки. Мы даже не замедляем ход.

Я высовываюсь в окно, чтобы убедиться - родители едут за нами.

А потом я поворачиваюсь к Дейру, внимательно оцениваю его реакцию. Он никакого внимания на особые почести, словно ничего особенного не происходит. Его взгляд устремлен в окно, но в уголке его губ таится что-то вроде горьковатой усмешки.

- Привыкай, - бросает он, будто слышит мой немой вопрос.

Мы проезжаем через обширный Парадный плац, где, как я слышала, обычно собирают чиновников и знать для проведения ритуалов и оглашения принятия важных законов. Мимо огромной чаши, мимо постамента, мимо золотого овна - бога Ру, чей пьедестал усыпан подношениями.

Десятки людей бросают на нас быстрые взгляды и торопятся уйти с пути. Причем не только слуги, но и чиновники, и придворные в богатых одеждах. Как же - Ходячая Смерть едет!

На их лицах в основном изумление и любопытство, а у некоторых плохо скрываемое раздражение. Привилегия въезжать так глубоко во дворец - редкая и немыслимая честь.

Наш экипаж, не останавливаясь, сворачивает под арку слева, петляет по красивому и цветущему парку, проезжает через трое ворот с постами стражи и въезжает во внутренний двор в окружении величественных стен дворца.

Здесь тише, а брусчатка мельче и ровнее. Изысканные статуи прошлых императоров династий стоят в окружении редчайших цветов. Резные качели красуются у фигурной изгороди, а фонтан искрит в небо радужной водой.

Карета Дейра плавно останавливается прямо у невысокого, но величественного портика. Слуги в темно-синий ливреях с золотым шитьем уже стоят наготове, чтобы подставить подножки.

Просто невероятные почести для того, кого, по слухам, все боятся и ненавидят.

Дейр выходит первым и подает руку мне. Пальцы моей здоровой руки дрожат, когда я принимаю его помощь, чтобы спуститься.

Ответственность за свое поведение в стенах дворца и тяжесть последствий, если что-то пойдет не так, ложится на плечи огромным грузом.

В стенах дворца можно лишиться головы за косой взгляд или нелепо брошенное слово, так что нужно быть на пределе своей внимательности и контролировать каждое свое движение.

Я оборачиваюсь к карете родителей, и вижу, как они выходят из кареты, бледные и ошеломленные.

Мама осторожно оглядывается, а ее пальцы судорожно сжимают ридикюль. Папа же молча смотрит на резные колонны портика, на безупречную форму слуг, и в его глазах я читаю не страх, а тяжелую оценку. Он, как и я, понимает цену особого отношения. Оно не дается просто так. Оно покупается кровью, заслугами или долгами.

Какие же отношения у императора и Дейра Шорила? Неудивительно, что он сразу же сказал, что сможет договориться о купели.

И все его поведение и действие просто поразительно. Оно никак не ложится на мои подозрения, и из-за этого я чувствую себя совершенно растерянно.

- Император не любит ждать. И, судя по всему, не хочет скучать до нашего пешего прибытия. - Дейр подает мне согнутую в локте правую руку, хотя это и противоречит этикету.

Он должен стоять по правую сторону от меня, чтобы протягивать руку для рукопожатия, так как относится к военным. Но он нарушает протокол, судя по всему, из-за моей поврежденной руки. И это тоже сбивает меня с толку.

Я кладу свою здоровую левую руку ему на сгиб руки и чувствую под тканью его рубашки напряжение мускулов.

Дейр кивает отцу, и папа подает маме руку, обменивается со мной предупреждающими взглядами.

Да знаю я, знаю. Без резких движений, без